Дева Ки, демон Шо. Том 1
Шрифт:
На вопрос «что делать?» у него имелся любимый ответ, почерпнутый из Легенды о Семи Непобедимых. Конечно, тренироваться!
И Ки Шо начал экспериментировать.
А потом Ки Шо случайно подглядел, как издевается над одной из работниц клиент. А девочка была юной, бесхитростной и одной из тех, кто заботился о его больном теле с искренним участием. И Ки Шо взбеленился.
Клиент с садистскими наклонностями… ну, он остался жив. И даже не сильно покалечен. И все несчастья с ним произошли не в Доме наслаждений, все же Ки Шо кое-чему успел натренироваться. Но дорогу к Дому наслаждений этот урод забыл навсегда. И следом за ним и еще один, и еще… потому что Ки Шо взял себе за правило приглядывать за безопасностью жриц продажной любви. По крайней мере, за теми,
Ки Шо пришел в себя и начал вставать с лежанки в задней комнате Дома наслаждений через три недели. Для такого ранения он выздоровел ненормально быстро. Впрочем, Ки Шо и дома за собой такое замечал: бился, ранился, но заживало быстрее, чем у других мальчишек.
Еще через неделю он уже пробовал осторожно прибираться в рабочих помещениях, потому что лечение действительно стоило отработать. Ки Шо подметал, мыл и чистил и знать не знал, что по крепости «Тысяча дорог» пополз тихий, но стойкий слушок о том, что местный Дом наслаждений взяла под свое покровительство одна из богинь любви. А может, демоница. Судя по неотвратимости и беспощадности расправ, скорее всего демоница, все же богиня любви яйца садистам крутить не стала бы. Так что лучше в Доме наслаждений свои низменные наклонности не проявлять и вообще… Заплатил, отымел и вали побыстрее, не выдрючивайся, не строй из себя безнаказанного самодура перед слабыми женщинами, как-то в таком вот режиме. А Ки Шо представить себе не мог, что слава Дома под покровительством высших сил останется на долгие года, что работать в крепости «Тысяча дорог» постепенно станут только лучшие из лучших, и полюбоваться местными жрицами любви будут приезжать даже из столицы…
А еще он ночами искал свою сумку с золотом. Как-то очень ловко ее не донесли до Дома наслаждений. Тело притащили, а сумку нет, и Ки Шо из-за этого потихоньку наливался гневом. Казармы стражников он уже обшарил и теперь методично проверял остальных подозреваемых.
Он нашел свою сумку в тот день, когда в крепость заявился инспектор Хай. Нашел именно там, где следовало бы искать в первую очередь — в спальне хозяйки Дома наслаждений. Заглянул в сумку своим потусторонним взглядом и мрачно улыбнулся — золото оказалось нетронутым. Может, хозяйка и не отличалась великим умом и староимперским выговором, но зато имела огромный жизненный опыт. И этот опыт просто вопил, что рядом с таким количеством золота всегда таится смерть. Поэтому она в панике забросила сумку под лежанку и до сих пор не могла решить, что с ней делать.
Сумку Ки Шо забрал. Прямо при хозяйке, во время уборки. Странное дело, но хозяйка как будто не заметила его действий. Как будто и не было никогда сумки с золтом под ее лежанкой. Ходила, распоряжалась, как обычно — только изредка бросала на Ки Шо опасливые взгляды. А может, ему так только казалось.
А к ночи заявился инспектор Хай. Пьяный, всем недовольный, жестокий. Ки Шо к тому времени вроде как лег спать, но из своего внутреннего мира наблюдал за происходящим настороженно и очень аккуратно. Инспектор Хай — чиновник. А любой чиновник одновременно является и специалистом в какой-либо разновидности боевых искусств. Следовательно, со своим внутренним миром обращается уверенно. Так что Ки Шо присутствовал, как он это умел, одним лишь взглядом.
