Дар халифу
Шрифт:
— Я знаю об этом, Велиамор и мне рассказал, - Николь улыбнулась, дотронувшись до его щеки.
– Поэтому я так быстро прониклась доверием к тебе, но разве то, что между нами, не любовь?
— Нет, всего лишь чары, - Виктор отстранился, избегая смотреть ей в глаза.
– Магия, будь она проклята.
— Чары?
– переспросила Николь, отступив на шаг.
— Ты любишь графа, поэтому ищешь его общества. Ты это доказала, а ко мне тебя тянет из-за проклятия. Ты не любишь меня, а я тебя. Это все колдовство, - Виктор вздохнул, отвернувшись
Солнце клонилось к закату, оставляя небо серпу фиолетовой луны. Он стал шире и ярче в это время года, освещая ночью земли, но все же уступал желтой луне.
— Ты не любишь меня?
– переспросила девушка, чувствуя, что сердце перестало биться, а все вокруг погрузилось во тьму.
Виктор обернулся и успел подхватить ее на руки, прежде чем она бесшумно опустилась на пол, лишившись чувств.
Открыв глаза, Николь увидела встревоженное лицо Ниониэль. Волшебница держала обе ее руки в своих, читая заклинания на языке литиатов. Заметив, что ее подопечной лучше, она улыбнулась.
— Ты так напугала всех нас, - сказала она, отпуская руки девушки.
– В твоем положении нельзя все так воспринимать. Старайся не думать о плохом.
— Как я могу воспринять то, что он сказал мне?
– Николь закрыла глаза.
– В каком положении?
Она резко села, взглянув на подругу.
— Нет, этого не может быть, - прошептала она, радостно улыбаясь.
— Почему? Разве ты не замужем?
– усмехнулась Ниониэль, довольная ее реакцией.
— Боюсь, этой свадьбой все и закончилось, - вздохнула Николь.
— Теперь ты не должна думать ни о ком кроме ребенка, - предупредила волшебница.
– Хватит волноваться из-за мужчин, пусть сами разбираются.
— А где Виктор?
– Николь спустила ноги с кровати и позвонила в серебряный колокольчик.
— Куда же ты собралась?
– Ниониэль нахмурилась.
– Я только что вытащила тебя из мира теней.
— Я скажу ему, - девушка приказала появившимся слугам принести ей платье. Те поспешили в гардеробную.
— Я сама позову его, - предложила волшебница. Николь заметила мелькнувшую тень в ее глазах.
— Хорошо, я подожду здесь, - сказала она.
Ниониэль кивнула и вышла. Слуги помогли Николь надеть платье и уложили волосы. За окном была темно.
— Долго я пролежала?
– спросила она у девушек, стараясь определить который час.
— Уже скоро рассвет, - сообщила одна.
— А где король Вандершира?
– Николь надела туфельки и поправила незатейливую прическу.
— Был в каминном зале, - сообщила вторая.
– Он там с графом и магом.
— Спасибо, можете идти, - улыбнулась им Николь.
Девушки вышли, и она тоже покинула спальную, спустившись в каминный зал. Это был первый зал, куда вела широкая лестница из их крыла. Он был просторным, но не таким огромным, как тронный и бальный. Тут гости проводили досуг. К их услугам были музыкальные инструменты,
Большой камин из зеленого камня был натоплен. На просторном диванчике перед ним сидел Велиамор, читая книгу. Девушка подошла и села рядом.
— Мне жаль, что вы так все восприняли, - сказал он, отложив книгу.
– Это моя вина.
— Нет, не извиняйтесь, - попросила его Николь.
– Я всем доставляю неприятности и все потом еще и извиняются.
— Рад, что Ниониэль помогла вам, - маг улыбнулся.
— Вы знаете, Что Виктор думает о проклятии?
– спросила девушка.
— Да, - кивнул Велиамор.
– Но я не разделяю его взгляд на ваши отношения. Хочу, чтоб вы имели это в виду.
— То есть, вы считаете, что мы можем любить друг друга искренне, без магии?
– Николь улыбнулась.
— Я считаю, что любовь не может быть вызвана магией, - ответил Велиамор.
– Вы слишком ее переоцениваете. Только темные практикуют любовные зелья, но это вожделение, не любовь.
— А проклятье?
– Николь облегченно вздохнула.
— Эльфы наделили Кальтбэргов особым даром, чтобы преодолеть их жестокосердие. Они вызывают симпатию у всех, в ком есть эльфийская кровь, но не более.
— Теперь проклятье снято?
– поинтересовалась Николь.
— Да, вашей взаимной искренней любви вполне хватило, - ответил маг, которого не отпускало ощущение, что проклятие могло быть уже снято еще до рождения обоих. События во время взятия берега и последующая встреча с солдатами Холоу заставили его по-новому взглянуть на эту проблему.
— Вы самый мудрый человек из всех, кто мне встречался, - девушка взглянула на Велиамора, внешне еще такого молодого.
– Вы помогли мне уже не в первый раз. Вы знаете Виктора лучше других. Скажите, он любит меня под действием эльфийских чар или по доброй воле?
— Благодарю, хоть я и не заслуживаю подобных слов, - начал маг, улыбнувшись ей тепло.
– Но я не человек и любовь людей непонятна для меня. За сто лет, которые я провел среди людей, вы не перестаете удивлять меня. Скажу вам одно, любовь прекрасна сама по себе, чем бы она не была вызвана.
— Спасибо, - Николь поднялась, одарив его еще одной лучистой улыбкой.
– Я поняла вашу мысль.
— Рад, что помог, - Велиамор посмотрел на дверь, ведущую в соседний зал. Через мгновение она открылась и на пороге появилась Ниониэль. Во дворце она оставалась в своем истинном облике, желая сохранить силы перед предстоящей битвой. Жителей Эвервуда, привыкших к красоте соседствовавших с ними эльфов, не так впечатляла ее красота, как вандерширцев.