Дар халифу

Шульгина Татьяна Павловна

— Вы слишком быстро оставили попытки завоевать мою любовь, - ответила она, вновь почувствовав забытую боль.

— Вас привлекло во мне именно это, - возразил Виктор.
– Поверьте, если бы мы не попали в водоворот этих ужасных событий и продолжали жить во дворце, вы избегали бы меня и считали очередным глупым воздыхателем. Ведь вы именно так обо мне и думали? Какой смысл был бороться за вас?

Бьянка молчала, прекрасно помня тот вечер, когда обвинила его в шантаже с целью добиться ее взаимности. Он, похоже, тоже отлично это помнил.

— Я должен был

оставить вас, чтоб вы смогли найти человека, который составит ваше счастье. Это не я и не Чарльз, - Виктор кивнул в сторону мостика, где находился капитан Джонсон.
– Перестаньте бороться за счастье. Это полная бессмыслица.

— Напишите ей хотя бы письмо, - произнесла девушка после паузы.
– Как я покажусь ей на глаза без новостей от вас?

— Хорошо, я напишу, - согласился король.
– Но вы отдадите его, только убедившись, что оно ей действительно нужно.

— Обещаю, - Бьянка улыбнулась.
– Мне, в самом деле, очень жаль, что я не успела вас достаточно узнать. Иначе все сложилось бы по-другому.

— Не думаю, - Виктор тоже ответил ей улыбкой.
– Вы бы постоянно со мной спорили, а я этого не приемлю.

Бьянка кивнула, в очередной раз убедившись, что упустила интересного и умного мужчину, пока искала загадочного и необычного. Она спустилась в свою каюту, чтобы собрать вещи. Король ушел к себе, чтоб написать письмо.

В королевской каюте теперь было непривычно пусто, или ему казалось, что без Николь она огромная и пустая. На столе уже лежали письма, присланные с "Королевы Морганы". Одно было от капитана Питерса, второе от королевы. Виктор вскрыл его и пробежал взглядом по ровным строчкам.

"Виктор, мне очень жаль, что я не оправдала твоего доверия и предала тебя. Я вполне достойна этого наказания, а может, и более жестокого. Хотя нет ничего ужаснее этой разлуки с тобой. Ты знаешь, я приму любое твое решение. Хочу только одного, чтоб ты знал, что я люблю тебя и верна тебе.

Твоя Николь."

Через четверть часа Бьянка уже была готова к отплытию. Велиамор все же уговорил жену отправиться на "Королеву Моргану", чувствуя, что она еще слишком слаба. Тут был и Джек, которого Виктор тоже решил оставить с женщинами, как он объяснил парню, для охраны самых значительных персон.

— Рад, что вы согласились, - сказал король, заметив сумку и плащ в руках волшебницы.
– Так я буду уверен, что все дорогие для меня женщины в надежных руках.

— Я больше пользы принесла бы вам тут, - ответила Мадлена.
– Вы не представляете, что вас ждет.

— Мы неминуемо встретимся с врагом, но если погибнем, кто позаботится о королеве Вандершира?
– Виктор протянул ей конверт.
– Это документ, по которому корона и престол Вандершира перейдет к Николь, если я погибну. А также некоторые полезные в этом случае советы мои и Велиамора. Хотя он, скорее всего, останется жив.

Мадлена встревоженно взглянула на мужа.

— Если силы будут неравными, отступите, не ждите смерти, - посоветовала

она.

— Я все же надеюсь, что до этого не дойдет, - Виктор улыбнулся и взглянул на Бьянку.
– Это вам, как вы и просили.

Он передал ей второй конверт с единственной надписью "Николь". Бьянка спрятала его в небольшую сумочку, которую несла сама, не доверив солдатам. Там были ее украшения и книги.

— Мы возьмем берег и высадимся, - говорил Велиамор жене, пока король отошел с княжной.
– Когда дорога до столицы будет свободна, мы пошлем за вами.

— Будь осторожен, - мысленно попросила она, коснувшись его щеки.

— Верни Кристиана, - Велиамор накрыл ее руку своей ладонью.

— Я все сделаю, - она приняла свой истинный облик, желая, чтоб муж увидел ее такой, какой знал всегда. Матросы, наблюдавшие за ними, замерли пораженные ее красотой.

— Я буду думать о тебе, - сказала волшебница и поцеловала мужчину, не обращая внимания на глазеющую на них команду. Бьянка вздохнула. Виктор улыбнулся, взглянув на нее.

Матросы сгрузили багаж в шлюпку и помогли дамам сойти. Когда шлюпка отошла, флагман взял прежний курс.

— Не думал, что у вас все как у людей, - заговорил король после паузы. Они с Велиамором стояли около борта, наблюдая за ней.

— Нет, все далеко не так просто, - ответил маг.
– Для нас любовь в первую очередь жизненная сила. Без нее мы слабеем и теряем свои способности.

— Мы тоже, - кивнул Виктор.
– Конечно, не все, но большинство.

— Я говорю не о душевных переживаниях, - маг улыбнулся.
– Темные отнимают у нас силу только своим существованием. Мысль о том, что есть такие существа, злобные, бесчувственные и жестокие, невыносима.

— Попробуй ненавидеть их, - предложил король.
– Мне отлично помогает.

— Ненависть тоже отнимает силы, - Велиамор посмотрел на него, усмехнувшись.
– И мешает сосредоточенно и рассудительно мыслить. Эльфы вообще не могут ненавидеть. Им жаль даже убитых ими врагов. Они потом песни о них поют и плачут.

— Да, я об этом слышал, но никогда не верил, - ответил Виктор.
– Трудно представить.

— В Эвервуде у тебя будет возможность убедиться в этом.

— Почему Мадлена слабеет? Разве ты недостаточно любишь ее?
– спросил Виктор, не желая продолжать разговор об эльфах. Он предвкушал встречу с Лингимиром, и она была для него более непредсказуема, чем с правителем Иджу.

— Ее сын становится темным, - ответил маг.

— Сын? Граф?
– переспросил король. Велиамор кивнул.

— Он не станет темным, - заверил его Виктор.
– С ним Николь.

— И Ева, - маг покачал головой, не уверенный в больших шансах Кристиана.
– Она слишком подвержена влиянию темных. Больше, чем я думал.

— Уверен, твоя жена - волшебница и моя - эльф не позволят им с графом наделать глупостей, - с улыбкой произнес король, похлопав советника по плечу.

— Ты расположен к нему, - заметил маг.
– Несмотря ни на что. Это не в характере людей.