Демоница & Праведник

Ши Марел

…

Аметист в очередной раз сражался с Марией, он весь поглощён был этим боем, как вдруг услышал знакомый голосок. Сначала он решил, что ему почудилось, но тут послышались шажки.

Отбив атаку Мэри и бросив ей: "Стоп!" — Аметист обернулся.

Матвей тут же бросился к нему в объятия, колдун бережно прижал к груди мальчонку, а у калитки стояла изумлённая Сима.

Девушка, казалось, была в полном ужасе. Аметист смутился, едва ли не до слёз, устыдившись своей демонической сущности. Он не хотел напугать Симу. Но…

— Почему вы тут?.. — Тихо спросил Аметист,

подходя к калитке, у которой замерла девушка. Сейчас он был почти обычным, лишь чёрные кожаные крылья выдавали его тёмную суть. — Случилось что-то?

Сима отвела взгляд, она не знала как теперь смотреть на парня. Но другого пути не было, да и она всегда знала, что он не ангел.

— Нас изгнали из деревни… Из-за тебя… Хорошо хоть на костре не сожгли… Ладно — я, мальчику досталось. В общем, идти нам некуда. — Девушка вздохнула.

— Оставайтесь у меня! — Аметист растерянно улыбнулся. — Я не обижу вас, и никому не позволю вас обидеть. Не бойся меня… И прости, что так получилось… Не стоило мне… Знал ведь я, что деревенские меня не любят. Но, Сима, я никогда не хотел ничего плохого, ни вам, ни кому-либо ещё… — Он отвёл взгляд, и заметил вдруг на щеке мальчика ссадину.

Тёплый золотой свет засиял на кончиках пальцев, Аметист нежно провёл по щёчке ребёнка, и царапины тут же исчезли, точно и не было никогда.

— Люди неисправимы, они никогда не примут того, кто отличается от них. Ты столько добра для них сделал, а они… Тебе я верю, но она — девушка кивнула в сторону Марии — она истинная демоница. Стоит ли ребенку жить бок о бок с ней? Не думала я, что ты водишь дружбу с этими, я, видимо, ошиблась, придя сюда. — Сима развернулась, собираясь уйти. — И спасибо за всё…

— Сима, подожди! — Аметист поймал руку девушки. — Постой, позволь мне всё тебе объяснить. Да, она демон, но больше не за зло. Она полюбила праведника, того единственного, кто может спасти этот мир, и он полюбил её в ответ. Демоница носит от праведника ребёнка, такого же полудемона, как я, и она точно так же ищет защиты. Любить и демоны способы, Сима! Не уходи, прошу, они тут совсем ненадолго. Я должен помочь им… Помочь свергнуть демоническую власть, потому и обучаю. Ты и Матвей, вы будете в безопасности тут.

На крыльцо вышел Елисей. Абсолютно светлый, словно бы с солнцем в глазах, и нежно обнял демоницу, точно маленькую девочку, будто желая её защитить. Мария слышала их разговор, но внимания не обратила, просто обняв Елисея, попросила его пойти с ней прогуляться. Сима же молча наблюдала эту сцену.

— Ладно, хорошо, я поверю тебе, но пусть она держится подальше от Матвея, в добрых демонов я верю с трудом. Ведь из-за них мир погиб, из-за них мы остались сиротами. Мне трудно будет ей доверять.

— Я понимаю тебя, Сима, но это временно! Пойдём, я покажу вам дом.

Аметист завёл девушку в своё жилище. Внутри дом оказался просто в разы просторнее, чем казался снаружи.

— Магия! — Пояснил Аметист удивлённой девушке.

Он провёл её в большую и светлую комнату. Там были две больших кровати, шкаф, несколько комодов, красивое кресло-качалка, прикроватный столик и трельяж с чистыми светлыми

зеркалами.

— Здесь никто никогда не жил, надеюсь, вам понравится…

Сима только успевала удивляться. Такой уютный, чистый и большой дом, внутри оказалось два этажа и вырезанная из дерева витая лестница. А комната, в которую её поселил Аметист, была в разы просторнее всего их домика. Девушке было непривычно, и она тихо остановилась рядом с парнем.

— Спасибо. Даже более чем… — Проговорила она смущенно.

А Матвейка с детской непосредственностью забежал в комнату и залез в кресло-качалку.

— Это наше? — С восторгом пролепетал мальчик.

— Ваше! — Улыбнулся мальчику Аметист. — Вы располагайтесь пока, а потом я покажу вам баню, вымоетесь, да и поесть вам не помешает, как раз обед скоро будет готов. И… — Он вновь смутился. — Ещё раз извини, что так вышло!

…

Мария и Елисей пришли только вечером, когда на землю опустились сумерки. Девушка принесла букет цветов и небольшой пучок ягод.

Сима стояла на кухне и готовила ужин, Аметист колол дрова во дворе. Демоница и Елисей вошли, звонко смеясь и болтая о птицах. Да, Мэри рассказывала, как у них дома, когда она была ещё человеком, жили канарейки и павлины. Она с таким восторгом описывала их парню, ведь сейчас их уже не было. А им на встречу выбежал мальчик, Матвей.

— Здравствуйте, а вы кто? — Смело и просто спросил он.

— Я — Мария, а его зовут Елисей. А тебя как зовут? — Мэри присела на корточки перед мальчиком, и, счастливо улыбнувшись, протянула мальчишке пучок ягод.

— А я Матвей! — Гордо выговорил мальчик.

Увидев в окно эту сцену, Сима быстро вышла из дома, и позвала мальчика к себе, а демоницу окатила презрительным взглядом.

— Я запрещаю общаться тебе с этой тетей! — Фыркнула девушка. — Иди к себе.

— Но почему? Она ведь хорошая! Смотри, она мне ягод принесла — с улыбкой пролепетал мальчик.

Сима взяла ягоды и выкинула их.

— Никогда и ничего не принимай от демонов, да и вообще от незнакомых, ты же видишь их впервые в жизни! А теперь иди к себе.

Мальчик расхныкался, но послушал сестру.

— А ты не смей подходить к ребёнку!

— Я не хотела плохого, просто дала мальчишке ягод, не хотела вредить. — Улыбка с лица пропала, а демоница гордо вскинула голову. Не привыкла она, что бы какая-то крестьянка с ней так обращалась.

— Да таким, как ты, вообще не место в этом мире. Из-за такой, как ты, этот мальчик остался без родителей да, и вообще мир погиб.

— Угадала, мир именно из-за меня и погиб, а такие, как ты, преклонялись передо мной! — Мария всё же не выдержала. — Так что, иди и готовь ужин, я есть хочу. И да, яд на меня не действует! — Мэри по-кошачьи улыбнулась, и не собиралась больше утруждать себя беседой с этой деревенской девкой, собралась уйти, как вдруг, та подскочила к ней, и попыталась ударить по лицу, но проворная Мэри, тут же перехватила её руку, с силой сдавливая запястье, оставляя синяки. — Не смей трогать меня. — И вновь кошачья улыбка, словно в насмешку, а руку её Мэри отбросила, словно та была грязной.