День проклятия

Герролд Дэвид

Я остановился и замер, прислушиваясь к овевающему тело прохладному утреннему ветру, ароматам травы и хвои, к которым примешивался какой-то сладкий мятный дух. Запах кроликособак? Он бы им подошел.

Зверьки внимательно разглядывали меня, но в круг никто не входил.

Они явно ждали от меня каких-то действий.

Я вспомнил, что сделали они сами в подобной ситуации.

Они начали танцевать.

Я дотронулся до передатчика на груди и тихо произнес:

— Не знаю, что станцевать. Голос Флетчер так же тихо ответил:

— Они еще никогда

не видели танцующих обезьян. Что бы ты ни выкинул, все сойдет.

— Ах да, конечно. Спасибо.

Я набрал полную грудь воздуха.

И начал танцевать.

Я выделывал антраша. Скакал козлом. Вопил. Улюлюкал по-индейски, прикрывая рот ладонью. Сплясал джигу, чарльстон, рок-н-ролл, брейк. Я прыгал, кружился, трясся.

Кроликособаки удивленно переглядывались.

— Ну, валяйте же! — крикнул я. — Не хотите потанцевать?

Несколько кроликособак попятились. Черт! Сейчас они уйдут.

Я сделал кувырок, встал на колени, растянул пальцами рот, скосил глаза и, высунув кончик языка, закричал:

— Улю-лю-лю!

Две кроликособаки захихикали, а самая маленькая осторожно вошла в круг. Она остановилась передо мной и начала быстро покачивать головой вперед и назад. Ее отвисшие губы и язык двигались, как у примата.

— Улю-лю-лю, — произнесла она писклявым голоском.

В считанные секунды меня окружили кроликособаки, лепетавшие что-то невнятное. Они подпрыгивали и скакали, кувыркались и кланялись, визжали, бубнили и вскрикивали. Они кружились, судорожно подергиваясь, как паяцы. Мохнатые розовые тельца, скачущие к кругу, покрыли склон холма. Они тоже хотели присоединиться к веселью. Мы выиграли!

Через гребень холма перевалил ярко-красный хторр. За ним следовали еще два, и еще два, и еще. Но меня это не волновало. Кроликособаки увидели их и громко, одобрительно закричали. Их звуки начинали все больше и больше напоминать язык.

— Кажется, нам это удалось! — засмеялся я. — Удалось! Не знаю, что именно, но удалось!

Теперь кроликособаки окружили меня, легонько похлопывая и поглаживая нежными пушистыми пальцами, приятно щекочущими кожу.

Я опустился на колени. Кроликособаки придвинулись поближе, чтобы ощупать мое лицо. Крошечные лапки бегали по моим щекам, носу, губам. Их поражало отсутствие меха. Они удивленно гладили меня. Розовые, с огромными круглыми глазами — точь-в-точь игрушечные зверьки, с которыми малыши любят засыпать в обнимку. Однако, потявкивая, они оскаливали острые белые зубки. Впрочем, у щенков тоже есть зубы.

Кроликособака взяла мою руку и принялась лизать пальцы. Сосредоточенно пососала средний палец, потом отпустила, посмотрела на меня и… захихикала. Я легонько потрепал ее по уху; при этом мы оба знали, что все идет отлично.

Вновь прибывшие сразу же входили в круг, присоединяясь к своим любопытным сородичам. Всем хотелось протиснуться поближе ко мне. Я широко развел руки, стараясь потрогать как можно больше кроликособак. Щекотал их, похлопывал по головам, чесал за ухом. Это им очень нравилось. Я даже взял на руки одного малыша

и, нежно прижав к груди, поцеловал. Кроликособаки восторженно завизжали.

Запищал сигнал передатчика. Кроликособаки удивленно покосились; я поднес его поближе к ним — небольшой кругляшок на цепочке вокруг шеи.

— Смотрите, здесь ничего нет, — объяснил я. — Он лишь испускает звуки. Ну-ка, пуговка, скажи что-нибудь.

Пуговка сказала:

— О великий и всемогущий повелитель маленьких розовых существ, оглянись поскорее.

Кроликособаки заинтересовались. Один из детенышей понюхал передатчик, другой попытался засунуть его в рот.

Я огляделся.

Среди маленьких розовых тел возвышались хторране.

Они окружали меня со всех сторон.

Девять. Десять. Одиннадцать червей.

Разного размера: от самого маленького, каких мне еще не доводилось видеть — примерно с сенбернара, — до трех огромных чудовищ величиной с междугородный автобус.

— Привет, ребята… — . сказал я и поднялся на ноги.

Только что подполз последний червь, которым управляли три маленькие энергичные Кроликособаки. Опять мне пришло в голову сравнение огромным реактивным лайнером, который ведет в ангар команда наземного обслуживания.

Хорошо, допустим, Кроликособаки управляют червями. Вопрос: зачем? Для чего им нужны черви? Мы подошли к разгадке вплотную.

В. Что случилось с хторранином, сожравшим Мэри Поппинс?

О. Он заболел диабетом.

В. А что произойдет с хторранином, если он сожрет Верховный суд?

О. Отравится.

В ГОСТИ К ЧЕРВЯМ

Услышим ли мы, если глухой упадет в лесу?

Соломон Краткий

Одни черви изучали меня, другие лежали с закрытыми глазами словно в дреме.

Но все оставались за границами круга. Почему? Что это означает?

Большинство кроликособак не реагировали на хтор-ров. Они пришли сюда на детский утренник. Черви значили для них не больше, чем… мебель. Или охрана. Или… что-то еще? Я не мог ничего придумать.

Кроликособаки повисли на мне — они хотели еще поиграть. Я не стал сопротивляться и, отвернувшись от червей, улыбался, хихикал, хохотал во все горло.

Один из червей застрекотал.

Несколько кроликособак повернулись к нему. Я тоже. Это был один из крупных — с лоснящейся красной шерстью, сквозь которую просвечивала пурпурная кожа, а по бокам шли светло-розовые, почти белые полосы.

Три хторранина поменьше с такой же раскраской сидели на почтительном расстоянии от него.

Верховный вождь? Старейшина? Отец семейства? Советник по связям с общественностью? Вожатый скаутов? Кто?

Несколько кроликособак направились к хторранам.