Дефолт совести
Шрифт:
Холмов сильно разволновался и, вскочив на ноги, босиком забегал по полу.
– Дедуля, ну какой, скажи, сейчас прок в твоём самобичевании? Что было, то прошло. История всё равно тебя не забудет...
Алёна пыталась хоть как-то сбить у деда накал страстей, но судя по всему, того уже было не остановить.
– Это покаяние, а не самобичевание, – махнул рукой Холмов. – Пойми, внучка. Ко всему, что стало происходить после моего ухода из власти, ко всем этим безобразиям вольно или невольно, прямо или косвенно приложил руку твой дед! Как жить с этим? – Холмов с силой ударил рукой по стеклянному столику, на котором были разложены лекарства. Однако, как ни странно,
Оба долго молчали, как бы остывая от нахлынувших эмоций.
– Ах да, совсем забыл, – присев на кровать, произнёс больной. – Мне необходимо вместе с Маргарет на два дня слетать в США. Там запланированы мои лекции...
– Что ты опять сочиняшь, дед? Какие там лекции? Тебе здесь их отменили, а ты собрался лететь через океан, чтобы читать их в США. – Алёна покачала головой. – Что, большой босс вызывает, да?
– Ничего от тебя не скроешь, Лёленька, – улыбнувшись, уставшим голосом произнёс Холмов. – Да, вызывает. – Он нежно поцеловал девушку в лобик.
– Дедуля, а знаешь, вчера ночью, когда ты ещё был без сознания, меня впервые в жизни посетила муза, и я написала стихи, посвящённые тебе. Помнишь, ты спрашивал о правде и лжи? Я постаралась найти ответ. Хочешь, прочитаю?
– Ещё спрашиваешь?! – Холмов внимательно посмотрел на внучку. – Я, наверное, единственный из бывших лидеров СССР, кому никогда ещё не посвящали стихов...Алёна раскрыла синий блокнотик и, приняв театральную позу, начала декламировать:
Ложь иногда бывает во благо,
А правда всегда во вред.
Наивен и глуп мудрец бедолага,
Кто истины тайну выносит на свет.
Он тут же становится лёгкой добычей,
Мишенью отравленных стрел
И криков обидных толпы многоликой—
Как правду поведать посмел?!
С правдою трудно поспорить. Но можно.
Спорить же с ложью– сизифов труд.
Она многолика, хитра и безбожна,
А правда всегда голышом на виду.
– Замечательно! Спасибо тебе, внученька! Эти строки точно про меня... Дед крепко поцеловал девушку и прослезился.
Базель. «Прометей» спасёт одного
Поздним дождливым вечером личный самолёт голландского магната доставил Зоммера в Страсбург. Ему хотелось как можно скорее поделиться новостями с Фроловым. С пугающей откровенностью Майер ясно дал понять, что времени на размышления не более недели. А что потом – вопрос вопросов. Хотя ничего нет хуже любой недосказанности. И как назло, Павел упорно не отвечает на звонки. Проклятие! Не случилось ли чего? Он-то ещё не знает, что на кону десять миллионов! Что ни говори, всё-таки странно. Если Майер и его таинственные друзья столь могущественны и всесильны, то почему они готовы выложить десять миллионов евро только ради того, чтобы они отозвали иск? Проще убить. И концы в воду. Впрочем, может, хотят всё сделать чисто, мол, пусть эти дураки отзовут иск, Фролов вылечит Блейка, тогда и уберут тихонько. Точно! Их не оставят в живых. Слишком уж велики ставки.
От этих навязчивых мыслей, больше похожих на фантазии, голова адвоката
Дверь ему открыла заспанная, шатающаяся из стороны в сторону как лунатик мадам Лурье. Приложив морщинистые руки ко лбу, она сначала долго всматривалась в фигуру столь позднего гостя, пока, наконец, не признала Зоммера.
– Откуда вы в такое время?! – воскликнула мадам, ёжась от холода и запахиваясь плотнее в домашний халат.
– Из столицы туманного Альбиона! – ответил Курт и невольно улыбнулся, ибо понял, сколь двусмысленно и смешно прозвучал его ответ. Город застилал густой непроглядный туман. – Мадам Лурье, я хочу подняться к мсье Фролову. Он дома? – со слабой надеждой спросил Зоммер.
– К сожалению, нет, – зевая, ответила женщина. – Я его уже дней десять как не видела.
– Ничего не понимаю. Он же должен был ждать меня...
Но стоило женщине упомянуть о двух коллегах, которые уехали с Павлом, как он тотчас всё вспомнил. Ну конечно, как только он мог забыть?! Что-то рановато для склероза.
Извинившись, он пешком направился к своему дому, строя по дороге предположения.
Ну конечно же он уже в Базеле. С двумя своими коллегами. Кстати, про Базель упомянул и герр Майер. Все вылетело из памяти с этим проклятым Лондоном. Зоммер тут же понял, что где-то рядом с ним та красавица, с которой он познакомился во Флориде и по уши влюбился. Но стоп! От этого же ему самому не легче. Мобильный телефон как не отвечал, так и не отвечает. Не поедет же он в Базель искать там Фролова? Или того лучше – спрашивать во всех клиниках, не лечится ли у них некий миллиардер Блейк из Флориды?! Зоммеру ничего не оставалось, как ждать, пока Фролов позвонит сам.
Наутро адвокат отправился на работу и первым делом поинтересовался у коллег, оправился ли после болезни мэтр Конти.
– Ты что, приятель, ничего не знаешь? – уставилась на него долговязая адвокатесса, соседка по кабинету.
– Подожди, не говори, – Курт сделал останавливающий жест рукой, – сначала я присяду. Неужели мэтр Конти скончался?
Теперь настала очередь коллеги размахивать руками.
– Упаси господи! Как ты мог такое подумать? Такой человек...
– А что же ещё могло такогослучиться?
– Как что? Мэтр Конти покинул наш суд. Для некоторых людей это огромная радость, а для нас хуже смерти.
– Где он сейчас? – спросил ошарашенный Зоммер.
– Где же ему быть, как не дома? – вопросом на вопрос ответила соседка по кабинету, но её слова уже догнали Курта у дверей.
Схватив такси, Зоммер назвал адрес, где жил мэтр Конти.
– Ну что, дорогой Курт, наш фокус с мистером Холмовым удался на славу, не так ли?! – весело приветствовал его мэтр, с чувством обнимая адвоката за плечи. – Видишь, какой грандиозный скандал разразился! Теперь ты в эпицентре всей мировой прессы! Такая популярность не снилась ни одному твоему коллеге.
– Благодаря вам, мэтр. Только это сейчас неважно. Как вы могли бросить всех нас и уйти из суда?
Вместо ответа Конти постучал пальцами по груди в то место, где находилось сердце. И без слов было понятно, что он этим хотел сказать.
– Конечно, какие тут могут быть сомнения?! Все вполне естественно, правдоподобно. Все поверят. Но только не я, дорогой мэтр. Вас заставили уйти. Не обманывайте меня, пожалуйста. Это очень важно.
– Брось, мой мальчик, терзать эту тему. Лучше расскажи про Лондон. Это правда, что пишут в газетах? Что господина Холмова попытались якобы отравить полонием, как и этого несчастного русского, всё забываю его фамилию...