Чёрные зеркала

Бахтиярова Анна

— А если бы «горшками» оказались светлые? — поинтересовался Ульрих.

— Я бы первая отправилась отдавать силы, — заверила Юмми и спросила Габриэлу. — Вы сказали, что обряд старинный, но ведь ведьмы способны его провести?

Та поморщилась.

— Нет. Нынешние не способны. Это обряд для истинных ведьм.

Юмми рассерженно всплеснула руками.

— То есть, подсказка в книге бесполезна?

Габриэла в упор посмотрела на сына, а тот побледнел. Да и я, наверное, тоже.

Готовы ли истинные ведьмы раскрыть инкогнито, вот

в чем вопрос.

— Нет, не бесполезна. Мы в силах провести обряд.

— Мы? — переспросила Юмми, не понимая. — Кто «мы»?

— Ты же сообразительная девочка, Свон. Пораскинь мозгами. Истинные ведьмы сражались с магами на равных и были близки к победе. Их предали свои. Но неужели, предательство настолько подкосило, что они легко позволили себя истребить?

Юмми открыла рот, но ничего не сказала. Не могла.

— Нашим предкам хватило ума спрятаться, а нам — продолжать делать так, чтобы наше существование оставалось тайной. Но если речь идет о безопасности всего Многоцветья…

— Нет, это… это… — Юмми посмотрела на Ульриха.

— Прости, я не мог тебе сказать, это не моя тайна.

Светлая девчонка повернулась ко мне и поняла по взгляду, что мне она ведома.

— Но разве вы не учились в Гвендарлин? — спросила Габриэлу.

— Училась. Как и многие из нас. Однако сюда старейшины отправляют лишь самых сильных, способных себя контролировать. Это трудно. Поспрашивай на досуге моего сына, каких усилий это стоит. А он ведьмак лишь наполовину. Магическая кровь его здорово выручает.

— Ладно, — Юмми выставила руки вперед. — Не будем сейчас углубляться. Просто скажите: если понадобится, вы готовы рискнуть и провести обряд?

— Я поговорю с остальными, но уверена, никто не откажется. Другое дело — полуцветы. Они и друг за друга не шибко вступаются. А тут речь обо всех магах Многоцветья. Подумайте над этим. А я пока встречусь с твоей… — она посмотрела на меня, — герцогиней Викторией. Нужно переместить твое тело. Пусть побудет под защитой моего народа. Это идеальное укрытие.

Мы поднялись и попрощались. Пошли к двери, но вдруг я качнулась. Почудилось, пол под ногами заходил ходуном, будто весь замок подпрыгнул.

— Что с тобой? — встревожился Ульрих.

— Вы не чувствуете? Это… это… как землетрясение.

Они втроем переглянулись. Никто ничего не ощутил.

— Оболочка сопротивляется, — вынесла вердикт Габриэла. — Тебе не помешает отдохнуть. Поспать. Я серьезно, Лилит. Если хочешь оставаться в теле еще какое-то время, наберись сил.

— А как же мое тело? Как в него вернуться?

— Пока неясно, — отозвалась она монотонно.

Но я поняла, вся их компания во главе с бабулей не просто не знает способа, а подозревает, что его не существует…

****

Я послушалась совета Габриэлы. Нашла спальню Иви, но оглядев неопрятное помещение с разбросанной по полу одеждой и учебниками, отправилась к себе. Прошептала недавно выученное на уроке заклятье, не позволяющее

заходить внутрь никому, кроме там живущих, и завалилась спать. В родной постели удобнее. Пусть кровать и казалась теперь больше, чем я привыкла.

Тело, контуженное вторжением, устало, но разум не торопился погружаться в сон. Мысли всё возвращались к основателям. К одному из них. К Дарлину. А еще к Маргарите и ее письму, выжженному остатками черно-синей магии.

«Истинное зло обитает в зеркалах-близнецах. Теперь я это точно знаю. Я вспомнила, что была внутри них два года назад. В ту самую ночь, когда всё случилось…»

Напрашивался закономерный вопрос: в какую ночь? Уж не в ту ли самую, когда внутри Маргариты зародилась новая жизнь? Ребёнок, которому не полагалось рождаться…

— Не могу так больше, — прошептала я, обращаясь неизвестно к кому. — Хочу знать. Хочу знать правду. Я готова… ко всему… Готова заглянуть в глаза страху…

«Заказ» услышали. Глаза закрылись и… я увидела Маргариту. Она в ночной сорочке (другой, не в той, что я видела ее в прошлый раз) шла по замку на зов Гвенды Ван-се-Рмун. Торопилась. Почти летела. Сущая бабочка, которая вот-вот попадет в сети паука. Или лучше сказать, двух пауков. Беспощадных и безжалостных. Эгоистичных до жути.

Зал близнецов. Маргарита легко вошла внутрь, начертив незнакомый знак в воздухе. По приказу Гвенды, само собой. Ученикам так просто не справиться с наложенными на двери защитными заклятьями. Это ж только я умею добираться до зеркал обходным путем. Марго шла по прямому. Поставила подсвечник у двери и торопливо зашагала вперед, туда, где за черным стеклом ее давно ждали. Прошла сквозь него, словно через поток темной воды. Скрылась в левой половине близнецов.

Я догадывалась, что случится внутри, и не хотела смотреть. Но разве был выбор? Я должна убедиться. Обязана узнать, верна ли жуткая догадка. Нельзя сворачивать на последнем рубеже.

Меня ждал сюрприз. Всё произошло вовсе не так, как случалось у всех.

Маргарита лежала на столе, рядом стояли основатели. Оба. В правой руке Дарлина «зрел» синий переливающийся шар, набирая краски и… мощь. А закончив, поднялся в воздух, выпуская черные молнии. Повисел с полминуты и устремился к Маргарите. Вошел в ее живот, будто призрак, легко проникающий сквозь любые преграды. Она дернулась, но сразу затихла, на безразличном доселе лице отразилось умиротворение.

— Дело сделано, — проговорил Дарлин без интонации.

— Надеюсь, на этот раз будет толк, — отозвалась Гвенда ядовито. — А еще у ребенка не проявятся способности.

— Шансы пятьдесят на пятьдесят. Ребенок наполовину маг, наполовину дух. Но у Барбары способность не проявилась. Никто так и не узнал, что она полноценный маг. Что до остального, уверен, на этот раз всё получится. Этот ребёнок связан с нами обоими. Подойдет тебе, а я сумею вытянуть душу из сосуда.

Гвенда хотела спросить что-то еще, но я больше не могла слушать.