Встревоженная хозяйка выспросила инспектора о его предпочтениях и отправила к нему одну из лучших — юную, недавно пришедшую в падшее ремесло и оттого еще сохранившую определенный трепет и робость. Ки Шо она очень нравилась. Но инспектор Хай не оценил. Ударил несчастную так, что чуть не убил. И тем подписал себе приговор.
Ки Шо поймал его на лестнице. Схватил невидимой рукой за ногу, вывернул… Предыдущий страдалец после такого скатился по лестнице с переломанной в трех местах ногой, но инспектор, несмотря на сильнейшее опьянение, сумел практически вывернуться и ногу сберег. Правда, по лестнице все равно скатился. Ки Шо блеснул кровавыми глазами и на время отступил. Смерть инспектора должна выглядеть естественной, это он уяснил твердо.
В ярости у Ки Шо получилось
Ки Шо до того вжился во внутренний мир, что собрался возвращаться в свое тело по нему, так же, как и попал в предгорья. Но его привел в чувство грубый толчок в плечо. Он открыл глаза — над ним стояла одна из проституток, возрастная и противная, никогда не упускающая возможности погонять молодых работниц дома наслаждений.
— Чего разлегся? — рявкнула женщина. — В приемном зале убирайся!
Ки Шо пристально уставился на ее шею. Проститутка почему-то побледнела и отступила.
— Хозяйка приказала! — пробормотала она невнятно.
Ки Шо во внутреннем мире еле справился с гневом. Аккуратно, двумя пальцами, взял женщину за горло. Хотел поднять и выкинуть в окно, но одумался, просто довел до выхода из своей каморки. И там отпустил. Проститутка удалилась на подламывающихся ногах, с синими пятнами на шее. Ки Шо проводил ее ненавидящим взглядом. Хозяйка, видишь ли, приказала. Как будто не знает, что Ки Шо лег отдыхать.
Внезапно Ки Шо пришла в голову мысль, что он вообще-то неплохо устроился. Его в Доме наслаждений уже побаиваются — те, кто поумнее. А глупым недолго объяснить настоящее положение дел. И чего еще надо для счастья? Кормят, поят, даже лечат по мере умений и возможностей. Лишний раз не беспокоят, вон даже хозяйка стороной обходит. Деньги? Деньги есть, а кончатся, так несложно награбить, крепость не зря считается местом пересечения тысячи дорог. Купцы каждый день прибывают и убывают, пропадет один-другой, никто и не хватится. Времени для тренировок во внутреннем мире достаточно, а если прижать хозяйку, так и на тело время найдется. Лучших работниц Дома наслаждений вообще-то обучал танцам приходящий наставник, и Ки Шо тоже не помешало бы овладеть столь непростым для неуклюжего Утки Ки Шо искусством. И главное — жизнь, яркая и полнокровная жизнь цветастой лентой развернулась перед ним, со всеми своими тайнами, только изучай! Неужели он нашел свое место?!
Крайне взволнованный, он бросился разыскивать во внутреннем мире своего наставника, чтоб похвастаться успехами и открытиями.
Неунывающий Ичи обнаружился где-то в лесу, под дождем. Лежал себе в шалашике, поглядывал на сплошную пелену воды, благодушно почесывал голое пузо и, естественно, никуда не спешил. Ичи — он вообще спешить не любил.
— А, малыш! — отметил он появление нового лица в своем внутреннем мире. — Ты уже определился с выбором?
— Наставник? — растерялся Ки Шо.
— Выбор, малыш. Ты же демон. Это и есть твой выбор. Ты уже определился?
Ки Шо оказался настолько сбитым с толку, что забыл, зачем пришел.
— Малыш. Мы же говорили. Твое имя. Помнишь, да?
— Вор, убийца, проститутка, танцовщица, демон… — пробормотал Ки Шо. — Конечно, я помню, как такое забыть. Но ты говорил — это все одно существо?
— А? А, это… Это правда. Но видишь ли, в чем дело — ты демон. А демон прежде всего — смерть. Слишком сильный, понимаешь? И убийство становится самым простым способом решения проблем. Нет человека — нет проблемы, понимаешь?