Черный треугольник
Шрифт:
– Всевышний в доказательствах не нуждается, Александр Викентьевич, сказал я грубей, чем мне бы хотелось, - он все знает и все видит. Что же касается меня... Я верю вам и вашему слову, но я хочу, чтобы вы меня правильно поняли...
Он мгновенье колебался, потом твердо сказал:
– Я вас понял. Вам нужны доказательства, и я позабочусь о том, чтобы вам их представили. Я обещаю,
– Я вам заранее благодарен, Александр Викентьевич. Если вам в этом потребуется моя помощь...
– Нет, не потребуется. Вам придется выполнить лишь одно условие.
– Какое же?
– Прекратить ремонт телефонных проводов в Кремле.
Я посмотрел на часы:
– Считайте, Александр Викентьевич, что ваше условие уже выполнено.
Допрос владельца ювелирного магазина
гр. А.Ф.Глазукова, произведенный
заместителем председателя Московского совета
народной милиции Л.Б.Косачевским
К О С А Ч Е В С К И Й. На сколько возрос оборот
вашего магазина в семнадцатом году?
Г Л А З У К О В. Какой там возрос! Еле концы с
концами свожу. Уж вы мне поверьте.
К О С А Ч Е В С К И Й. Верю. Но тогда другой
вопрос: ежели дела так плохи, то зачем вам
потребовался еще один приказчик, за которым вы якобы
отправились на биржу труда?
Г Л А З У К О В. Я хотел уволить одного из своих
приказчиков.
К О С А Ч Е В С К И Й. Кого из двух?
Г Л А З У К О В. Вишнякова.
К О С А Ч Е В С К И Й. Но он работает у вас
двенадцать лет, и все эти годы вы были им довольны.
Г Л А З У К О В. Какое там доволен! Жулик он,
бестия...
К О С А Ч Е В С К И Й. Ах вон как? Ну что ж,
спасибо, что раскрыли нам глаза. А то ведь мы ему
поверили, что вы первого февраля ни на какую биржу
труда не ездили, а провели целый день у себя в
магазине. Очень он убедительно рассказывал... А
второй приказчик тоже, конечно, бестия?
Г Л А З У К О В. Да нет... Филимонов честный
малый.
К О С А Ч Е В С К И Й. Странно. Дело в том, что
он говорит
Г Л А З У К О В. Зачем "врет"? Запамятовал,
верно. Разве мудрено числа перепутать?
К О С А Ч Е В С К И Й. Да и мы так думали. Но он
говорит: точно. Первого февраля, оказывается, день
ангела его жены - вот какое дело. Хотел, говорит,
пораньше с работы уйти, да не смог: хозяин весь день
безотлучно в магазине сидел. То одно, говорит, ему
требовалось, то другое...
Г Л А З У К О В. Напутать всегда можно.
К О С А Ч Е В С К И Й. Совершенно справедливо. А
какое впечатление на вас произвел гражданин, который
предложил купить у него жемчуг?
Г Л А З У К О В. Да какое впечатление? Обычное.
Гражданин как гражданин. Одет чисто, вежлив...
К О С А Ч Е В С К И Й. Не кусался? Не лаял?
Г Л А З У К О В. Это зачем же? Не сумасшедший
ведь, при своем уме...
К О С А Ч Е В С К И Й. Странно.
Г Л А З У К О В. Что странно-то?
К О С А Ч Е В С К И Й. Приобретенный вами у
неизвестного жемчуг стоит самое малое 30 - 40 тысяч
рублей на золотые царские деньги, а уплатили вы за
него две с половиной тысячи рублей. Так продешевить
мог или сумасшедший, или вор, которому нужно было
поскорей избавиться от награбленного. Сумасшедший
отпадает. Следовательно, вор. И вы, предложив ему
меньше одной десятой цены, знали, что это вор.
Г Л А З У К О В. Помилуйте, гражданин
Косачевский! Да мало ли какие обстоятельства могут
быть у человека!
К О С А Ч Е В С К И Й. Обстоятельства, конечно,
могут быть разные. Но тем не менее вы не сделали
записи о своей покупке в книге. Почему?.. Вот то-то и
оно. Вы знали, что покупаете краденое. Мало того, вы
знали, что жемчуг похищен именно в патриаршей
ризнице.
Г Л А З У К О В. Побойтесь бога, гражданин
Косачевский!
К О С А Ч Е В С К И Й. Бога следует бояться вам,
для члена союза хоругвеносцев это особо тяжкий грех.