Чупакабра

Бальсина Екатерина

— О, Тилли, ты уже собрался.

— Угу, — невнятно буркнул Бродяга, задумчиво разглядывая притихшего чупакабру. — Как мы будем добираться до Черного бора?

— Маги мы или не маги? — глубокомысленно вопросил Пин. — Предлагаю порталом до ближайшей деревушки, а оттуда уже пешочком. Так гораздо безопаснее.

— Ладно, — согласился Тиллирет.

Пин тут же замахал руками, выпучив глаза и бормоча себе под нос какую-то абракадабру. Прямо в дверном проеме засияла бледно-розовая звездочка, немедленно разросшаяся в окно портала. Его границы были сплошь

увиты благоухающими розами.

— Извини, не удержался, — хихикнул Пин, заметив, как нахмурился Бродяга. Подобные спецэффекты считались показухой и крайне дурным тоном, но, тем не менее, каждый волшебник обожал украшать порталы своими излюбленными изображениями. Например, портал Тиллирета был окружен причудливо извивающей золотистой змейкой, кусающей себя за хвост.

Тиллирет решил проигнорировать некоторое неуважение со стороны приятеля, зная, что тот все равно лишь еще больше развеселится, и поманил сферу пальцем. Синяя окружность, в центре которой каменным изваянием застыл испуганно моргающий чупакабра, первой влетела в окно портала.

Ой, мамочки, дядьки! Спасите!! Помогите!!! За что меня-то первым? А вдруг там опасно, а я даже лапой пошевелить не могу?

Разумеется, мои возражения никого не интересовали, да и высказать я их все равно не мог, потому что челюсти намертво сковал страх. Сфера вместе со мной пролетела через портал, что-то мигнуло, сверкнуло, и я увидел себя на окраине незнакомого людского поселения. Сфера плавно опустилась на землю, и я с облегчением растянулся на сочной траве. Очень сильно захотелось посетить кустики, но лапы пока отказывались твердо держать меня.

Портал снова сверкнул, и наружу вывалился белошерстый, изумленно оглядываясь по сторонам. Кажется, ему тоже не доводилось бывать в этом месте. Оно и понятно, кто же в здравом уме отправится в направлении Черного Бора?

Последним выпрыгнул черноклокий, и портал закрылся. Хозяин повернулся к нему с очень недовольной мордой.

— Пин! — рявкнул Тиллирет. — Ты куда нас закинул?

— Как куда? — удивился тот. — На окраину Черного бора, куда нам, собственно, и надо.

— Это — не Черный бор, — тыча пальцем в сторону хиленьких елочек, символизирующих наличие лесополосы, возмутился Бродяга. — Это, если я не ошибаюсь, деревня Тонкие ели, а она совсем в другой стороне от Черного бора.

— Правда? — изумлению Пина не было границ. — Ну надо же! А я был просто уверен, что отсюда до нашей цели пару часов ходьбы.

— Тьфу на тебя, — зло сплюнул на землю Бродяга и создал портал сам. Золотистая змейка лукаво подмигнула ему, прежде чем застыть неподвижно.

О нет, только не снова!

Как же, размечтался! Естественно, что меня засунули в новый портал первым. Сфера вылетела из него, как пробка из бутылки с игристым вином, и резко затормозила на краю небольшого обрывчика, опасно качаясь на самой грани. Я застыл, боясь даже дышать. Сфера накренилась чуть сильнее… и все-таки сорвалась вниз. Меня впечатало в ее

стенку, лапы немедленно свело судорогой оглушения, и дальнейший путь вниз я проделал, безжалостно мотаясь в пределах сферы. К концу спуска у меня свело уже не только лапы, но также шею, челюсти, уши и хвост. Затем сфера достигла дна, и я с размаху плюхнулся на острые ветки бурелома, приглушенно взвыв от боли.

Ну, белошерстый, ну погоди у меня со своими магическими придумками!

Тиллирет помог выбраться из портала умудрившемуся застрять в нем Пину и огляделся по сторонам.

— Ну вот, — удовлетворенно произнес он, — совсем другое дело. Вот отсюда до Черного бора действительно рукой подать.

— Так пошли скорее, — тут же оживился Пин. — Мне интересно до колик в желудке, чего же от нас понадобилось гильдии.

— Подожди-ка, — вдруг нахмурился Бродяга. — Кажется, чего-то не хватает. Но чего? Ах да, а где чупакабра?

Из обрыва, на краю которого они стояли, долетел приглушенный взвизг.

— О, а вот и он, — жизнерадостно произнес Пин.

Тиллирет поманил пальчиком воздух, и со дна оврага поднялась перепачканная в земле сфера, на дне которой в крайне неприглядном виде валялся чупакабра. Глаза зверя закатились так, что были видны одни только белки, лапы и хвост едва не в узлы между собой завязаны, уши бессильно обвисли, а из приоткрытой пасти безвольно свисает язык.

Тиллирет молча всплеснул руками и принялся хлопотать вокруг многократно оглушенного зверя, одним движением руки удалив грязную сферу. Пин сунулся было помочь, но был безжалостно отогнан в сторону, где он и уселся, приступив под шумок к уничтожению захваченной с собой в дорогу провизии.

После продолжительных стараний Тиллирета глаза чупакабры наконец вернулись в нормальное положение, а из пасти вырвалось:

— Чб вс лпы птсыхл свшми мгичскми сфрами!

— Что-что? — уточнил ничего не понявший Бродяга.

— Чтоб. У. Вас. Лапы. Поотсыхали. С. Вашими. Магическими. Сферами, — медленно и тщательно выговаривая слова, повторил чупакабра.

— Извини, — смутился маг. — Я не подумал, что может случиться что-нибудь подобное.

— Оно и видно, — устало произнес зверь, закрывая глаза. — Сил вообще не осталось, как будто меня три дня гоняли по лесу. И хвост трясется.

Бродяга украдкой бросил негодующий взгляд в сторону Пина, незаметно подкравшегося к чупакабре и легонько дергающего его за хвост. Тот ехидно хихикнул, но отошел.

"И за что мне это наказание!" — подумал Тиллирет. — "Зачем я вообще согласился на все это безумие? Ясно же, что ничего толкового из этого не выйдет".

Я попытался было подняться на дрожащие лапы, но тут же упал, как подкошенный. Ну и ладно, не собираюсь особенно напрягаться. Пусть по очереди несут меня на руках. В конце концов, это ведь их вина в том, что со мной случилось. Заодно будет возможность поближе примериться к горлу черноклокого. У меня уже нестерпимо чешутся зубы от желания вонзить их в него.