Дегустация Индии
Шрифт:
Кольцо стоило сто долларов – Ранжана сказала, что это очень дорого, хотя в Европе подобный дизайн оценивался бы цифрой ровно на ноль больше. И, воодушевленная возможностями индийского товарного выбора, я отложила покупку кольца на другое место. Имейте в виду, одинаковы в Индии везде только попсовые вещи.
Не то что в каждой провинции, а даже в каждой ремесленной команде свой узор и своя концепция. Конечно, больше нигде я не встретила такого кольца. И при всем моем спокойном отношении к жемчугу однажды в Москве мне приснилось, что я возвращаюсь в гостиницу и покупаю его. Надеюсь, что так и случится...
Ранжана не зря нас торопила.
В сгущающейся тьме мы постояли на фрагментах разрушенных ступеней, ведущих в брошенный город на вершине горы. Агра под нами зажигала фонари и окна, жители трущоб разводили костры и раздували примусы, пахло едой, дымом и ночными цветами.
...Император Акбар, один из центральных исторических персонажей шестнадцатого века, никак не мог произвести на свет наследника и в отчаянии пришел сюда на встречу со знаменитым суфийским мистиком шейхом Салимом Чишти.
Мистик пообещал «решить проблему» и решил. Император Акбар назвал мальчика Салимом, в честь святого, и на радостях возвел на каменистых склонах новый город из красного песчаника – Фатехпур-Сикри.
Город просуществовал чуть более пятнадцати лет, после чего пустыня съела всю воду под ним. Легенда гласит, что однажды утром Акбар вышел на высокую стену дворца и увидел, что озеро пересохло за ночь и превратилось в грязный сухой котлован... он понял – боги прокляли город!
В тот момент процветающий Фатехпур-Сикри имел население большее, чем любой город Европы, – порядка полумиллиона человек. И Акбар приказал этому полумиллиону немедленно переселиться. Последний день Фатехпура-Сикри был менее кровав, чем последний день Помпеи, но тоже трагичен.
В Помпеях проживала ровно половина населения Фатехпур-Сикри. Жителям казалось, что извержение вулкана не достигнет стен города, но пепел укутал их мгновенно. Археологи откопали семьи, сидящие за обедом, пары, занимающиеся любовью, играющих детей с маской ужаса на лицах... Часть этих тел, мумифицированных пеплом, выставлена в Помпеях вместе с телами животных и домашней утварью, чтобы леденить кровь туристам.
Жители Фатехпур-Сикри, видимо, тоже не понимали, чем прогневили богов и почему надо покидать великолепный город без промедления... Население вышло из стен, как змея из кожи, и переселилось в другое место, оставив крепостные стены, дворцы, мечеть, караван-сарай, дома, бани, мощенные камнем площади, каменные рыночные прилавки, парки, скульптуры, каменные узоры, мозаику, ажурные решетки и императорский монетный двор орлам, обезьянам, зеленым попугаям, воронам и бурундукам.
Акбар строил Фатехпур-Сикри с размахом. Дворцовый зал для публичных аудиенций окружали стильные арки, к нему прилегала площадка, выполненная как шахматное поле – рабы и рабыни в костюмах шахматных фигур были расставлены по мраморным черно-белым клеткам. Слоновий двор имел функции «лобного места» – к диким слонам бросали преступников, и звери сами принимали решение о виновности. Либо затаптывали, либо миловали.
В углу главной площади в изящной каменной беседке собирался верховный совет при императоре. Акбар восседал в центре на круглой площадке, поднятой каменным столбом, советники располагались на галерее, опоясывающей помещение вдоль стен. Вниз запускали ходоков и просителей из народа, власть выслушивала их с высоты
Акбар был одним из самых терпимых и дальновидных императоров Индии и завоевывал доверие не жестокостью, а мудростью и обаянием. Он был веротерпим и не потребовал от своей жены, матери Салима, индийской королевы Джодхабай, изменить имя и принять ислам.
Он прекратил «джадайя» – могольское взимание налогов с немусульман и настаивал на уважении всех религий. Он поручил придворному поэту Абдулу Рахиму Кханекхана перевести «Рамаяну», «Махабхарату» и «Упанишады» с санскрита на персидский.
Фатехпур-Сикри был возведен руками двадцати тысяч рабов и пленников в рекордные сроки. Он спланирован не как набор отдельных функциональных зданий и улиц, а как совершеннейший единый ансамбль – идеальный город идеального императора. За пятнадцать лет не успели стесать камни площадей, закоптить стены и залатать крыши. Город выглядит как странный величественный «новодел» шестнадцатого века.
В «Книге джунглей» есть глава о похождениях Маугли в брошенном городе. Придя в Индию и наткнувшись на Фатехпур-Сикри, британцы были поражены его красотой. Прекрасные дворцы и храмы, украшенные каменной резьбой и инкрустированные самоцветами, утопали в лианах и сорняках. В иссохших прудах и фонтанах на солнце грелись змеи и ящерицы. В галереях галдели стаи птиц. По парадным площадям бродили тигры, леопарды и пантеры. Изысканные чердаки заселяли дикие пчелы.
Британцы поначалу даже устраивали на улицах бывшей столицы настоящие охоты на диких зверей. А потом устроили охоту на драгоценные камни из стен памятников, которая стала одним из любимых занятий колонизаторов, считавших себя просвещенными. До них все в городе было цело – местное население не приближалось около трех веков, боясь проклятия.
Фатехпур-Сикри – странный город, он похож на декорации к фильму или спектаклю. В Помпеях ты ходишь по острому кладбищенскому горю. В восхитительных стенах Фатехпур-Сикри ощущаешь себя как в детском сказочном аттракционе.
Ворота брошенного города обиты лошадиными подковами: если у человека заболевала лошадь, он приходил молиться в мечеть. Если лошадь после этого выздоравливала, хозяин прибивал подкову концами вверх, если же умирала, то вниз... Но сегодня тысячи паломников ходят сюда молиться не о здоровье лошадей, а о рождении сыновей.
Конечно, когда мы вошли в открытые площади мертвого города, никаких паломников, кроме нас, не было. Водители остались возле охранника в хлипкой пристройке, а мы двинулись на городскую площадь, окруженную галереями. Большая луна позволяла немного видеть; фонарей и электричества Акбар не оставил.
Психика пары русских литераторов не выдержала эмоциональной, информационной, температурной и алкогольной нагрузки и внезапно увела их в темноту мертвого города в поисках туристических красот.
Степень безопасности подобной прогулки внушала сомнения. Ранжана, на которой уже не было лица от усталости, поскольку, готовя конференцию, она не высыпалась месяц, вместе с профессором Кумаром бросилась на их поиски.
Остальные сели поближе к выходу из мертвого города на теплые камни городской площади в мистической тишине. Светила луна. Неожиданно появилась невероятно тощая, невероятно громко скулящая собака, прижимающая к телу заднюю ногу. Собак в Индии не держат за уважаемых животных, и совершенно непонятно, как они выживают в этом нищем вегетарианском царстве.