Девочка по имени Аме
Шрифт:
– Отлично!
– улыбнулся Данте во весь рот.
– И ты тоже будешь в этом участвовать!
Так, надо написать Хорхе записку, чтобы не волновался и ждал здесь. Как только они отловят этого могильщика, вернутся назад. Уж Накатоми их назад приведет! Данте с него не слезет. Что-что, а добиваться своего Амэ умеет в совершенстве.
– Накатоми Садахару, - представился Аши, деловито поправляя очки. Вид у него был такой, будто его месяц
Услышав ненавистное имя (все-таки Накатоми были врагами Имубэ слишком долго), Ебрахий едва не позеленел от злости, и уже было открыл рот, чтобы сказать все, что думает о его клане, как Данте, не жалея сил, наступил на ногу друга. Тот едва не взвыл, а слова оставил при себе, сразу сообразив, что старая вражда может и подождать.
– Данте из рода Идзанами, - представился Хищник с открытой, располагающей, но насквозь фальшивой улыбкой.
– Ебрахий из рода Цукиеми, - в свою очередь произнес спутник Данте, немного отдышавшись. Вид у него был хмурым, а взгляд - злобным.
Накатоми поднял брови в удивлении. Похоже, их имена производили впечатление. Только с этим Аши нельзя быть ни в чем уверенным, он слишком хорошо умел лицемерить. Бывший наследный принц. Хотя, если посмотреть на ситуацию, она была забавной до крайности. Рядом с Данте шагали два бывших наследных принца из кланов, которые много лет пытались перегрызть друг другу глотки, но обстоятельства сложились так, что здесь и сейчас их отношения ничего не значат.
– Рад знакомству, - коротко поклонился Накатоми, бросая на Хищников пристальный взгляд. Что-то блеснуло в его глазах, а губы расплылись в улыбке.
– Не ожидал здесь увидеть столь известных личностей… - остановившись на мгновение, а потом вновь зашагал по каменной мостовой.
– Известных?
– переспросил Данте, не уверенный в том, что понял все верно.
– Вряд ли.
– Я всегда прав, - Накатоми приподнял уголки губ.
– И вы это поймете, когда прибудете в Академию.
Данте смотрел на прямую спину Аши, и от напряжения ему показалось, что мон Хатимана на его спине начал медленно вращаться по часовой стрелке. Хищник тряхнул головой, отгоняя галлюцинации, а потом бросил быстрый взгляд на Ебрахия. Тот выглядел озадаченным, но не до такой степени, что идти и требовать ответов.
– А куда мы идем?
– спросил Ебрахий через некоторое время.
Накатоми ответил загадочно:
– За инструментом.
Скоро они пришли в магазин хозяйственных товаров, где улыбчивый толстяк продал им две лопаты. Одну Накатоми вручил Данте, вторую - Ебрахию. Ками посмотрели на них с интересом. Данте наклонился, поскреб ногтем по металлу, отчего раздался неприятный скрежет, и Накатоми скривился.
– Могильщика лучше всего ловить на живца, - сказал Аши и задумчиво поправил очки.
– Прошу прощения за каламбур.
Что имел ввиду Накатоми, ни Данте, ни Ебрахий так и не поняли на свое счастье.
– На живца! Так, понятно, - закивал отпрыск Цукиеми с умным видом, проникнувшись важностью момента:
Накатоми только дернул бровью на такое, и сверился с часами.
– Нам повезло, что сейчас конец лета. Темнеет поздно, успеем подготовиться, - он посмотрел на ками, вооруженных лопатами. Причем они выглядели настолько гордо, будто шли на миссию, от которой зависела судьба мира.
– Идем.
Он покинул магазин, и ками последовали за ним. Наверное, они представляли собой странную компанию, потому что прохожие на них оглядывались. Не может быть, чтобы они раньше не видели ками и Аши! Или тому виной были лопаты?
На самом деле Данте верил Накатоми. Он знал, что если говорят, что йокай не опасен, то так и есть, но врожденное любопытство не давало сидеть на месте, и гнало вперед.
– Куда мы идем?
– спросил он.
– Похоже, что на кладбище, - ответил Ебрахий. Восторженным он пробыл недолго. Ему быстро наскучила эта авантюра, и он уже поглядывал на своего товарища, прикидывая, как бы тому сказать, что лучше вернуться. Но, только взглянув в лицо Данте, понял, что это совершенно бесполезно.
– Довольно мрачное место, должен предупредить.
– Ничего, - Данте успокаивающе улыбнулся, и Ебрахию на миг показалось, что он вновь видит перед собой принцессу Сарумэ, а не ками.
– Я думаю, это будет интересно.
– Вы даже не представляете, насколько, - не остался в долгу Накатоми, зловеще поправляя очки. Данте сделал вид, что на тон не обратил внимания.
– Я не люблю дурные шутки, господин Накатоми, - и в его голосе зазвенел металл.
Садахару растянул губы в улыбке.
– Поверьте, это не дурная шутка.
Они подошли к большой кованой ограде. За ней высились каменные кресты, белые фигурки плачущих ангелов и другие, Данте не известные, произведения кладбищенского искусства. То, что они пришли, стало понятно сразу - от этого места разило смертью, горем и как ни странно, спокойствием. А еще пахло йокаями, и сразу захотелось зарычать, отращивая острые когти на руках.
– Прошу, - Накатоми распахнул решетку и показал рукой на вход. Данте недоверчиво свел брови, а потом шагнул внутрь. Не очень-то приятное место.
Солнце почти село, но до сумерек оставалось еще около получаса - это была та часть суток, когда небесное светило почти закатилось за горизонт, и последние рыжие лучи лизали кладбищенские статуи. Завидев нарушителей спокойствия, где-то на ветках липы каркнула ворона. Данте почувствовал, что мурашки бегут по коже, и плотнее перехватил черенок лопаты.
– Это место жуть наводит, - озвучил общую мысль Ебрахий, бледный, как полотно.
– Кладбища стран Креста все неприятны, - Накатоми уверенно лавировал между могилами.
– Хотя, в мире существуют места и похуже. В Чайной стране, например, тоже принята кремация, но из-за высокой плотности и бедности населения, чаще всего денег на достаточное количество дров не хватает. Поэтому полусгоревшие тела выбрасывают в реку.