Девочка Алана

Кросс Вита

— Довольно много времени у тебя ушло, чтобы принять этот факт, — отвечает Алан без злости.

Скорее всего, они хорошие друзья, которые разговаривают на только им понятном языке. Врядли он позволял бы так фамильярничать обычному служащему.

— Черт. Тогда и Танечке, секретарю с тринадцатого этажа надо беспокоиться, — хохотнув, мужчина наконец убирает руку и отходит от двери, — А вот Асе за такую самоотверженность надо премию выписать.

Я отчетливо различаю в его голосе сарказм, но конечно не отвечаю. Кто я против друзей хозяина?

Не оборачиваясь,

выхожу в коридор и прикрываю за собой дверь.

Кофе… нужно сделать кофе.

Убрав инвентарь для уборки в техническую комнату, я мою руки и несусь на кухню.

— Жерар, ты обязан мне помочь, — нервно хватаю чашки и ставлю одну на подставку в кофемашине.

Что тут нажимать? От нервов всё из головы вылетело.

— Тааак, успокойся, ягодка, — в своей привычной манере отвечает повар, — кофе для хозяина и Дмитрия?

— Да. Ты знаешь его?

— Дмитрия? Конечно. Это один из приближенных Алана.

— Неприятный тип, — выпаливаю я и тут же жалею.

Быстро смотрю на Жерара, но тот смеётся в ответ.

— Согласен. Но ты этого не слышала, — заговорщицки подмигивает мне.

— Договорились, если поможешь с кофе.

Ещё раз объяснив мне как правильно заваривать кофе, Жерар помогает поставить чашки на поднос.

Выдохнув, я беру его в руки и уже почти выхожу из кухни, когда взгляд цепляется за вазу с шоколадными конфетами.

Кофе гораздо вкуснее с шоколадом. Задумавшись на секунду, я ставлю поднос на стол, беру жменю трюфелей и кладу их на отдельное блюдце.

Снова забираю поднос и несу в кабинет.

Чтобы открыть ручку и не разлить кофе приходится повозиться, но в конце концов я справляюсь.

Как только вхожу в кабинет, в этот момент что-то говорящий Дмитрий замолкает. Я чувствую как он смотрит на меня, но сама в этот момент смотрю на Алана. Он так и сидит, откинувшись в кресле и слегка поворачиваясь в нем слева направо.

Руки мелко дрожат, когда я сначала опускаю перед ним чашку с кофе, а вторую ставлю перед его другом.

Следом идёт блюдце с конфетами.

— Ооо, хоть кто-то догадался принести к этой горькой гадостью что-то сладкое, — довольно хлопает в ладони Дмитрий, тут же хватая одну из конфет и с шелестом раскрывает фантик. Закидывает ее в рот и протяжно тянет: — Ммм. Асенька, ты определённо моя любимица. Красивая, смышленая. Просто клад, а не девушка.

Мужчина расплывается в улыбке, но меня его комплименты не трогают, потому что я подсознательно чувствую что они не искренни.

Только коротко улыбаюсь, наградив его не продолжительным взглядом, потому что совсем проигнорировать будет невежливо и Алан может это посчитать за грубость по отношению к его гостям.

— Что-нибудь ещё? — спрашиваю у хозяина, замечая, что чашку он к себе подтянул, а к конфетам не притрагивается.

— Нет. Спасибо.

Кивнув, я иду к двери, а когда уже почти закрываю ее слышу похабное замечание Дмитрия:

— Своенравная малышка. Предыдущая была покладистее. Но горячая. Я бы с ней покувыркался.

Прислушиваюсь, силясь расслышать, что отвечает Алан, но его ответ остается за закрытыми дверьми.

9

Остаток

дня я провожу за уборкой. Помогаю Татьяне, пью чай с Жераром. Мне повезло, что он работает здесь. В нём я вижу человека, с которым могу свободно поговорить и не стесняться собственных высказываний.

Около восьми часов уходит Дмитрий. Я подсознательно жду, когда же будет пищать браслет, но этого не происходит и сегодня. С облегчением иду к себе в спальню. На часах десять, а это наверное означает, что сегодня я Алану не понадоблюсь. Это хорошо. Сомневаюсь, что я уже готова ко второму разу. Ходить мне уже не больно, но одно только воспоминание о том как это было прогоняет по телу фантомную боль.

Я принимаю душ и ложусь в постель.

Приказ Алана весь день не даёт мне покоя. Он сказал, чтобы я потом рассказала ему как ласкала себя. Щеки становятся пунцовыми. Никогда в жизни подобного не делала.

Укрывшись покрывалом, я несмело опускаю ладонь к пижамным шортам. Сердце от волнения начинает биться быстро — быстро.

Здесь никого нет, стесняться некого. Поэтому просто сделай это, Ася!

Пока не передумала, я ныряю рукой в шорты и под трусики. Сегодня по ощущениям всё гораздо меньше. Нет припухлости, и боли тоже нет.

Раздвигаю складочки, как это делал хозяин и нахожу бугорок, который ласкал он. Сказать, что мне приятно? Нет. Отдаленные отголоски того, что я испытывала тогда с Аланом. Ничего даже примерного нет. Ни дрожи, ни охватывающего огня. Просто приятно. Несколько раз глажу клитор, повторяя движения Алана. Закрываю глаза, вспоминая как он тогда своими пальцами терзал меня, как входил, и чувствую, как мое тело начинает оживать. Ощущения становятся сильнее, острее, приятнее. Память подсовывает моменты, которые я запечатлела в тот раз. Сильное накаченное тело, жилистые руки, держащие мои бедра и насаживающие на большой орган, чёрные глаза. Помню, как он двигался во мне, глубоко и уверенно. Без жалости владел моим телом.

Соски начинают ныть, и я инстинктивно одной рукой сжимаю грудь. Изо рта вылетает стон. Алан делал также, но больнее. Я сама так не могу. Но внизу живота зреет горячий шар. Я быстрее начинаю растирать увеличившийся бугорок, становится жарко. Уже не отдаю себе отчет в собственных движениях. Просто вспоминаю Алана, звуки соединения наших тел, то как его член двигался во мне и в какой-то момент застываю, пораженная мелкими уколами по всему телу.

В этот раз оргазм оказывается в несколько раз слабее. Меня не кружит так сильно, тело не настолько разбито.

Приятно…. Но тогда было гораздо сильнее.

Сердце успокаивается, и я ещё несколько минут лежу, уткнувшись глазами в потолок.

В горле сухо, хочется пить.

Встаю с кровати, и будучи уверенной, что все уже спят спускаюсь вниз.

Набираю воды, с жаждой выпиваю её и возвращаюсь обратно.

Берусь за поручень, чтобы подняться наверх, когда слышу негромкий приказ со стороны гостиной:

— Иди сюда.

Сердце резко начинает биться чаще.

Я думала там никого нет.