Даханавар

Ляпин Оле

— Еще не "укрощен".
– пришла на помощь девушке Ния.

— Да пожалуй, это именно то что я хотела сказать. — кивнула в знак согласия Сибрис.

— Ты не поверишь как нам повезло! Мы нашли дневник приора. — воодушевленно сообщила Ния. Она помогла юноше подняться и добраться до второго кресла стоящего у стола, поближе к Сибрис.

— Думаю ты должен его немедленно прочесть, Илая. Обрати внимание на последние записи в дневнике, их сделал Ла-Тонг и они многое объясняют. Если то, что он написал правда, то еще не всё потеряно и ты сможешь закончить обращение. — Сибрис была предельно серьезной, когда произнесла. — Ния говорит, что сегодня полнолуние, а это значит, что времени медлить не осталось и тебе придется пройти ритуал сегодня.

Кресло приглушенно

скрипнуло, когда Илая в него присел. Внешний вид мебели в комнате, весьма пострадал от варварского обращения захватчиков, но она была из железного дуба и могла прослужить еще довольно долго. Илая взял дневник размышлений в руки. Он несколько раз перечитал то, что было написано Ла-тонгом прежде чем отложил записки Амбросиуса в сторону. Классический ритуал Испытания Ихором, который должен был пройти новообращенный послушник, требовал наличие даханавара-наставника, который бы поделился с испытуемым своей кровью. Это существенно снижало риски для новичков не справиться с укрощением демонической составляющей Ихора. Ихор в крови наставника уже был укрощен и сила его пагубного влияния на молодую неокрепшую психику послушника снижена. Процесс укрощения был завершающим этапом мутации, Сибрис сравнила само обращение с чумой, а принятие крови наставника с вакцинацией от нее. Теперь единственный, кто мог бы это сделать для Илаи был Чужак — последний и единственный из известных им живых даханаваров, закончивших обращение.

Из записей оставленных братом харемки следовало, что Амбросиус Левша принял в послушники обоих и Чужака и Ла-тонга. Честь быть первым, кто пройдет Испытание, досталась Чужаку. Амбросиус посчитал, что Ла-тонг еще не готов, что нрав его слишком горяч, а это может серьезно навредить молодому охотнику во время ритуала Испытания, требующего смирения и умения хорошо владеть своими эмоциями. Приор отослал Ла-Тонга прочь из замка, в одну из пещер Покаяния, спрятанных высоко в горах окружавших Обитель. Это случилось накануне того, как должно было пройти обращение Чужака. Ла-Тонгу полагалось провести трое суток в безмолвной медитации, размышлениях и посте.

У многих из братьев было весьма темное прошлое и по традиции при вступление в ряды даханаваров новообращенному давали новое имя. В день, когда Блейз прошел Испытание в большую книгу Братства Черного Солнца было вписано новое имя — брат Альбин Чужестранец. Книгу эту Сибрис не смогла найти ни в замковой библиотеке, ни среди книг испорченных огнем, и девушка предположил, что Чужак унес её с собой. Сведения о новом имени Блейза теперь остались лишь на страницах дневника приора.

Пока Ла-тонг постигал свою душу в пещерах над Обителью у ног его разыгралась жуткая трагедия. Испытание было пройдено, торжественно было внесено новое имя в анналы братства и во время праздничного пира все даханавары испили отравленного вина. Это сильно их ослабило и позволило Воинам Пепла захватить замок и сокрушить некогда славную Обитель. Оставался лишь один вопрос, как так случилось, что Чужак и сам ставший даханаваром не погиб от яда вместе со всеми братьями? Не осушить торжественный кубок, который по традиции первым подавали новоиспеченному брату, в присутствии других даханаваров он не мог, это вызвало бы не нужные подозрения. Слишком много этот человек оставил после себя вопросов.

К счастью для Ла-тонга, Чужак не мог знать куда именно отослал охотника приор, а непокорный и любопытный Ла-тонг умыкнул с собой в горы дневник. Юноша желал найти там записи о собственной участи уготованной ему приором по возвращении из пещер. Так как огонь брать в пещеры не разрешалось, прочесть дневник брат Нии смог лишь на следующий день. Отослали его под вечер и ему едва удалось добраться до пещеры, как солнце село и горы погрузились во мрак. Это спасло его самого и теперь обещало спасти Илаю.

