День щекотуна

Исаченко Виталий Ильич

От сих слов мой и без того зашкаливавший уровень психологического накала подскочил до выше вышнего, и, по моему теперешнему разумению, где-то в голове сработали какие-то мозговые предохранители, вырубив трезвомыслие и экстренно запустив процесс сюреалистической деформации сознания!

– Митлофан, - вывела меня из шального оцепенения Морковка, - Тьи ни пугайсья. Вьсе будьет хорьошо...

– И что-о вы за лю-юди(?!!), если человечину едите!
– вспылил я.

– А цё?
– блеснула лаконичностью девица.

– Через пле-цё-ё!!!
–

выпалил я, - Да что-об я ва-ас - отмороженок - еще бы и добросовестно трахал?! И чтоб вы потом меня на шашлык?!

– А вот хамить дамам не надо бы!
– окрысилась еще вчера вполне доброжелательная Мороженка, - Хамить - себе вредить(!), теленочек.

– Ну что вам я?!
– заканючил автор сих правдивейших строк, - Дался вам я?! Да осмотритесь по сторонам! Как прекрасен этот мир!
– моя рука указала на дежуривший на обочине наряд ДПС, перед коим Касса сбросила скорость джипера до тихоходности, - Да вы только взгляните на того, который слева! Да в нем веса центнера под полтора! А еще и дэпээсник! При его-то рационе питания мясо... Пальчики оближите! А что я?! Одни мосолыги да деревянные сухожилья!

– И то верно!
– поддержала Касса, - С дэпээсника можно еще и уймищу сала насолить! А с Митрофанушки что?.. Бараний вес и калорийности мизер... Как последние чмошницы питаемся: все тощаком да тощаком.

– А мне жирное противопоказано, - привела аргумент Мороженка, - И вот ей - Моркови Чингисхановне - тоже во вред.

– И минье, и минье прьётивопоказяно, - поддакнула монголоидка, - Митлофа-а-ануську-у хоцю-ю!
– закапризничала она, - Сьворьачивай вь льес! Будьем мясьо делять!

– Можно было и вчера этот вопрос закрыть. В домашней-то обстановке сподручней. И Макар Макарыч со своею электропилой расчленять бы подсобил, - проворчала Касса, но... Все-таки рульнула к лесному массиву и пустила джипер по кочковатой проселочной дороге.

– К-кто т-т-акой М-мак-кар М-мак-кар-рыч?!
– от обуявшего гиперужаса заискрив раскаленными мозгами, машинально вымолвил я.

– Садовник наш, - непринужденно манипулируя баранкой, пояснила обследующая меня плотоядным взором Касса, - Он вчера, пока ты находился в отключке, и трусы твои обописанные состирнул, и подмыл тебя- бедолагу.

– А я п-потл-ливый. О-о-оч-чень п-потли-и-ивы-ый! Мясо-то будет с душком!
– пошел я на спонтанно проклюнувшуюся в мозгу уловку.

– И что?
– озабоченно, как мне показалось, справилась Мороженка.

– В-в б-бане б-бы меня п-предвар-рительно отпарить!
– попытался я отсрочить собственную кончину, - Чтобы, так сказать, мясо соответ-тствовало... всем ветеринарным нормам.

– Мыслишь! Отменно кумекаешь!
– взглянув на меня с откровенной симпатией, похвалила Касса, - Но... Там - у леса - пруд. В нем тебя и прополощем... Плавать-то умеешь?

– Н-не об-бучен, - промямлил я.

– Жалко будет, если утонешь, - погрустнела главная людоедка, - Если утонешь, нам ты без надобности. Будешь разлагаться в пруду.

Но не бзди. Мы тебя с

подстраховкой будем окунать. На веревочке. Петлю на шее зафиксируем, и купайся сколь душе угодно.

– А может к Махмудке его?
– встряла в диалог Мороженка, - Тут же всего-то ничего - километров с десяток по трассе.

У Махмуда ж и сауна, и шашлычная с подсобками...

Судя по выражению кассиного лица, она, вняв доводам соратницы по каннибализму, усердно их анализировала...

– Лучше, чем у Махмудки, нет нигде, - убеждала тем временем Мороженка, - И теленка отпарим, и сами расслабимся, и Морковка... А что, собственно говоря, зазорного(?!), если узкоглазка на посошок пару раз с ним перепихнется, - на последних словах по моему плечу энергично похлопали. Резко обернувшись, я увидел удаляющуся от меня коричневую мороженкину пятерню...

– Кь Махьмудьке?
– задумчиво пролепетала из-за моей спины Морковка.

– К нему, к нему!
– откликнулась умолкшая было Мороженка, - Оптимальный вариант. Лучше не придумаешь. Тем более, не впервой.

– Накладно, - задумчиво произнесла Касса, - Сами управимся. Вон в багажнике и ножи, и топорики, и пила алмазная, и тазы, и мешки, и...

– Одежду упачкаем, - привела очередной контрдовод Мороженка, - Все-таки, как никак, костюмы-то новые. Жалко.

– Не зима-а(!), чай, - твердогласно произнесла Касса, - Лето ж. Голышом и завалим, и разделаем...

Представив вооруженную огромными ножами и топорами троицу обнаженных садисток, расчленяющих мой труп на лоне природы, я чуть было преждевременно не скончался от дикого ужаса!!!.. Благо, что какая-то заложенная в мой мозг гуманитарная программа погрузила меня в спасительное на тот момент беспамятство!..

Очнувшись, я посчитал резонным не выказывать своего возвращения к реальности...

– Сомлел, - донесся до слуха голос Мороженки, - Хлюпик. Трухлявый нынче мужик пошел.

Ну что(?), Касса... Как насчет Махмудки?

– Накладно, - отозвалась лидерша шайки.

– И чего тут накладного?
– задалась вопросом Мороженка, - Отвалим абреку на шашлыки шеину да ляжки шмат. Зато самим не в обузу... Совсем не бережем мы себя: все надсажаемся да надсажаемся, тяжести ворочая!

Ты как(?), Митрофан!
– хлопнув меня по плечу, спросила несносная африканка, - Хочешь к Махмудке?!

– Х-хоч-чу. О-о-оч-че-ень(!) х-хоч-чу, - пролепетал я и в очередной раз провалился в беспамятство...

Дальнейшее происходило словно в сонном кошмаре, фрагментарно будоражащем и без того воспаленный мозг...

Околотрассовые пейзажи с древесной растительностью, мелькающие посты ДПС, придорожные постройки многоплановой архитектуры, бомжи и утомленные добычейгрибники...

Надо сказать, то лето выдалось урожайным на грибы и... И на ягоду-малину...

Джипер, съехав со скоростной трассы и повиляв меж сосен, уперся бампером в витиеватой ковки кумачовые ворота...