День курка
Шрифт:
Видок у меня был еще тот: черные плавки и расстегнутая рубаха в мелкую полоску. Ни денег, ни документов. Вообще ничего.
По правде сказать, я плохо представлял план дальнейших действий. Мало того, я понятия не имел, есть ли в этом крохотном островном государстве наше посольство. Или хотя бы консульство.
Иду по левой обочине. Несмотря на вечерние часы, висящее над западным горизонтом солнце изрядно припекает голову. И все же настроение бодрое. Стайерский заплыв закончился, жажда утолена, организм слегка отдохнул и восстановил силы,
Дорога идет на некотором отдалении от берега, плавно повторяя каждый его изгиб. Слева все тот же реденький лесочек, за которым изредка просматривается океан; справа — зеленая равнина, слегка разбавленная темнеющими пятнами кустарника. Глядя на всю эту первозданную красоту, почти не потревоженную человеком, думать о ждущих впереди проблемах не хочется…
Минут через двадцать пешего марш-броска впереди показался столб белесой пыли, поднимаемый неким транспортным средством, мчащимся навстречу.
Остановившись, я осмотрелся по сторонам. Слева в лесочке зияла предательская проплешина с единственной кривой пальмой. Справа, как нарочно, не было ни одного куста, за которым мог бы спрятаться взрослый мужик вроде меня.
Сплюнув, я решил сместиться к обочине, дабы не покрыться слоем пыли и продолжать путь. Кого мне было здесь бояться? Разве что преждевременной встречи с местной полицией.
Ну так что с того? Пусть везут в участок, где через переводчика как-нибудь разберемся. Может быть, быстрее получится выйти на посла или консула…
Спустя минуту мимо пронеслись два автомобиля: белый микроавтобус и небольшой грузовой пикап. Пассажиры микроавтобуса с интересом посмотрели в мою сторону, а пикап проскочил в облаке поднятой пыли. Вряд ли из его кабины заметили одинокого пешехода в странной одежде.
Дождавшись, пока слабый ветерок развеет белесое облако, я вернулся на дорогу и продолжил поход…
Вскоре мне показалось, будто сзади доносится далекий стрекочущий звук. Я остановился.
Машины давно скрылись из вида. Да и звук не был похож на работу автомобильного двигателя. Он то появлялся, то пропадал…
— Странно, — пожал я плечами, возобновляя движение.
Солнце почти срослось с горизонтом.
«В город приду, когда стемнеет, — подумал я. — Может, это и к лучшему — меньше буду привлекать внимание местных жителей. За ночь надо раздобыть шорты и разыскать посольство. А утром заявиться с нижайшей просьбой помочь несчастному соотечественнику…»
Разработку плана на ближайшие двенадцать часов снова прервал посторонний звук, вторгшийся в заповедную тишину. И снова он исходил с востока.
Оборачиваюсь. По дороге едет автомобиль — теперь в попутном направлении.
Отступив на пяток шагов в сторону, вскидываю руку. Вдруг повезет и меня подкинут до города?..
— О, да это старые знакомые, — прищурившись, всматриваюсь в светлую «морду» микроавтобуса.
Точно!
Мне без разницы, что за машины едут в Порт-Вилу. Могу доехать и в кузове пикапа, если не найдется более удобных мест.
Микроавтобус сбрасывает скорость и тормозит, проехав на пяток метров дальше. Пикап останавливается почти вровень со мной. Все места в его кабине заняты, поэтому я, возрадовавшись удаче, бегу к раскрывшейся дверце маленького автобуса.
И вдруг лицом к лицу сталкиваюсь с телохранителями Аристарха, один за другим вываливающимися из салона.
Да, это были они. За время долгого перелета и путешествия на лайнере я неплохо запомнил почти всех, включая начальника охраны по прозвищу Автоген Автовазович.
Этот вывалился вторым или третьим. Огромный фингал под глазом от удара в коридорную стену, перекошенная от злобы рожа; грозный рык, приказывающий поднять руки и не двигаться.
«Вот это я попал! — шальной пулей проносится в голове нехорошая мысль. — И здесь нашли, суки!..»
Сцепляю ладони за затылком. И морщусь от боли от посыпавшихся ударов по почкам и печени…
Часть третья. Регата «Баттерфляй»
Пролог
За несколько метров до вожделенной цели пловец обернулся и выстрелил в одну из преследовавших его акул. Щелчка поршня на поверхности никто из многочисленных зрителей не услышал. Был виден только сверкнувший на солнце металл гарпуна.
Зазубренный наконечник впился в акулье рыло — весьма болезненную и не защищенную плактоидной чешуей область ее тела.
Резко дернувшись, акула поменяла траекторию движения. Фал, соединяющий гарпун с ружьем, натянулся.
Пловец бросил ненужное оружие и схватился свободной рукой за поручень трапа. Еще через секунду он покинул воду и рухнул на доски кольцеобразного настила. Из поврежденного бедра обильно сочилась темная кровь.
Под аплодисменты зрителей к нему подскочил врач — по виду японец, и неспешно подошли несколько человек из «черной» команды.
Врач ловко перетянул ногу резиновым жгутом выше раны, крепкие ребята подхватили пловца, перенесли на палубу «Кайзера» и уложили на отгороженный ширмой лежак. Там японец раскрыл свой чемоданчик и принялся всерьез колдовать над повреждением мышц бедра…
Примерно через полчаса победитель финального раунда, прихрамывая на перебинтованную ногу, вышел из-за ширмы. Дойти до столика, где выдавались причитающиеся деньги, ему помог хозяин «черной» команды — мужчина лет сорока пяти. Он был среднего роста, с грузноватой фигурой и отвислым брюшком, с седыми висками и усталым выражением лица. Следом за ними ковылял сухощавый мужичок со стальным кейсом в обнимку.