Цвет неба

Левченко Елизавета

— Т-тт… кхе-кхе, ты чего это здесь, кхе, голый? — и краем глаза посмотрела на него.

Он виновато посмотрел на меня и радостно подпрыгнул. Это он зря. Я уже не красная, я пунцовая, как минимум.

— Снимай куртку! — выдал он и протянул руку.

— Ззачем? — Мы вместе с деревом попытались отползти подальше, но помешали корни. Не мне, ему.

— Я ее надену.

Он заметил мою реакцию и довольно ухмыльнулся. Его выражение лица отрезвило меня.

— Да забирай, больно она мне нужна… — проворчала я, стягивая злополучную куртку, мысленно укоряя

себя за дурацкое смущение. Спина покрылась боевым строем мурашек.

— Можно тебя кое о чем попросить? — через минуту с претензией на мольбу спросил он.

— Смотря о какой.

— Ну… эту ты не исполнишь… и эту…

"Я ему доброе дело готова сделать, а он… одно слово — нахал!"

Я бросила в его сторону яростный взгляд. Он ответил беззаботной улыбкой. Получив вожделенную куртку и накрыв ею колени, он явно чувствовал себя уверенней.

— Так что?

— Ты правильно заметил — твоих просьб мне не исполнить.

— Это значит нет?

— Да.

— Значит да?

— Нет.

— Так да или нет?

— НЕТ.

Наступила пауза. Я отвернулась, Демм заглядывал мне в лицо. Молчание затягивалось.

Неожиданная встреча отвлекла меня от намеченного плана.

И вообще, что я время теряю? Пусть сидит себе сколько хочет, у меня, в отличие от него, есть хотя бы одежда, вот!

— Эй, эй ты куда? — в его голосе слышалось беспокойство.

"Когда надо было, тогда бы и наслаждался моим присутствием" — злорадно подумала я, оставляя за спиной возмущенные вопли.

А правильно ли я поступила?..

Этот вопрос мучил меня всю дорогу. С одной стороны я ведь отдала тему куртку. И страдаю теперь от холода. Пожертвовала собой, а могла ведь и оставить! Это же хороший поступок, верно?

Но прорезавшаяся совесть категорически не соглашалась с таким рассуждением.

"Вот сложно было исполнить его просьбу! И почему раз попросил он, значит это что-то неприличное? Может, он хотел, чтобы ты одежду принесла! И теперь он мерзнет, совсем один". — Так говорила она. Ну да, с другой стороны, совесть в чем-то права. И вообще он сам виноват! Я даже была готова выслушать его, помочь, но этот поганец как всегда все испортил своими ухмылочками.

Злая на всех и вся, я раздвинула раскидистый папоротник. Наконец, пришла…

Ступая по знакомому каменистому берегу, еще раз восхитилась завораживающе невинной и, одновременно с этим, сильной и решительной красотой частички исчезающей природы. Спокойное течение воды, зеркальная гладь глубокого озерца, поражающего чистотой. Я ни разу не видела такой воды.

Тишина и спокойствие… оказывается, этого так не хватает.

Попыхтев над кроссовками и закатав джинсы, для начала опустила в воду только ноги. Как оказалось, правильно. Их мгновенно сковало обжигающим холодом.

— Ы-ы-ы-ы!! — я кое-как упрыгала на несколько шагов и, плюхнувшись на пятую точку, стала растирать сведенную судорогой левую ступню.

А может ну его, мытье?

Ясным

и четким ответом была зазудевшая лопатка. Мол: надо, хозяйка, надо.

Знаю, что надо. Уныло.

Мрачной подготовке к предстоящему издевательству над теплокровным человеком помешал уже одетый нахал, как я решила называть Демма про себя, прошедший к краю озера. Я открыла рот, но он, чуть повернув голову, приказным жестом дал знак к молчанию.

Нахал он и есть нахал.

И приготовилась выдать длинную проповедь о его замашках, поведении и т. д. т. п., он прошипел:

— Можешь помолчать минуту? Ты меня отвлекаешь.

Я возмущенно вздернула нос и замерла в оскорбленной позе оскорбленного достоинства. В глубине души теплилась маленькая надежда, что он обернется и рассыплется в извинениях, признает, как туп, избалован, встанет на одно колено и торжественно поцелует руку…

…Я уже замучалась ждать! Нахал и не думал поворачиваться. А нога, отставленная в знак обиды, давно затекла. Да что он там делает? Непродолжительно помучившись, на цыпочках подошла и выглянула из-за его плеча. Демм сделал вид, а может, и в правду не заметил моего появления.

Я склонна ко второму. Неудивительно! Он целиком и полностью сосредоточился на крошечном огненном шарике, что быстро крутился между ладоней. В подвешенном состоянии его удерживали вспыхивающие оранжевыми искрами черные нити, берущие начало из дрожащих пальцев. В центре шарика пульсировала многоигольчатая красная звезда.

"Прямо как сердце" — восхищено подумала я.

На глазах шарик вырос до теннисного, потом до футбольного. Дохнуло жаром, от которого зашевелились волосы. От меня не укрылось, насколько парню становилось тяжелее удерживать огненный шар. Капли пота срывались с напряженного лба и испарялись в воздухе. Губы сжаты в тонкую линию, лицо дышало такой решимостью, что дух захватывало.

С этого момента, он круто изменил мое мнение о себе.

Торжественно вытянув руки, он выдохнул и резким жестом закинул потрескивающий шар в середину озера. Пар хлынул в разные стороны.

Демм поводил пальцем в воде, сам себе кивнул и отошел в сторону. Клубы пара полностью скрыли его. Почему-то глядевшись, я последовала его примеру.

Водичка пощипывала кожу, но только чуть-чуть. Руки сразу отогрелись, горячая кровь понесла тепло вверх по телу. С каждой секундой усиливалось желание окунуться с головой в манящую воду.

С противоположного берега раздался шумный плюх.

И захотелось же ему поплескаться именно в то время, когда я решила сделать это!

Хотя… если бы он не пришел, пришлось бы "купаться" в ледяной воде…

Закатав все, что можно до неприличия, опустила продрогшие конечности в озеро.

Печально булькнули забытые часы, уходящие под воду вместе с правой рукой. С блаженным прищуром я наблюдала, как капельки влаги заполняют пустое пространство под стеклышком циферблата, не сразу вникнув в суть происходящего. Я с воплем выдернула руки и сорвала часы.