Даханавар
Шрифт:
— Похоже мы вовремя сюда добрались. Эти облака предвещают дождь. — Илая поднялся навстречу девушке. — Ну как твои поиски, удачно?
Сибрис утвердительно кивнула.
— О, да ты уже и костер разжег? — девушка одобрительно кивнула, взглянув на веселые язычки пламени, и продолжила — Там внизу есть овраг, по его дну течет неглубокий ручей. Я немного прошла вниз по течению, похоже, что ручей питает небольшое озеро. Ну как озеро, скорее это уже болото. Там я собрала немного этих ягод.
Сибрис протянула Илае платок, в котором была горсть упругих и сочных темно-синих и ярко-красных ягод.
— Ух ты, водяника и морошка! — радостно воскликнул Илая.
— Я уже достаточно полакомилась пока их собирала. — пояснила она.
В этот момент прямо над их головами прогремел оглушительный раскат грома. Молния ударила в одно из соседних с поляной деревьев расколов его почти пополам. Ломая ветки, отколовшаяся от ствола часть упала на поляну, прямо в костер. Из взорвавшегося костра во все стороны полетели горящие ветки и угли. Одна из пламенеющих веток едва не задела Сибрис, стоявшую слишком близко к месту ее падения. Лошади, привязанные к дереву на противоположной стороне поляну, испуганно заржали и поднялись на дыбы. Илая среагировал мгновенно. Он как пружина подскочил со своего места, и, в прыжке, оттолкнул Сибрис, подальше от грозившей ей опасности. Они приземлились в двух метрах от того места, где находились прежде. Густая сочная трава и сложенные прежде на ней Илаей вещи смягчили их падение. Оказавшись в объятьях Илаи, Сибрис удивленно и не понимающе смотрела то на лицо юноши, то на огромную горящую ветку, которая чуть не зашибла ее. Придя в себя, она тяжело сглотнула и тихо произнесла.
— Спасибо.
Илая разжал объятья, выпустив Сибрис не волю, и взволновано спросил девушку.
— Ты не ушиблась? — Сибрис уже поднималась на ноги.
— Похоже нет. А у тебя все кости на месте? — она подала Илае руку, что бы тот тоже мог подняться. Илая утвердительно кивнул.
— Нам нужно отвязать и успокоить лошадей. «Не хочу, чтобы они себя покалечили», — деловито произнесла Сибрис. Видимо она уже совершенно оправилась от пережитого шока.
— Я это сделаю. А ты собери пока наши вещи. — ответил Илая и направился к бьющим копытами испуганным животным. Сибрис не стала возражать и принялась собирать разбросанные их внезапным приземлением сумки. В одной из них что-то треснуло — темное пятно медленно проступало на грубой, холщовой ткани. Сибрис заглянула внутрь — это была глиняная бутылка вина, заботливо уложенная туда её дедом. Девушка тихо выругалась, выбрасывая бесполезные теперь черепки.
Начался дождь. Это был настоящий ливень. Мощные струи воды сбили большую часть пламени, полыхавшего в центре поляны и теперь то тут, то там начали образовываться широкие лужи. Сибрис перенесла вещи к успокоенным Илаей лошадям.
— Нам нужно уходить отсюда, куда-нибудь, где будет более сухо. — сказал Илая.
— Я видела небольшую пещеру или каменный навес у холма над болотцем. Мы могли бы добраться туда, спустившись вдоль ручья. — она посмотрела на потоки воды, хлещущие с неба. — Предлагаю переждать этот ливень внутри, возможно нам даже придется там заночевать.
Навьючив лошадей и осторожно спустившись с ними к ручью, путешественники проследовали к болотистому озеру. Здесь деревья росли намного гуще и дождь почти не проникал сквозь их кроны.
Это действительно оказалась пещера. Она была не большая, как раз что бы приютить двух уставших путников. Пол, стены и потолок — камни и сухая глинистая земля, да вьющиеся по стенам корни деревьев и трав, проросших внутрь. В дальней ее части, под сухой травой и прошлогодними
Привязав лошадей не далеко от входа под густыми кронами лиственниц, росших у подножья холма, Илая и Сибрис вновь собрали хворост, и разожгли костер. Что бы дым не шел внутрь, костер они расположили у входа. Сибрис достала промокшие о вина сухари из сумки и разделила их с Илаей. Монотонно стучал по листьям деревьев дождь, было сыро, но костер согревал их, не позволяя окончательно продрогнуть. Сибрис греясь вытянула ладони к огню и произнесла.
— Знаешь, а у тебя хорошая реакция. Это могло бы тебе очень пригодиться в бою. — она кивнула подбородком в сторону, покоящегося на сложенном плаще, меча. — Умеешь? — коротко спросила девушка.
— Нет. — Илая смутился, признавать, что он таскает оружие, которым не умеет пользоваться, было неудобно. Это заставило юношу покраснеть.
— Это не мой меч, — попытался объяснить Илая, — он достался мне по наследству, от даханавара по имени Шамиль Тень. Тот как-то раз спас мне жизнь и стал моим другом.
— Да, дед немного рассказал мне о нем и о тебе.
— Правда?
— Ага. Я правда мало что поняла, из его рассказа, но похоже теперь даханавар — это ты?
— Я бы так не сказал. — угрюмо ответил Илая. — Какой из меня даханавар, ведь я почти ничего о них не знаю. У меня нет ни навыков, ни специальных знаний, да я всяких монстров-то боюсь до одури!
— Ну я тоже их не сильно люблю. — со смехом ответила Сибрис. — А на счет меча, я думаю, что могла бы тебя немного научить. Пока мы доберемся до гор пройдет немало времени, можно провести его с пользой. Согласен?
— Конечно! Думаю, это хорошая идея. — согласился Илая, его взгляд скользнул по мечу в ножнах. Теперь это оружие не будет бесполезной железякой, которую юноше отныне приходилось везде за собой таскать. Илая улыбнулся.
— Но у меня есть условие! — хитро улыбнувшись сказала Сибрис.
— Какое еще условие? — удивился юноша.
— Когда мы в походе — еду готовишь ты! — выпалила девушка. — Терпеть не могу кухарить. — заговорщицки призналась она. — К тому же, у тебя выходит намного вкуснее.
Илая согласился. Ему было приятно узнать, что Сибрис хоть в чем-то ему проигрывает. Пускай это будет обычная похлебка, но она сама признала его мастерство. Готовила Сибрис действительно посредственно.
Стемнело. Дождь так и не прекращался, но все же начал понемногу стихать. Лошади тихо фыркали в темноте, теперь их уже ничего не пугало. Илая вызвался первым караулить их сон, Сибрис не возражала, попросив разбудить ее после полуночи. Она подкинула дров в костер и отправилась спать. Девушка завернулась в тонкое шерстяное одеяло, которое извлекла из поклажи, и вскоре уже тихонько сопела.
Илая все еще сидел у костра. Он размышлял о своем будущем. Меч даханавара, а теперь уже его меч, лежал у него на коленях. Илая извлек его из кожаных тесненных ножен и стал рассматривать как оранжевые блики от костра струятся по серебристой стали клинка. Черенок меча был оплетен мягкой кожаной лентой темно коричневого цвета. Навершие, гарда и рикассо покрыты серебром. В центре навершия с обеих сторон и на рикассо было единственное украшение меча — в серебристом металле был выгравирован знак черного солнца. Круг с тринадцатью чернеными языками пламени и руной внутри, похожей на серп с крестовиной. Отличительный знак братства даханаваров, теперь и его — Илаи, тоже.