В дневнике приор упоминал, что недавно братья наткнулись на Замурованный проход в новые подземные помещения. Замок за прошедшие века несколько раз перестраивали, но ни на одном из планов замка эти помещения указаны не были. Братья разбирали обрушившуюся часть стены в дальней части подвалов,

лавина принесла с вершин в ущелье огромные глыбы льда, заставивших содрогнуться даже Обитель, когда обнаружили, что из трещины в стене сильно сквозит. Разобрав древнюю каменную кладку они они обнаружили, что подвалы является лишь ее малой частью подземелий Обители. Амбросиус Левша взял клятву с нашедших молчать о том, что они видели. Ссылаясь на возможное дальнейшее обрушение стен и потолка, Амбросиус запретил посещать подвалы, и самолично занялся исследованием найденного. Он мало писал об этом дневнике, но по записям было видно, что приор перевернул библиотеку Обители вверх дном, и все же нашел в старых книгах упоминания о таинственном механизме найденном в одном из залов подземелья. Зеркальный Лабиринт — чрезвычайно опасный и трудный путь прохождения Испытания Ихором. Этот Лабиринт, изобретенный первым Магистром даханаваром — способ для которого не требовалась помощь наставника-ментора и его кровь, был смертельно опасен для испытуемого. Выживших после прохождения Лабиринта было мало, но тогда это был единственный известный способ обуздать силу Ихора. Позже когда Магистры открыли способность крови наставника помогать телу испытуемого легче принимать Ихор, от Лабиринта отказались, навеки похоронив его глубоко под землей. К счастью для Илаи и Ла-Тонга, Чужак так и не узнал о существовании Лабиринта. Последние записи сделанные рукой брата Нии говорили о том, что Ла-Тонг решил отправиться в эти подземелья что бы пройти Зеркальный Лабиринт и стать даханаваром.

— Ния, ты это читала?

— Да, мы обе читали дневник пока ты спал. Я не знаю, что случилось с моим братом, там в подземельях, прошел ли он Лабиринт или нет, но я готова отдать всё, что имею чтобы узнать о нем хоть что-нибудь.

— Понимаю. Значит пришла пора и мне пройти Испытание. — Илая уверенно поднялся из кресла.

Сибрис подскочила со своего и придержала юношу за локоть.

— Ты уверен, что достаточно хорошо себя чувствуешь? У нас еще есть время до заката. Всего несколько часов, но ты можешь отдохнуть еще немного, набраться сил! — девушка встревоженно заглядывала в глаза Илае. В её серых зрачках сквозило беспокойство и страх и еще что-то такое, что Илая прочел как мольбу. Мольбу не к нему, но ко времени, что бы оно не бежало столь быстро, мольбу отсрочить решающий момент в их жизни хотя бы ещё на час, на два и дать её побыть вместе со своим подопечным.

Ния опустила глаза, она старалась не смотреть на Сибрис и Илаю. Под сердцем юной харемки что-то шевельнулось, что-то темное, неясное, горькое и так похожее на зависть.

— Сибрис! — Илая ласково обнял подругу за плечи, его голос был тихим, но тон уверенным. — Уверяю тебя — я в полном порядке. Но если тебе или Нии нужно отдохнуть…

Сибрис покачала головой, русые пряди упали на её грустное и решительное лицо.

— Нет, Илая, не стоит думать о нас. Я и Ния в порядке. — она едва слышно вздохнула и улыбнулась глядя юноше прямо в глаза. — Ты же сам знаешь ради чего мы сюда пришли. Зачем оттягивать неизбежное?!

Солнце начало клониться к западу, убавляя свой ясный золотистый свет, но всё еще стараясь прогреть серые громады гор. В погребах было холодно и сухо, мягкую темень разгоняли рыжие язычки пламени факелов. Илая подошел к огромной винной бочке, перекрывавшей вход в глубины подземелий. На полу в пыли еще виднелись следы того что бочка иногда меняла свое положение. Изрядно поднатужившись Илая и девушки совместными усилиями сдвинули её с места, благо она была пустая. Их глазам открылся наполовину разобранный пролом в стене.

— Этот Амбросиус был сильны малым, как я погляжу. — пробормотал Илая утирая выступивший на лбу пот.

— Он был даханаваром. Мутация изменила его тело сделав намного сильнее обычного человека. — согласилась Сибрис.

Она отпила воды из поясной фляги по очереди предложив сделать то же своим спутникам, но оба отказались.

— Интересно, как с такой махиной справился твой брат? Да еще и вернул бочку на место? Смотря на тебя, Ния я не сказал бы, что харемы народ великанов. — в ответ на вопрос Илаи Ния засмеялась.