Дамнар. Неведение
Шрифт:
Есению задевали укоры и насмешки, но тут уже выбор был невелик: либо стыд терпеть, либо рискнуть наедине остаться с душегубом. Поначалу тяжело было, потом приспособились и привыкли. Были всегда вместе, а дома Ярек по хозяйству стал помогать, чтобы справиться скорее. Так и жили.
От невесёлых дум Есю отвлёк Вилфред, зашедший в комнату. Вода лила с него ручьями, и он осторожно прятал что-то большое за пазухой.
– Вот! – молодой Волк победно вытащил из-под рубахи толстую книгу в кожаном переплёте. – Князь опять во внутреннем дворике на лавке оставил. Хорошо, что до того, как дождь разгулялся, я успел
– Про что книга? – Есю начало съедать любопытство. Вблизи она таких больших книг не видела раньше.
– Давай посмотрим! Если картинки есть. Я букв не знаю, – парень с размаху сел на кровать к Яреку и подтянул под себя ноги.
– Я тебе сейчас голову откушу, неряха! Грязь за тобой кто убирать должен? – Кэйа точным движением влепила родственнику по шее сложенным вдвое полотенцем. Вилфред соскочил с места, перехватив полотенце, и дёрнул на себя. Кэйа держала его крепко, и не выпустила его из рук, но, не ожидав такого манёвра, потеряла равновесие, полетела следом на кровать, почти в объятия Ярека, что здорово смутило всех четверых.
Книга упала на корешок на деревянный пол и открылась, тихо прошелестев желтоватыми листами. Еся подняла фолиант к себе на колени, рассматривая открывшийся разворот. Страницы покрывали ровными строчками изящные чёрные знаки, среди которых, будто выныривая из сказочной истории, проглядывал рисунок: челюсти неведомого существа с кривыми острыми зубами. Из десны над первым рядом зубов выступали ещё несколько клыков, нависали над обычным, будто природе этого показалось мало. Рисунок сопровождался линиями и ещё буквами, сделанными чернилами синего оттенка, явно написанными другой рукой.
Еся перелистнула страницу. На ней оказался изображён цветок, напоминающий колокольчик. Только вот внутри каждого соцветия, если приглядеться, можно было разглядеть щетинки, чем-то напоминающие внутреннюю часть рта у гуся. На соседней странице красовался рисунок такого цветка в разрезе, тоже с пометками витиеватым почерком.
Книга резко пропала из рук Есении, и оказалась у Вилфреда за спиной. Девочка было возмутилась, но смущённый Волк пояснил:
– Он не любит, когда его вещи без спросу трогают. Причём сам может вот так по всему замку где попало разложить, а потом сердится, что найти не может. Но под дождём оставить – испортится книжка. Надо вернуть.
Кэйа, уже зардевшаяся, слезшая с пунцового Ярека, выхватила книжку из рук родственника.
– Мы с Есей сейчас отнесём на место, – голосом, не терпящем возражения, сообщила она. – Ты пока Яреку одеться помоги и пройдитесь по комнате хоть немного. Ему надо уже двигаться побольше, а то скоро совсем к подушке прирастёт.
Еся запротестовала. Меньше всего на свете ей хотелось что-либо Князю в руки передавать. Спина очень хорошо помнила их последнюю встречу.
Кэйа в последние годы тоже стала его побаиваться. Передавать в руки книжку не собиралась – только вернуть в библиотеку на видное место. Еся успокоилась, к тому же интересно было на Замок изнутри посмотреть. Оставив Вилфреда разбираться с Яреком, девушки направились к библиотеке.
Внешняя часть Замка, где обитали Олаф с семьёй, некоторые Волки и обслуга, была обжитой. Из окон поступало много света. Люди и Волки занимали лишь нижний этаж. Комнаты были не слишком большими, но уютными.
В коридорах же особых излишеств не наблюдалось: в нишах встречались несколько доспехов, в которые человек мог замуроваться с головой. Некоторые из них, видимо, в шутку, были обёрнуты на манер тоги в тканый гобелен с неприличными картинками. Есю не покидало ощущение, что она находится в огромном охотничьем домике, где живёт большая дружная семья.
Чем ближе Кэйа с Есей продвигались к центру здания, и ближе к скале, тем интерьер становился более серым и богатым одновременно. Большинство комнат были заперты, но девушки и не стремились в них попасть. Ставни на окнах были закрыты. Из щелей просачивался свет, но его не очень-то хватало. Нет, сам путь по коридорам было видно достаточно хорошо. Но солнца начинало не хватать той гранью чувств, которая всегда тянется к живому теплу.
Доспехи в нишах всё ещё встречались и вызывали смятение. Возможно, виной тому был тот же недостаток освещения, или же общая впечатлительность. Воображение Еси рисовало скелетов с пустыми глазницами за забралами, но она не решалась проверять. На стенах висели картины в витиеватых позолоченных и посеребрённых рамах. Те, что были открыты для глаз – не изображали ничего страшного или тревожного: сцены охоты, натюрморты, портреты. Вполне человеческие лица мужчин, женщин, детей в богатых, порой, вычурных нарядах. Еся силилась найти среди полотен портрет князя или Джастина, но не узнавала их ни в ком из изображённых.
Некоторые рамы оказались занавешены белыми простынями. Еся не удержалась и отодвинула полотно на одной из них. В открывшейся картине Есе удалось с удивлением узнать морду пса князя, но юноша, стоявший рядом, показался ей незнаком. Больше похож на Джастина, только без шрамов, но одет явно не для прогулки по лесу. «Может, это кто-то из них в юности?»
Библиотека находилась за кованой приоткрытой дверью выше человеческого роста. Как только девушки зашли внутрь, Есе бросились в глаза шары, мерцающие мягким жёлтым светом, медленно парящие в воздухе и вращающиеся вокруг своей оси. Видя замешательство подруги, Кэйа улыбнулась и ткнула один из них пальцем.
Под человеческой плотью край шарика слегка вогнулся, затем шар отскочил и поплыл в воздухе, немного колеблясь. Волны света переливались в нём, создавая причудливое сходство со стенами портала, по которому Еся попала в этот мир.
– Их Сет ещё давно сделал, до того как князем стал, – Кэйа начала рассказ с улыбкой, а Еся при этом подивилась, что она князя по имени так просто называет. До этого только от Джастина замечала. – Внутри шаров – вода из озера. Он её с порошком особым перемешал – она светится начала. Потом такие мячики сделал. В библиотеку как раз хотел их приспособить – чтобы книги от огня уберечь в случае чего.