Человек в тумане
Шрифт:
Глава четырнадцатая
Старичок с сумкой, держа в каждой руке по стакану джина, разбавленного водой, со странным названием "тоник"*, подошел к столу и, отодвинув ногой стул, сел против Яна.
______________
* Газированная хинная вода, изготовляемая для азиатских колоний Англии, обычно употребляется с джином.
– Избавление час благословенный, - сказал старик по-русски, пододвигая к Яну стакан. - Мною оплачено, опусти еще льда кусочек и лимончика, вери найс! Пей, угощаю. Было - сплыло. Как
Старик поднял свой стакан, не спуская с Яна маленьких слезящихся глаз.
– Всегда защита, поддержка тебе. Русские мы, русские и есть, продолжал он, нагибаясь через стол, - а они вон что думали. Хи-хи-хи, силком на пароход тебя! Тонка, как говорится, кишка. Хи-хи...
Ян узнал его и не смог удержать судороги, исказившей лицо.
– Что вы хотите от меня?
– Хотим один вопросик задать. Можешь не отвечать, нам и так ясно: не заходил больше в консульство?
– Нет, а вам-то какое дело?
– Именно дело, именно! Себе на пользу и хозяевам в удовольствие.
Ян оглянулся. В баре сидели все те же докеры. Тихо беседовали между собой. Некоторые читали газеты. Никто не обратил внимания на старика. Данилы Матвеевича или кого-либо еще, кого можно принять за сообщника старика, не было. Вероятно, Барклаев случайно встретился. Озорное, мальчишеское желание подстегнуло Яна. Он взял стакан и выпил почти все содержимое.
– Вэл, вэл, вэл, - обрадовался Барклаев. - Вижу мужчину, как говорится! Большую рекламу дадим. "Жертва Москвы"!
– Точнее! - приказал Ян, чувствуя, как джин все сильнее начинает туманить голову. - Мне все надо знать!
– Все знать - скоро состаришься, - захихикал старик, отказавшись от своей манеры произносить фразы, начиная с середины. - Тонкое дело... с американскими базами связано. - Барклаев понизил голос, шныряя глазками по сторонам. - Тебе прямое избавление. Не понимаешь? За что они хотели тебя схватить и на пароход, как в газетках писали? Оттого, что ты секрет знаешь. Сейчас поймешь. Базы эти кое-кому, как говорится, финдос в самый нос. Коммунисты английские протест поднимают, готовят поход, ну и... конечно, рука Москвы не скудеет, а ты это узнал... Хи-хи. Ясно?
Ян насторожился. Он слушал молча, стараясь понять, какую новую подлость готовят Данила Матвеевич и его банда. Теперь Ян не боялся их. Он уже был за броней своего решения. Ему даже захотелось крикнуть это в лицо старику, дать ему почувствовать силу своей ненависти.
Барклаев продолжал шептать:
– Тебе деньги давали, чтобы в их походе участвовал, да ты не захотел, вот и пытались изолировать. Уразумел?
Янка кивнул, дескать, уразумел, а сам подумал:
"Отчего я не задушил его тогда? Одолел меня Данила Матвеевич. Жаль..."
– Деньги мы дадим, - нашептывал старик, - и советские, и доллары.
"Если ударить вот этой пивной кружкой прямо в лоб, по лысому черепу, он упадет... Зачем ему жить?.. Или все же успеет крикнуть, позвать на помощь? Англичане, конечно, заступятся, они-то не знают, в чем тут дело... такие здоровые докеры и бармен. Полицейского вызовут..."
– А еще лучше пойти с ними. В поход, как будто свой. Мало-помалу, в самую верхушку вотрешься...
– Да, полиция... - неожиданно для самого себя проговорил Ян, - нет, бить не годится...
Барклаев захрапел от сдерживаемого смеха.
– Не бойся полиции! Мы тебя уже в списки послали, как только адресок стал известен. Если кого и ударишь, мы его же, раба божьего, за ушко да на солнышко...
– За ушко? - громко спросил Ян и протянул руку к жесткому, с обвисшей мочкой, заросшему волосами уху Барклаева.
Старик отшатнулся.
– Ты что? Не согласен? Берегись, свидетелей нет...
– Согласен!
Подавшись вперед, Ян схватил Барклаева за ухо.
– Ой, не шути! - взвизгнул старик.
– Согласен! - повторил Ян, не выпуская уха и поднимаясь. Он вытянул Барклаева из-за стола и, повернувшись к удивленным докерам, объявил по-английски:
– Джентльмены! Этот человек предлагает хороший бизнес.
– Пусти, черт, ухо оторвешь! - Барклаев бил кулачком по руке Яна.
Ян не отпускал. Он задыхался от гнева.
– Неплохой бизнес... Тонкое дело, с американскими базами... Не согласится ли кто поддержать? За доллары, как штрейкбрехер!
* * *
Дэвид Браун не ошибся в своем школьном товарище. Хотя просил он его не совсем о том, что обещал Катлин. В конце концов, вовсе не в его интересах спасать какого-то "поляка" только для того, чтобы никто не мешал этому странному увлечению его невесты. Наоборот, Дэвида вполне устроит, если русские заберут на свой корабль бродячего певца, коль скоро он им для чего-то нужен. Пусть слушают его песни сколько угодно, лишь бы ему, Дэвиду Брауну, можно сказать, восходящей звезде современной английской архитектуры, не замарать себя участием в таком дурно пахнущем деле. Ни ему, ни Катлин!
"Поляк" обнаружен почти в том же месте, где сейчас находились те самые двое русских, которые пытались схватить его на площади. Нужно ли помешать их встрече? Нет, зачем же вмешиваться в чужие дела? Пусть встретятся. Очень жаль, что сообщение пришло как раз в тот момент, когда он, Дэвид, так занят, что не может отлучиться ни на минуту. Он разъясняет важным посетителям свой проект "идеальной квартиры для молодоженов".
– Ол райт, Дэвид, - ответил школьный товарищ, - если я правильно понял, чем хуже, тем лучше? Так, что ли?