День курка
Шрифт:
От нечего делать я производил подсчеты в уме. «Пепелац довольно резвый — скорость под триста. Стало быть, протопали над морем около двухсот километров. Странно… Я прыгнул за борт почти сутки назад. За это время «Вояджер» при скорости двадцать узлов должен был пройти миль четыреста. Наверное, сбавил ход или стоял, пока меня искали». Другого объяснения сему парадоксу я не находил.
Пилот осторожно провел машину над бортом самой верхней палубы и плавно уменьшил высоту.
Лыжи «вертушки» мягко коснулись освещенной прожекторами площадки. Двигатель сбавил обороты.
Я
Метрах в тридцати от площадки стояла группа людей, среди которых мелькнула рожа Аристарха Петровича. Он курил сигару и хмуро поглядывал на прилетевший вертолет…
Вообще-то я ожидал от Аристарха бурных эмоций, разноса, изощренной воровской ругани и прочих манифестаций. Но ничего этого не произошло.
Когда я покинул вертолет и подошел к нему в сопровождении охранников, он скептически осмотрел мой жалкий вид и криво усмехнулся:
— Проветрился?
Я промолчал.
— Дорого ты мне обходишься, — вздохнул он. — Знаешь, сколько мне придется отвалить бабок за поисковую операцию с участием вертолета?
— А ты цепь с бриллиантами продай, — не сдержавшись, посоветовал я.
Стоявший рядом Автоген Автовазович пихнул меня кулаком в бок.
— Не нужно, — остановил Аристарх Петрович. — Меня забавляет его наглость. Выпить хочешь?
— Не откажусь.
— Пошли. Но сначала тебя осмотрит наш японский знахарь, заодно напишешь объяснительную записку на имя капитана. Дескать, напился до чертиков и упал за борт. Он поверит — с русскими туристами такое случается…
Акихиро прибыл в роскошную каюту на полминуты позже нас.
Пока Аристарх распоряжался насчет ужина, врач досконально осмотрел рану под правой лопаткой. Причмокивая языком и покачивая головой, он ворчал на родном языке, обрабатывал поврежденные швы и копался в моей плоти. Кажется, снова что-то подшивал.
Я же сидел у стола и царапал на листочке только что придуманную историю с перебором алкогольных коктейлей в казино. Покусывая колпачок авторучки, я складывал слова во фразы, пытаясь красочно донести до будущего читателя трагедию минувшей ночи. Рассказывал о прогулке по лайнеру, о блужданиях по неведомым коридорам, которые привели на незнакомую площадку с развешенными «телами» спасательных ботов. О брошенной кем-то на палубу банановой кожуре, сыгравшей в невероятной истории роковую роль. О том, как я поскользнулся и, выполнив тройной тулуп с переворотом, полетел в бурлящую пучину…
Пару абзацев пришлось посвятить стайерскому заплыву до ближайшего острова, манившего и согревавшего душу несчастного русского туриста цепочками желтоватых огней. В конце опуса я не удержался и описал ту нечеловеческую радость и огромное облегчение, которые переполняли меня, когда к острову подлетал черно-желтый вертолет с героями-спасателями.
— Готово, — пульнул я по столу исписанный лист.
Поймав его и нацепив очки, Аристарх принялся читать…
— И у меня готово, — заклеил пластырем рану Акихиро. — Рекомендую пару дней рану не мочить и не нагружать мышцы спины.
— Благодарю, — опрокинул я в себя коньяк.
В
— Ну-с, Евгений Арнольдович, — расслабленно откинулся он на спинку кресла, — как ваши почки?
— Хреново. Но литр холодного пива облегчил бы мои страдания.
— Это запросто, — щелкнул он пальцами, приказывая кому-то из своих холуев принести пива. — А ты чего такой грустный? Расстроился, что тебя отловили? Брось! На пессимиста ты вроде не похож…
— Я не пессимист. Я усталый, голодный оптимист с отбитыми почками и дыркой в спине.
Аристарх заливается от хохота и тянется через столик, наливая в мой бокал только что поданное пиво…
Несколько минут назад стюарды привезли из ресторана заказанный Аристархом ужин. На столе перед нами шикарная выпивка и несколько блюд горячей и холодной закуски. Парочка громил-телохранителей дежурит возле входной двери. В коридоре шатаются еще трое. На тот случай, если я задумаю выкинуть очередной фортель.
Вор не стал учинять разнос за побег и досаждать нравоучениями. В начале нашей мирной беседы он просто спросил:
— Позволь узнать, куда ты так торопился, прыгнув с борта «Вояджера»?
Я неопределенно пожал плечами. Дескать, куда угодно, лишь бы подальше от тебя.
— И вообще… Какого черта ты поперся на этот остров? — продолжал он допытываться. — Надеялся найти Российское посольство?
Переживая свое поражение, я молчал.
— Ладно, можешь не отвечать, — смилостивился он. — Но я вынужден тебя разочаровать: нашего посольства в столице Вануату нет. Точнее, есть небольшое представительство из двух дипломатов на территории посольства Австралии. Оба являются моими хорошими приятелями. Так что твой побег заранее был обречен на провал. Это так — к слову…
Признаюсь, я был огорошен. Столько борьбы, столько усилий… И все впустую.
Меж тем Аристарх невзначай обмолвился:
— Вот что, дорогой Евгений Арнольдович, давай забудем об этом недоразумении. Но хочу кое-что сказать. Видишь ли, за подобные выходки в приличном воровском обществе бьют по голове канделябром. Поэтому предупреждаю: еще одна попытка бежать закончится тем, что я прикажу надеть на тебя колумбийский галстук.
— Что надеть? — не понял я.
— В Колумбии есть такой изощренный метод казни. Не слышал?
— Нет.
— Сначала начальник моей охраны перережет тебе горло, а затем через открытую рану вытащит наружу язык. Он будет болтаться на твоей груди, напоминая модный розовый галстук.
Я невесело усмехнулся:
— Свежо и креативненько.
— Вот-вот. Извини, Женя, но ты доставляешь слишком много хлопот.
— А кто оценит мои проблемы, связанные с твоим появлением?! — взвился я в ответ.
— Не понял, — искренне удивился Аристарх. — Мы же с тобой договорились! Я нанимаю тебя в качестве пловца для участия в «Регате», а ты в случае выигрыша получаешь баснословную сумму. Какие, позволь, проблемы?