Демоница & Праведник
Шрифт:
…
Люциус был не просто в бешенстве, не существует слов, способных описать охватившую его ярость. Какой-то недоучка-святоша разнёс его замок! Замок самого тёмного владыки! Да где это было видано?!
Такого не бывало от начала времён, да и то, низвергнуть Люциуса смог только его святоша-братец Давид.
И кто этот мальчишка, почему его связь с демоницей обернулась для него ещё большей силой? Неужели, то, что сказано в легенде, правда, и мир спасет лишь истинное крепкое чувство?
Вся эта история напомнила тёмному князю его дочь, которая спуталась с ангелом.
— Вызовите ко мне Умберту! — Скомандовал владыка, так, что стены содрогнулись.
Через несколько минут в его кабинет вошел старший сын и покорно встал у дверей. Он прекрасно знал, что отец не просто в гневе, он в ярости, и что теперь ему не избежать наказания.
— Отец, я… — Но, не успев закончить слова, он тут же ощутил на себе магический удар, да, такой, что едва удержался на ногах.
— Молчать, когда я с тобой говорю. Если ты мой сын, это не значит, что тебе всё позволено! Ты хоть понимаешь, что из-за этой девки мы почти лишились власти?! Ты хоть понимаешь масштаб катастрофы?! Какой-то мальчишка явился в мой дом, и разнёс его без особого труда! Да, где это видано?! А все твои проблемы крутятся возле этой шлюхи! Мы подобрали её, дали ей приют и возможность отомстить, а она… У нас остался единственный выход — убрать Мэри! И не смей мне в этом препятствовать. С этого дня ты отстранен от дела. Если сдохнет эта шлюха, сдохнет и мальчишка. Жалко, конечно, красивая девка. — Ни одна жилка на лице Люциуса не дрогнула.
— Я убью мальчишку. — Стоял на своём Умберту.
— Довольно! Ты уничтожил моих лучших людей, родного брата погубил! Теперь очередь твоей девицы. И поверь, милый, это совсем неравнозначный обмен. Немедля собери мне всех братьев, ты же не будешь участвовать. И только попробуй мне помешать — моим преемником будет Альберт! А теперь вон с моих глаз! Ты стал жалок со своей слабостью. Людские страсти не твой удел, сын мой. Вырви из себя эту дрянь, или последуешь путем своей беспутной сестрицы!
Спорить было бесполезно, и, сжав до боли кулаки, Умберту покинул отца, он собирался сам отыскать девчонку, сам расправиться с ними двоими. Но, беда была в том, что последние несколько недель, он вовсе не чувствовал Мэри.
…
С обедом парни расправились довольно быстро, и теперь Елисей отдыхал, довольно щурясь на солнце, а Аметист внимательно рассматривал Марию, потом вдруг встал и подошёл к ней. Елисей весь напружинился и вскочил на ноги.
— Ты! — Аметист указал пальцем на Марию. — Я и тебя буду обучать! Твоя очередь, нападай! — Чёрные кожистые крылья щёлкнули в воздухе.
— Ты с ума сошёл?! Она же… — Начал было Елисей, и подошёл к Марии, обнял, как бы защищая.
— Ты уверен, что будешь всегда с ней рядом? — Усмехнулся колдун. — И да, она — демоница! Не забывай.
Елисей нахмурился, он всё ещё обнимал девушку, потом внимательно посмотрел ей в глаза. Для него она была милой хрупкой девочкой, несмотря ни
Мэри, не моргнув глазом, приняла свой демонический вид. Глаза горели яростью, на пальцах появились когти, и она клацнула клыками.
Полянка, кажется, наполнилась неимоверной силой, но не светлой. Подступила тень, но то ли от того что солнце перевалило за полдень, то ли от демонической энергии. От вида девушки Елисей отшатнулся, будто только сейчас осознавая с кем связался.
А Мэри захлестнули тёмные силы, и она, будто загробным голосом, на непонятном для Елисея наречии, начала плести заклинание. В её когтистых лапах начали появляться сгустки темной энергии и, когда закончилось заклинание, эти сгустки, сформировавшись в огненные шары, полетели в Аметиста, окружая его огнём. Не просто огнём, а диким, яростным пламенем, оно выжигало цветы созданные Елисеем, а девушка смотрела на парня, словно безумная.
Аметист, вдруг, сплёл такую же тёмную защиту, он стал настолько абсолютным мраком, что Елисей поёжился. Тут, среди двух тёмных существ, он чувствовал себя подобно огоньку спички в эпицентре неистовой бури. Аметист лишь слегка сдвинулся с места, пошатнулся, а потом, прошептав что-то на том же наречии, послал шары чёрно-синего огня в Марию.
Совсем не раздумывая, Елисей бросился наперерез огню, мгновенно создавая светлый барьер, но весьма неумело — огонь опалил ему ладони, хотя, серьёзного вреда и не нанёс.
— Мешается! — Фыркнул недовольно Аметист. — Убери его! Ты подготовлена в разы лучше мальчишки, но есть ещё над чем поработать!
Да, обучена Мэри была лучшими тренерами Люциуса, и самим Умберту в частности. Поэтому, она ловко и умело атаковала Аметиста, нападая и уклоняясь от его нападений. А Елисей теперь сидел притихший, не смея лезть между ними.
Мария и Аметист сошлись не на шутку, перемещаясь молниеносно, сплетаясь в темный вихрь — синеватый парня, и зеленоватый девушки. Потом вдруг, резко, как по команде, они разошлись с безумными улыбками на лицах.
Елисей с некоторым недоумением следил за происходящим. Такая сила, такая мощь исходила от этих двух существ — колдун и Мария, его маленькая хрупкая девочка! И он… как ему до сих пор удавалось сладить со всей этой тьмой, если таких, как Мария, там… На что он надеялся, Боже! Да, он надеялся на Бога, именно на Него. Но теперь парень понял реальную необходимость серьёзных и длительных довольно тренировок. Сегодня, конечно, он уже достиг кое-каких успехов, но… Обожжённые ладони болели, и он был недоволен собой.
Мария опустилась рядом с Елисеем, снова появилось солнце, опять всё стало как раньше, и перед ним была та привычная хрупкая девушка с милой улыбкой на лице, и с чистыми изумрудами глаз.
— Мой глупый мальчишка. Зачем ты полез? — Она мягко взяла его ладошки в свои и начала ласково гладить их, словно залечивая. — Ты забыл, с кем связался? — Она смутилась, смутилась своей сущности и того, что их сын, всё же, будет отчасти демоном.
— Я ничего не забыл, и я люблю тебя, Мария, несмотря ни на что!.. — Он улыбнулся и мягко коснулся поцелуем её губ. Было тепло и светло, и ладони больше не болели.