Человек с глазами
Шрифт:
– Вы у нас погостите?
– поинтересовалась Алеся.
– Нет, я к вам на одну ночь, здесь сойду, а дальше пешком. Может хоть в следующий город успею вовремя. Акакий, туда каждую ночь послания носит.
– А кто такой Акакий?
– спросил Родион.
– Моя мышь летучая.
– Что ж давайте мы вас хоть проводим до окраины города, расскажете нам о своем путешествии, - предложил парень.
– Вы хотите послушать из жалости или вам действительно интересно?
– прищурил глаз мужчина, сканируя молодых людей на ложь.
– Что за вопрос?!
– обиделся Родион.
– Конечно интересно, поэтому мы и предложили погостить у нас пару дней.
– Эх, хорошие вы ребята, с удовольствием бы остался, но дорога зовет. Ведите на запад, а я расскажу о странствии своем. Кстати меня зовут Нестор.
– Я Родион.
– Алеся, - представились ребята и
Бородач Нестор ни на секунду не закрывал рта, из его длинного монолога, изредка прерываемого короткими вопросами и уточнениями Родиона и Алеси стало известно, что за последние пятнадцать лет он проходит уже вторую кругосветку. Сам Нестор и рад бы остановиться, обзавестись домом и семьей, но не может этого сделать, ему нужно идти вперед и только вперед. "Дурная голова ногам покоя не дает - это про меня" - мужчина то ли шутил, то ли намекал на реальное психическое расстройство. Он рассказал, что в двадцать лет вышел из родительского дома за молоком, прошел мимо магазина, миновал еще несколько кварталов, оказался на окраине города, потом в трех километрах от границы города и понял, что не может остановиться. Свое странное желание постоянно идти вперед он объяснял не попыткой уйти от действительности и засасывающего быта, а мировосприятием. Только так он ощущал жизнь, чувствовал, что она идет вместе с ним, а не проходит мимо, пока он работает пять дней в неделю, воспитывает детей и по выходным ездит с женой в гости к родителям. По рассказам Нестора, Родион и Алеся поняли, что он никогда не остановиться и будет идти до конца своих дней пока не упадет замертво, ему вовсе не хотелось обзаводиться домом и семьей, хотя он утверждал обратное.
К рассвету они добрались до большого постамента, белые буквы которого складывались в название города, где жили Родион и Алеся.
– Спасибо за компанию, - горячо поблагодарил Нестор.
– А тебе спасибо за интересную беседу, - отозвалась Алеся.
– Если будешь проходить мимо заглядывай, - с этими словами Родион протянул новому другу бумажку с домашним адресом.
– Обещаю, - сказал бородач и ушел.
Еще долго на тех улицах, где шагал вечный путешественник, Родион и Алеся видели шлейф, напоминающий северное сияние. Несколько месяцев ветер усердно выталкивал из города цветастые следы, оставленные Нестором. В эти дни сотни жителей бросали всё и уезжали в самые дальние страны, люди будто соревновались между собой кто дальше заберется от родимой губернии. При чем покидали город целыми улицами и кварталами. К ноябрю все жители, кроме троих, побывали в экзотических краях, на этом повальный туристический разъезд закончился. Свое необузданное желание поскорее уехать куда-нибудь подальше горожане объясняли усталостью от жизни. И только молодые люди знали, что в массовых путешествиях виноват никому невидимый след, оставленный Нестором. Частички, похожие на северное сияния, проникали в мозг жителей с воздухом, заражали сознание навязчивыми идеями о странствиях, вкрадывались через поры под кожу и вызывали ужасный зуд в ногах, который утихал только в длительных разъездах. Поэтому оставшиеся полтора месяца весны, девяноста два дня лета и четыре недели осени Родион и Алеся ходили в закрытой одежде и медицинских масках пока упрямый ветер не вытолкал энергетику странника за черту города.
Третий человек, избежавший вынужденных путешествий, всё лето провел за городом, поэтому аура Нестора не проникла в него, а когда осенью он вернулся домой ветер уже отогнал сияющий шлейф к окраинам. В начале декабря он появился на пороге Родиона и потребовал, то что по праву и по уговору принадлежит ему. Молодой человек смотрел на вероломного гостя и не узнавал в чудище старого знакомого. Из-за головы торчали два горба, слева повыше, справа пониже. На макушке головы сохранилась лишь скудная засаленная прядь волос, заправленная за левое ухо она доходила до плеча, а на ее конце болталась привязанная дохлая мышь с пучком засохшей травы. Зрачок, радужка, сосуды и глазное яблоко смешались в неоднородную черно-бело-красную массу, напоминающую масляные разводы на воде. Он смотрел исподлобья, точно так же, как в тот раз, когда Родион приходил к нему с предложением, и только эта манера злобно таращиться из-под черных густых бровей, похожих на старую щетку для обуви, помогла молодому человеку опознать в ссохшимся страшном тельце юного мальчика по имени Влад, невообразимое уродство которого теперь шокировало.
