Чистосердечные признания
Шрифт:
Она взяла бутылочку жидкости для снятия лака и упаковку ватных шариков:
— Ну, я же уеду через пять месяцев, так что эти отношения ни к чему не приведут.
Мысль об отъезде вдруг вызвала нежданный приступ ужаса. Хоуп чувствовала себя настолько полной жизни, так много обрела, но ведь Госпел — не ее дом. Она просто не могла представить, как бы осталась здесь навсегда — но, в общем-то, и не пыталась себе это представить. Хоуп отвинтила крышку и смочила шарик в жидкости.
— Дилану не нужна подружка, а я не хочу, чтобы потом мне было больно.
Шелли немного подумала и сказала:
— Наверное.
«Да, очень жаль», — подумала Хоуп.
После ухода Шелли она собрала волосы в закрученный внутрь «хвост» и одела голубое летнее платье, верх которого выглядел так, словно кто-то взял две банданы и сшил их вместе вокруг шеи и вокруг талии. Юбка же ниспадала до середины бедра. Доведя макияж до совершенства и накрасив губы красным блеском, Хоуп поехала в город. Сперва она решила остановиться в «M&С», прикупить свежих продуктов и большой блок шоколадных батончиков «Хершли».
Она просмотрела небольшую подборку CD-дисков, выставленных рядом с открытками и жвачкой. Хоуп никогда не причисляла себя к поклонникам кантри-энд-вестерн, но раз уж она живет в городе, где все, что не кантри — это ерунда, то решила взять диск Дуайта Йоакама [38] . Хоуп никогда не слышала его песен, но видела его в «Отточенном лезвии» [39] . Пожалуй, человек с таким актерским мастерством и такой плохой репутацией должен быть одарен и в иных областях.
38
Йоакам Дуайт Дэвид (23 октября, 1956) — американский певец, композитор, актер, режиссер, больше всего известен своим творчеством в области кантри-музыки.
39
"Отточенное лезвие" (англ. Sling Blade) — фильм режисссёра и актёра Билли Боб Торнтона, снятый в 1996 году. В кинокартине рассказывается о судьбе человека, в зрелом возрасте выходящего из психиатрической клиники, куда был помещен в юности за убийство. Неприкаянный и имеющий проблемы в общении, он находит друга в лице мальчика, чью жизнь осложняет и даже ставит под угрозу жестокий отчим.
Стэнли, как обычно, стоял за прилавком, разложив перед собой номер «Еженедельного вестника Вселенной».
— Снова читаете о пришельцах? — спросила хозяина магазина Хоуп, поставив корзину рядом с кассовым аппаратом.
— Ага. Только это про группу инопланетян, живущих в Нортвесте. Пишут, будто они прямо здесь, маскируются под людей, шастают вокруг и подшучивают над местными.
— Правда? Хм.
— Пишут, будто потерявшиеся туристы и несколько травм — их рук дело.
Хоуп удивленно округлила глаза:
— Ух ты!
— Пишут, будто они делают ставки.
— Ужас какой.
— Нехорошо наживаться на чужом горе. — Стэнли развернул газету и указал на центральный разворот: — Может, я сошел с ума, но это так похоже на Госпелское озеро!
Хоуп наклонилась, чтобы поближе разглядеть фото, которое сделала в тот день, когда гуляла по пляжу с Шелли и мальчишками. Журналистка
— А по-моему, похоже на Юджин, что в Орегоне, — заметила она, пытаясь запутать Стэнли.
— Возможно. Пришелец смог бы отлично смешаться с этими воинствующими «зелеными», которые приезжают в Юджин. — Колдуэлл покачал головой и взял корзину Хоуп: — Хотя очень похоже на Госпел.
Миз Спенсер была довольно неплохой актрисой, когда того требовали обстоятельства, и сейчас попыталась сделать вид, будто всерьез задумалась над версией Стэнли.
— Вы и правда так считаете?
— Не-а, но интересно, кто из горожан мог бы быть пришельцем?
Хоуп подняла взгляд от газеты и улыбнулась:
— Может, та женщина, что заведует мотелем «Сэндмэн»?
— Ада Довер? — Стэнли рассмеялся и пробил апельсины. — Может, вы правы. Она такая чудачка.
— Ага, немного со странностями.
— Не волнуйтесь. — Колдуэлл потрепал Хоуп по руке, затем пробил остальные покупки: — Я защищу вас от пришельцев.
— Спасибо, Стэнли, — ответила миз Спенсер и все еще улыбалась, выходя из «M&С».
Она отдала напечатать несколько пленок с фотографиями гор, что сделала со своего заднего двора, и заехала на заправку «Шеврон» с самообслуживанием. Колонки не меняли еще с прошлого столетия. Заправив машину, Хоуп пришлось зайти внутрь и оплатить все кредиткой.
Когда миз Спенсер вышла, то увидела Дилана, который стоял по другую сторону колонки, облокотившись на свой темно-синий грузовик, и дожидался, пока тот заправится. Шериф засунул черную футболку в темные джинсы и надвинул черный «стетсон» низко на лоб. Тэйбер выглядел так, будто сошел с голубого экрана: неотразимый злодей, собравшийся повергнуть все в хаос и разбить сердца порядочным женщинам.
Хоуп замедлила шаг, ее сердце забилось быстрее. Она не видела его глаза в тени шляпы, но чувствовала на себе взгляд Дилана. Как всегда, этот взгляд дотянулся до Хоуп и окутал ее с головы до ног. Когда она подошла к машине, Дилан выпрямился. Его губы изогнулись в медленной улыбке.
— Выглядит так, словно кто-то завернул тебя в свой носовой платок, — прокомментировал шериф, и бархатный голос словно невидимым тросом потянул Хоуп к Дилану, искушая воспоминаниями о прикосновениях его рук и губ.
Она посмотрела вниз на свое платье и не смогла придумать никакого достойного ответа.
— О, — единственный звук, который у нее получилось издать.
Хоуп снова взглянула в спрятанные в тени глаза Дилана, посмотрела на его соблазнительную улыбку… и, как последняя трусиха, пригнула голову и нырнула в машину, завела свой «порше» и рванула с места, оставив искушение позади, в пыли.
«О». И это ее ответ? «О»? Она так сжала руль, что костяшки побелели, а щеки горели до самого дома. «О»? Наверное, Дилан решил, что она идиотка. И это когда Хоуп решила вести себя холодно и изысканно?!
Она занесла пакеты в дом и разложила продукты. Интересно, что Дилан теперь о ней думает? Теперь, когда Хоуп повела себя, как дура?
Ей не пришлось долго ждать ответа. Она успела прослушать всего несколько песен Дуайта Йоакама, когда кто-то с силой постучал в дверь. Хоуп нажала «стоп», открыла дверь… и там стояло эдак под метр девяносто разъяренного мужчины по имени Дилан Тэйбер.