Чудовища
Шрифт:
— Эй… — позвал Ким, растерянно глядя на неподвижного брата. — Ты чего?
Тот не отозвался. Его грудь больше не вздымалась, навсегда застыв. Его глаза превратились в стеклышки. На ступеньке под затылком заблестела кровь.
Феликс схватил ключи и побежал к девочкам.
— Алиса! — позвал он, оказавшись у двери. — Это я!
— Феликс?! — ахнула девушка.
— Я вас сейчас освобожу! — он стал лихорадочно подбирать ключи к замку. Замок все противился, пока парень не дошел, как назло, до последнего ключа. Только тогда он смог открыть дверь.
Алиса и Кира тут же выскочили в
— Сматываемся! — взволнованно крикнул Феликс. Сердце колотилось в груди как сумасшедшее.
Они добежали до лестницы. Ким стоял подобно статуе, глядя на труп. На ступеньки натекло еще больше крови.
— Не смотрите! Бежим, бежим! — подогнал Феликс девочек. Тем не менее, когда они добежали до середины лестницы, он все же приостановился и, пропустив Алису с Кирой вперед, посмотрел на Кима. Ким был в ступоре. Замер, как и его мертвый брат.
— Соболезную, — шепнул Феликс, — и спасибо тебе, — а затем бросился дальше вверх по лестнице.
Они преодолели еще одну закрытую дверь, тоже железную, и оказались в каком-то темном дворе. В небе горела луна, где они оказались, было непонятно, но это и не имело сейчас значения. Нужно было бежать, бежать подальше от этого места! Бежать без оглядки! Не останавливаясь, ни о чем не думая! Бежать!
32
Мария курила и с небольшим любопытством наблюдала за происходящим. Не то чтобы она намеренно пришла сюда, просто так получилось, что ей страшно захотелось курить, а тут как раз рядом оказался полицейский участок и внушительная недовольная толпа. Вот она и стояла, затягивалась сигаретой да смотрела на то, как люди зовут шефа полиции.
А это еще большой вопрос, выйдет ли он. Он тоже не дурак, чтобы выходить к толпе и отвечать за бездействие полиции. Шеф, скорее, закроется у себя в кабинете и будет ждать, пока людям не надоест стоять под окнами участка, либо, что более вероятно, отправит разбираться кого-то из своих верных прихвостней. Но оба варианта, очевидно, проигрышные и только усилят всеобщее недовольство, которое и так планомерно взращивалось последние неделю-две.
Теперь Мария была заинтригована. Как же поступит шеф полиции? Она сделала очередную затяжку; в этот момент двери участка открылись, и на солнечный свет, будто из берлоги, вылезла заплывшая жиром туша. Надо же, все-таки вышел! А кишка у него не тонка… Хотя, наверно, дело все-таки не в достаточной толщине его кишки, а в двух проигрышных вариантах. Он тоже все понимал.
Завидев полицейскую форму, толпа притихла. Люди как будто впали в смятение на несколько секунд, не ожидав, что к ним все-таки кто-то выйдет. Затем, однако, они загудели с удвоенною силой и на шефа, будто помидоры, посыпались вопросы. Он выставил полные руки перед собой и, напрягши глотку, выкрикнул:
— Не все сразу! Потише, пожалуйста! Вас много, а я один, и я не могу ответить на все ваши вопросы одновременно. — Он подождал, когда гул голосов немного успокоится, а затем обратился к женщине в платье, стоявшей в первом ряду: — Вот вы, миз, скажите, какая у вас имеется претензия?
— Сколько можно бездействовать?! — выпалила она тут же. — Вы разве не видите, что творится? Почему вы продолжаете закрывать
— Могу с чистым сердцем заверить, что не бездействуем, — заявил шеф. — Прямо сейчас мы работаем не покладая рук.
— Тогда почему в городе происходит непонятно что? — вклинился крупный мужчина. — Мы вон с соседом буквально пару дней назад разговаривали, а вчера утром он вместе с семьей куда-то исчез! Он не говорил мне, что они куда-то собираются! Более того, на работе его тоже потеряли… Их как будто… я не знаю — похитили? Я требую немедленного расследования! Хватит прохлаждаться, пора предпринять какие-то меры наконец! Вы полиция или кто? Или вы только и можете, что сидеть у себя в участке да жрать пончики?
— Люди бесследно пропадают, дома пустуют! — выкрикнул кто-то другой из центра толпы.
— Мне страшно! — с надрывом добавил женский голос оттуда же. — Я не сплю ночами, потому что боюсь, что ночью придут в мой дом и заберут моих детей! Жителей кто-то похищает, и это не просто слухи, это факт!
— А началось это все после того, как застрелился Ланго, — вновь сказал крупный мужчина. — Вы, полицейские, заявили, что покончили с убийцей, но, похоже, у убийцы были дружки, которые теперь терроризируют весь город в отместку! Кто знает, может, все исчезнувшие жители уже мертвы?..
Мария ухмыльнулась. Ей было приятно видеть, что шефа приперли к стенке. Как же он выкрутится? И выкрутится ли? Зрелище перед ней разворачивалось преинтересное. Она докурила сигарету и сунула пальцы в задний карман шорт, пытаясь выцепить из пачки новую.
— Послушайте, — говорил шеф. — Преступников действительно оказалось больше, чем мы предполагали изначально. И мы денно и нощно ищем их… Нам самим не нравится сложившаяся ситуация.
— Плохо ищете! Это же Бланверт! Чего тут искать? Вы уже должны были давно всех переловить!
— Хотел бы я с вами согласиться, но это на самом деле не так просто, как кажется. Преступники ведут себя очень осторожно и заметают следы. У них очень хорошая организация.
— Осторожно, говоришь? — вновь донесся голос из середины толпы. — На моих глазах двое схватили и утащили девочку! (При этих словах Мария замерла на секунду с зажигалкой в руках, но затем все же закурила новую сигарету.) Про это вы слышали хоть? Или не в курсе? Преступники не особо-то и скрывались! Дело было в супермаркете, еще полудня даже не было! И они, ничего не стесняясь, похитили девочку!
А вот это были очень неудобные слова. Тем не менее, к удивлению Марии, шеф придумал, что ответить.
— Этих мы поймали, — заявил он. — Мы нашли их логово — это был подвал в одном из старых домов. Они были вооружены холодным оружием и при попытке задержания оказали сопротивление. Нам пришлось их застрелить. Девочку мы спасли, ей преступники навредить не успели.
Вот значит как, подумала Мария с сухой усмешкой. Она ничуть не удивилась, что шеф обернул это в свою пользу. Но на самом деле… это не очень хорошо. Двое из «семьи» мертвы и шефа с мэром это наверняка заинтересует. Вряд ли они докопаются до правды — все-таки ее сообщники мертвее мертвых и уже не расскажут никому, что она предательница, но все же… Червячок беспокойства грыз мякоть мозга и прекращать пока не думал…