Демоница & Праведник
Шрифт:
Аметисту нравился мальчишка, нравилась эта милая и добрая девушка. Он с каким-то смущением принялся жевать пирожок, потом тихо произнёс, обращаясь к Симе:
— Прости… проблем из-за меня… — И он опять покраснел.
— Да ну брось ты извиняться! — Девушка опять улыбнулась. — Это не страшно — рабочая обстановка. Однажды вот этот хитрюга свалил с полки крупы — пшено, греча и ячка рассыпались по всей кухне, тогда мне пришлось несколько дней их сортировать. А это так, мелочи. Муку я ещё перетру.
Аметист представил, как девушка перебирает крупы, и вздохнул — он
— Какая ты терпеливая! — С удивлением произнёс парень. — Перетрёшь? А давай я помогу тебе сделать муку!
— Ну, если не сложно… Вдвоем быстрее будет! — И девушка достала полмешка пшена и ступки.
А к этому времени уже выпеклось печенье, Сима вынула противень из печи и выложила все в миску. Потом она вышла на улицу, отряхнулась и умылась, так же поступил и парень.
— Может, сначала попьем чаю, а потом сделаем муку?
Аметист положил на мешок руки, заглянул в него, небольшая вспышка света — и всё пшено превратилось в муку.
— И впрямь быстрее! — Улыбнулся парень, потом с наслаждением вдохнул аромат выпечки. — Да, от чая я не откажусь! — Он смотрел на удивлённую растерянную девушку, и хотелось смеяться, будто он такой же маленький, как Матвей.
Вечер пролетел так быстро, словно и не было его совсем. А за окнами налетели тучи, и разразилась самая настоящая гроза. Матвей нагло залез на колени к Аметисту и заснул прямо у него на руках.
…
Утро и вновь тренировка. В это утро, в следующее, и в следующее, день за днём, вновь и вновь — свет для Елисея, тьма — для Марии.
Аметиста самого весьма и весьма выматывали такие тренировки, но он чувствовал, как становился сильнее, крепла мускулатура, и даже во взгляде читалась сила и мощь.
С удовольствием Аметист отмечал, что и подопечные его становились проворнее и сильнее, да, это не могло не радовать, сейчас, наконец, он чувствовал себя живым. Живым, нужным, и сильным, как никогда, и это чувство было по-настоящему прекрасным. Теперь он твёрдо знал, зачем он просыпается по утрам, и ради чего совершенствовался и обучался все эти годы, хотя, ранее, до того, как он встретил Елисея и Марию, ему частенько казалось, что он просто ищет любой способ не сойти с ума от одиночества, цепляется за соломинку.
А каждый вечер он, неизменно, шёл к Симе, и возле неё он становился кратким и нежным струящимся светом.
Тренировки-тренировки, и снова тренировки. А вечерами Аметист уходил, и тогда Елисей был по-настоящему счастлив, наслаждаясь этим покоем и гармонией. Они с Марией гуляли по лесу, любуясь природой, доходили порою до реки, и плескались в ней, бегали босиком по прохладной воде, брызгаясь и смеясь, точно дети.
А потом, когда становилось совсем темно, Мария и Елисей возвращались домой, пили ароматный чай, и вместе согревались одеялом и просто близостью друг друга. Они читали книги в свете свеч, заучивая новые заклинания, у каждого была своя книга, у каждого — свои заклинания.
И если бы кто-то мог наблюдать за этой сценой,
Но этим двоим было тепло, хорошо, и уютно. Они счастливы были, и плевать на всё, плевать на целый мир!
…
Шум голосов, гомон и топот толпы.
Было совсем рано, Сима с удивлением выглянула в окошко — что же случилось? Куда и для чего собралась такая толпа?
И ещё больше её удивление стало, когда толпа остановилась у её калитки, люди вломились во двор, бесцеремонно топча клумбы и грядки.
— Выходи! — Рявкнул чей-то пьяный голос. — Колдунова блядь!
Сердце девушки дёрнулось, и ушло в пятки. Но она, всё же, открыла дверь, вышла на крыльцо, босая, в тонком простом сарафане.
— Ты почто ево сюда приманила?! — Причитали старухи. — У, гулящая! А какой приличной-то казалась!
Крики, вопли, обвинения, факелы и камни, слова "шалава" и "потаскуха" со всех сторон. И дикий рёв "вон из деревни". На крыльцо вышел сонный Матвей, удивлённо моргая, но кто-то бросил в него камень, и мальчик громко заревел.
Девушка взяла на руки плачущего мальчишку и закрыла спиной, что бы больше в него не попало. У неё самой на глаза навернулись слезы, но девушка не заплакала.
— Чего он вам плохого сделал? Не он ли постоянно лечит ваши хвори и помогает когда вы в беде? Неблагодарные вы. Из-за таких, как вы, погиб когда-то мир. И ведь никто из вас не меняется! Мы-то уйдем, а вы так и будете грызться между собой как крысы. — Забрав плачущего Матвея, Сима забежала в дом, и спешно стала собирать вещи.
Но куда идти? Ведь они были сиротами. Аметист. Почему-то ей показалось, что он не прогонит её. Ведь сколько раз парень звал её к себе. Слёзы застили глаза, а мальчик, будто взрослый, смотрел внимательным печальным взглядом и всё понимал.
— Это ведь из-за этого дяди? — Спросил мальчик.
На его щёчке появлялась ссадина, и девочка в слезах села перед ним на колени, сжимая в объятьях.
"Изверги, на ребенка руку поднять!" — Про себя возмущалась она, а в слух сказала:
— Нет, это из-за того, что эти люди глупые и злые!
Глава 12
К обеду Сима и Матвей, в обход села, спешили к лесу, к тому самому домику, под защиту колдуна, ставшего уже таким привычным и родным будто.
Но придя к дому Аметиста, Сима просто впала в ступор: во дворе дома, где жил колдун, словно в танце кружили два демона. У девушки сердце в пятки ушло. Сначала Сима испугалась, а поняв, что один из демонов и есть Аметист, хотела и вовсе убежать, только вот вспомнила, что дороги назад уже нет. Спасти мальчика была её единственная цель.
А тот, кажется, и вовсе не боясь, отворил калитку и побежал навстречу знакомому мужчине. Когда девушка спохватилась, мальчонка уже кричал:
— Здравствуй, дядя!