Дар халифу
Шрифт:
— Конечно, будешь, - притворно оскорбился граф.
– Я не хочу подвергать опасности жизнь невинной девушки.
Николь не отвечала, тихо посапывая. Кристиан вздохнул, поправив ее волосы и накрыв плечи. На палубу упал свернутый листок бумаги. Мужчина осторожно переложил голову девушки на лежанку и поднялся на ноги.
Он подобрал письмо и, пробежав строчки взглядом, смял его в кулаке.
— Попади только ко мне в руки, - произнес он угрожающе и бросил скомканное письмо в море.
Глава
Вандершир.
Четвертый весенний месяц.
В тронном зале дворца на главной площади Уайтпорта, на своем троне восседал новый король. Он недовольно взирал на слуг, представших пред ним с донесением. Молодой человек с мертвенно-бледной кожей и светлыми кудрями, и змееликий мужчина в черном плаще и накинутом на голову капюшоне.
— Как это они отступили?
– прошипел король, вцепившись в подлокотники каменного трона.
– Почему вы позволили?
— Солдаты Холоу слушают своих командиров, - отвечал равнодушно вампир, взирая на господина.
— Мы убили десяток, но они не прекратили отступление, - доложил Змея, не напрасно получивший свое имя. Этот маг превращался в громадную рептилию, и был неуязвим для стрел эльфов и оружия людей. Теперь на его желтоватом плоском лице было несколько свежих шрамов, а клыки вовсе отсутствовали.
— Позвать ко мне Кальтбэрга!
– приказал король негодуя.
– Чтоб ему слушать песни эльфов до конца его дней.
Вампир вышел, обнажив два белоснежных клыка в кривой усмешке. Змея оставался на месте.
— Много мы потеряли?
– спросил Лоакинор, откинувшись на спинку и оглядывая разрушенный зал, словно поле боя. Стены, облицованные огромными зеркалами, были обожжены и закопчены, кое-где обагрены кровью. Ни одного зеркала не уцелело. Их осколками был усеян пол, вперемешку с обрывками штор и обломками мебели.
— Две сотни оборотней, почти всех вандерширцев, - доложил слуга.
— Ублюдок, он дорого заплатит за это, - шептал разъяренный король.
– Словно дух Валиуса мстит мне, воплотившись в правнуке.
— Они перешли на сторону врага, как только увидели Кальтбэрга. Мы убили, сколько смогли.
— Потому что солдаты Холоу должны были встретить Виктора!
– взорвался новой вспышкой гнева Лоакинор.
– А вы должны были взять столицу! Почему вы отступили?!
— На стороне эльфов было два мага, - Змея тронул свой шрам, перечеркнувший правую половину его лица.
— О, это он тебя так украсил?
– рассмеялся король.
— Я вонзил ему в руку клыки, он бы умер через мгновение от яда, - шипел Змея, тоже чувствуя досаду за позорное поражение.
— Полагаю, они остались в его руке?
– Лоакинор смеялся от души над своим неудачливым слугой.
— Да, второй отсек их и едва не убил меня, - кивнул тот.
— Я неудачник, окруженный глупцами и трусами, -
– Жалкий маг смог побороть громадное ядовитое чудовище.
— Это не полукровки, они очень сильны, - возразил Змея в свое оправдание.
— Литиаты?
– Лоакинор задумался.
– Я думал, они все покинули земли людей. Значит, те, что на севере, тоже чистокровные. И сколько их на самом деле, нам не узнать. Неужели Велиамор перехитрил меня?
— Он шел с Виктором. Велиамор хранит отряды, - сказал слуга, не сводя немигающего взгляда с господина.
— Глупец, - рассмеялся король.
– Нам повезло, что на стороне Виктора такой дурак.
Змея кивнул, тоже считая заботу о солдатах пустой тратой времени.
— Вместо того чтобы разметать все в клочья, он держит щиты, - продолжал хохотать Лоакинор.
– Я его люблю, клянусь короной.
В зал вошел Эрик. Его сопровождал десяток гвардейцев. Охрана осталась у двери, а сам король Холоу приблизился к трону.
— Дорогой союзник, что произошло?
– спросил мягко Лоакинор.
– Мне сообщили, что ваши войска отступили во время боя. Вы предали меня, бросили в самый ответственный момент. Вы подарили Виктору Эвервуд. Теперь они с Лингимиром придут сюда.
— Ваше негодование понятно мне, - отвечал невозмутимо Эрик.
– Мне жаль, что мы потеряли Эвервуд. Но вы забываете, что я соглашался оттеснить эльфов, и я это выполнил. У вас было больше шести дней, чтоб взять столицу и убить Лингимира. Вы не успели. А воевать против брата я не могу.
— Не можете?
– переспросил Лоакинор, еще больше бледнея от сдерживаемой злобы. Ему хотелось сломать союзнику шею, но тогда, остававшиеся в Холоу войска были бы для него потеряны. А после потери вандерширских, это было весьма некстати.
— Мои люди знают принца Виктора и его солдат, - объяснил Эрик.
– Мы долго были союзниками. Теперь они должны получить веские аргументы, чтобы выступить против него. Если бы Виктор был мертв, такого бы не случилось.
— Он будет мертв, и очень скоро, - ответил Лоакинор, понимая, что король Холоу намекает на его промашку, из-за которой теперь был потерян Эвервуд.
— Пока он в столице, договаривается с Лингимиром, - продолжал Эрик.
– Что уже немаловажный повод воевать против него. Но все же, я его брат и не могу пойти против крови.
— Мне нужно время, чтобы восстановить силы, - ответил Лоакинор.
– Вандершир теперь под угрозой. На стороне вашего досточтимого родича шесть кораблей Иджу. Это тьма солдат, мой друг, и они примкнут к эльфам.
— Если эльфы пойдут на Вандершир, мы вмешаемся, даю слово, - отвечал Эрик.
— Надо полагать, эльфы - единственный способ убедить вас, что мы должны быть союзниками до конца?
– поинтересовался Лоакинор.