– Верни шкатулку!
– потребовал горбатый гость, озлобленность в голосе имела такую высокую концентрацию, что Родион кожей почувствовал ее разлагающее
– Значит, ты не нашел сундуки с золотом?
– Рубан старался придать голосу разочарования и сочувствия, будто бы он действительно искренне верил, что они там есть.
– Шкатулку! Деньги!
– проревел Влад.
– Верну после того, как расскажешь, что с тобой случилось?
– Верни мои деньги!
– уродец медленно произнес фразу, сделав акцент на каждом слове, жуткие глаза впились в Родиона и если бы молодой человек снова посмел перечить, то возможно в следующий миг Влад перешел бы активным действиям.
– Идем, - сказал он и провел гостя в комнату, где на столе под огромным стеклянным колпаком хранились те самые деньги из шкатулки.
– Вот забирай.
– Где?
– Прямо перед тобой. Ты что не видишь?
– Верни деньги!
– Тут все до копеечки.
– Мне нужны деньги, а не стекляшка!
– Я позволил себе воплотить твою мечту в жизнь, - не обращая внимания на возмущения гостя ответил Родион
– Это не моя мечта!
– в гневе Влад бросился к столу, на котором стоял хрупкий сказочный город из стекла, воссозданный по чертежам до мельчайших деталей. Он схватился за край столешницы, резким движением оторвал две ножки от пола и поставил стол на ребро. Город под куполом разлетелся на тысячи сияющих осколков, наполнил комнату переливчатым звоном, возвещающем о необратимых разрушениях и укрыл пол мерцающими и опасными останками.
Влад повернулся к потрясенному Родиону и медленно двинулся на него:
– Хочешь знать почему я стал таким уродом и повсюду таскаю дохлую мышь в волосах? Слушай. Однажды ко мне в дом пришел благодетель, рассказал о сундуках с золотом, скрытых от людских глаз колдовством в стенах здравницы, и забрал все мои сбережения, при этом обещал, вернуть все до копейки, если я не найду богатства.
– Влад остановился в метре от Родиона и таращась перемешанными глазами продолжил рассказ.
– Поиски я начал с подходящих заклинаний, ведь если клад не виден людям его нужно расколдовать. Я обратился за помощью к таким силам о которых не принято даже думать, не то что говорить. Только вот беда теперь они ходят за мной попятам и терзают меня, мышь - это оберег, чтобы хоть как-то ослабить их цепкую хватку. А мои горбы -- это последствия после встречи с ними. И тут я возвращаюсь в дом своего благодетеля и узнаю, что все мои деньги он потратил на чертову стекляшку! Что теперь я должен сделать, как ты думаешь?
– Это не колдовство превратило тебя в урода, а твоя алчность и жадность!
– У каждого из нас свои слабости, но мои ты довел до крайности...
– Я хотел помочь! Хотел вернуть тебя к жизни! Ты ведь ничего не видел кроме денег! Ты даже не собирался пользоваться ими, просто собирал в коробочку и пересчитывал каждый раз перед сном. Что проку от бумажек если ты не собираешься их тратить?
– Это не твое дело, что я с ними делал...
– Вообще-то мое, ты ведь продал коллекцию моей подруги, но не потратил вырученные деньги на стеклянный город, а оставил себе. Прислал ребенка с чертежами, вот мол возьми, взамен. А я, между прочим, разрешил продать коллекцию только при условии, что ты воплотишь свою мечту в жизнь и подаришь матери город, который вы создали вместе. Только ты почему-то об этом быстро забыл и решил, что все бумажки из шкатулки Анфисы Степановны твои. И что я должен был сделать, как ты думаешь?
Влад ничего не ответил, он вышел из комнаты, прошлепал в коридор и хлопнул дверью. Родион вспомнил сказку про злого господина из замка, которую юноша рассказал при первой встрече в стеклодувной мастерской, теперь молодой человек точно знал про кого она. Самонадеянный Эльдар это он, потому что решил освободить мальчишку из нависших лап алчности и жадности, а в итоге толкнул его прямо в когтистые мохнатые конечности, которые сжали подростка как тиски. Сам же Влад олицетворял того самого злого господина. Родион видел, как жители стеклянного города затряслись от страха, когда над ними навис горбатый силуэт.
С Владом он больше никогда не встречался, но чувство вины за непредумышленное пособничество в развращении юной души осталось с ним до последнего дня. Каждый год в начале декабрь, приблизительно в один и тот же день, к нему приходила Черная Меланхолия с небольшим саквояжем, в котором хранились изощренные инструменты для пыток. Она проникала в тело молодого человека, отыскивала душу и игралась с ней, применяя то одно, то другое пыточное орудие. И чем больше Родион думал об истории с Владом, пытаясь понять почему добрые намерения обернулись крахом, тем больше запутывался, а Черная Меланхолия каждый декабрь приносила саквояж потяжелее.