Цветы Сатаны

Альтер Поль

— Медицинская книжка? Чья?

— Его племянницы, разумеется!

— А что нам с ней делать?

Питер пожал плечами:

— Я взял ее ради адреса того врача. Он гинеколог. Ведь у супругов не было детей, а Виолетта очень хотела ребенка, вот я и подумал, что у кого-то из них, возможно, были проблемы. Знаю, это вряд ли поможет раскрыть тайну, но за неимением лучшего…

— И ничего больше? Ни отдельных фотографий, ни альбома?

— Ничего.

— Ты спрашивал его?

Питер взял ее руки и улыбнулся ей:

— Ну конечно, дорогая. Еще бы! Это

было первое, о чем я спросил. Знаешь, мы ошиблись, возложив надежды на этого дядю. По всей логике именно Ян Гарднер должен был забрать все личные вещи при отъезде.

С неожиданным раздражением Дебра заявила:

— Тогда нам остается только найти его!

Развеселившись, Питер кивнул, спокойно закурил.

— Разумное замечание в плане логики. Но как тебе известно: скоро слово сказывается, долго дело делается! Если этот тип покинул английский берег два десятка лет тому назад, отыскать его следы не так-то просто. За это время он мог уехать из Канады и переместиться в любую точку земного шара.

— Знаю, но сейчас у нас есть его фотография.

Питер нахмурился:

— Какая?

— Пошли, покажу.

Через минуту они оказались в комнате Виолетты перед двумя портретами. Ироническая улыбка заиграла на губах Питера.

— Меньшее, что можно сказать, — это то, что фотография покрылась морщинами по причине приступа ревности Дорин Маршал. Чертовка! Вот уж постаралась!

— Это точно. Но я уверена, что, встреть я этого человека, узнала бы его.

— По этой фотографии? — удивился Питер, показывая на изуродованное изображение. — Шутишь?

Не отрывая глаз от портрета, Дебра спокойно возразила:

— Ты не очень наблюдателен, Питер. Я согласна, фотография не идеальная, можно даже сказать, что у этого молодого человека лицо обезображено, будто над ним поработал неопытный хирург. Но вот глаза каким-то чудом остались нетронутыми и кое-что выражают…

— Ты говоришь, как бедная миссис Миллер, моя дорогая!

— Да, и она не ошибалась, я в этом не сомневаюсь.

28

Следующим же утром Дебра и Питер отправились в Лондон. Врач, указанный в медицинской книжке покойной, уже несколько лет как оставил практику и ушел на пенсию, однако замещающий его коллега дал им его нынешний адрес — где-то в южном предместье. По этому адресу они еще до полудня и нашли бывшего гинеколога. Тот не забыл свою пациентку по причине ее трагического конца, о котором писали газеты, и очень сожалел о ней. Медицинская карта оказалась ненужной, да, вероятно, была давно уничтожена, но он и так в общих чертах помнил о ее случае.

На обратном пути Дебра и Питер больше молчали. То, что они узнали от врача, само по себе не было неожиданностью, но тем не менее озадачило их. Обеспокоенные тем, что не могут завести детей, супруги Гарднер через год после совместной жизни приехали на консультацию. Анализами было установлено, что здоровье Яна Гарднера превосходное, а вот у его супруги оказались кое-какие проблемы. Гинеколог заключил: бесплодие, вероятность

излечения маловероятна. Об этом он и поставил их в известность, добавив, что человеческая природа непредсказуема. Сказал он это, чтобы вконец не разочаровывать супругов, и так подавленных вынесенным приговором.

Таким образом, возникли трудности в объяснении поведения Виолетты. Если уж она не заблуждалась на свой счет, а муж ее был здоров, чего искала она у мимолетных любовников? Великой страсти? Счастья? Кратковременность связей не давала оснований для такой гипотезы. Мгновений чисто плотского наслаждения? Удовлетворения вожделения? Все это не вязалось с ее утонченной, ранимой натурой.

Они вернулись в Марфорд к двум часам дня. Быстро, молча и без аппетита пообедали.

Питер казался удрученным. Нарушив молчание, он сказал:

— Дневник надо найти любой ценой. Только он прольет свет на все события.

— Да, либо найти мужа. Он тоже мог бы нас просветить, и, по-моему, это было бы даже лучше. Как ты считаешь, не стоит попробовать?

Питер устало махнул рукой:

— Бесполезно. Это займет очень много времени. А мне позарез нужно распутать эту тайну, у меня уже бессонница началась! Загадка терзает мой мозг, у меня появляется комплекс неудовлетворенности, который лишает меня интереса ко всему остальному.

— Я заметила, — ехидно подначила его Дебра. — Особенно в последние дни… Дело в том, Питер… Я тут подумала…

— Слушаю тебя, дорогая.

— А если Ян был здесь? Тайком приезжал в деревню?

Питер посмотрел на Дебру так, будто хотел удостовериться, в своем ли она уме.

— Да ты что? Каждый узнал бы его, начиная с близких знакомых!

— Он мог сильно измениться внешне, к примеру, отпустить бороду, усы…

— Мог, но он не смог бы обмануть людей, хорошо знавших его.

— А много их? Бедняжка миссис Миллер, Дорин Маршал, профессор Симпсон? Но как раз они и подали мне такую идею.

Выражение недоверия на лице Питера сменило изумление.

— Что-то я совсем тебя не понимаю, дорогая.

— А ты не обратил внимания, что у всех у них плохое зрение? Лучше всех знала его миссис Маршал, бывшая подружка. Так вот, могу тебя уверить — она почти ничего не видит, а людей узнает больше по голосам, чем по лицам. Я убедилась в этом, когда застала ее уткнувшейся носом в бухгалтерскую книгу. И сразу подумала, что вряд ли она узнала бы своего бывшего жениха, потому что я тоже думала о нем, когда забирала порванное фото.

— К чему ты клонишь, Дебра?

Та пожала плечами и с разочарованным видом ответила:

— Да так. Ни к чему. Просто хотела тебе помочь, немножко изменив направление твоих мыслей.

Убрав со стола, Дебра сказала, что устала и хотела бы отдохнуть в своей комнате. Питер прошел на веранду и стал рассеянно просматривать какой-то журнал. Воздух на веранде был влажным и спертым из-за множества цветов в горшках. Как и в комнате Виолетты, все они испускали такой сильный аромат, что, казалось, еще немного — и им пропитается все тело.