Человек с глазами
Шрифт:
Температура быстро опускалась и все вокруг стекленело от мелкого порошка из горшочков приспешников.
Родион остановился на тротуаре, под ярким фонарем между двух высотных домов. Сверху падали замороженные мыльные пузыри с белой дымкой внутри. Похожие, только не скованные холодом, ему уже приходилось видеть семь месяцев назад на улице Комарова. Парень посмотрел на угол дома, где висела белая табличка с синими буквами: "Улица Комарова".
Шары быстро опускались на промерзший асфальт, тонкие ледяные оболочки ломались и дым струйками выходил через трещины в пузыре, застилая улицу, на тридцать сантиметров от земли, густыми матовыми клубами. Родион задрал голову, пытаясь в мраке, простирающемся над желтыми эклектическими лучами,
– Мужчина, может вы в другом месте постоите?
– не выдержала женщина с двумя детьми.
– Что?
– он не сразу сообразил, чем вызвал недовольство дамы.
– Я говорю отойдите в сторону! Вы людям пройти мешаете!
– Ой, извините, - ответил Родион и с трудом переставляя ноги направился к ближайшему дому.
Он зашел в первый подъезд, поднялся на двадцатый этаж и чертыхнулся, обнаружив запертую дверь на чердак. Выбежал на общий балкон, осмотрелся и увидел десятки обледенелых шаров, летящих из-за угла дома к земле. Родион спустился вниз и попытал счастье во втором подъезде. Здесь на последнем этаже вход на крышу охранял навесной замок.
– Да, чтоб тебя!
– молодой человек в бессилии дернул за массивный короб. Запирающая дужка, щелкнула, вылетела из ржавой железяки, и вся конструкция повисла.
– Слава Богу!
Дверь со скрипом открыла проход в холодную черноту. Он включил маленький фонарик, висящий на ключах от дома, и пошел по шуршащему керамзиту. Приглушенный окутывающий звук утеплительных камешков под ногами действовал успокаивающей, Родиону нравилось, как пористые кругляшки шурша разъезжались в стороны от его шагов. По холодным струйкам, тянущимся из щелей люка в подъезд, он быстро отыскал в потолке выход на крышу. Взобрался на второю ступеньку вертикальной лестницы и приподнял крышку, но свирепый ветер с силой захлопнул ее. Родион лишь чудом не получил по голове тяжеловесной металлической створкой, успев в последний момент спрятаться.
Вторая попытка выбраться на крышу прошла удачней, парень резко отбросил крышку люка и быстро выбрался наружу. Порывы ледяного воздуха пробивали зимний пуховик насквозь, он чувствовал, как ветер колючими лапами прожигает кожу, пытаясь добраться до самых костей его, практически обезжиренного, тела. Но желание выяснить откуда падают мыльные шары не уступало сбивающему с ног холоду. Тараня головой, несущиеся навстречу, плотные потоки воздуха Родион добрался до левого края крыши, где по его предположениям находился источник мыльных кругляшей. Однако он не увидел ни шаров, ни устройств, которые бы их выдували.
Раздосадованный неудачей Родион спустил вниз к фонарю, у которого заметил первый пузырь и в недоумении замер. Замороженные матовые сферы продолжали падать с небес, вместе с обильным снегопадом. Снежинки-лапухи кружились между большими и маленькими шарами, а ближе к земле исчезали в белых клубах дыма.
Утро следующего дня пришло к Родиону с жаром, болью в горле и ломотой в костях. Он не мог отличить реальность от сна. В его спальне толпились уродливые незнакомцы, пугающие твари и зловещие чудовища. Подсохшая старая рана в сознании, нанесенная встречей с озерными обитателями, вскрылась под напором ужаса. Ядовитая волна страха вырвалась наружу и быстро растекалась по организму Родиона, утопив каждый атом его тела. Он лежал в окружении озлобленных голодных незваных гостей, дрожал от ужаса и не видел сидящую рядом Алесю, которая пыталась разогнать всех монстров прискакавших на болезнь любимого. Лицо, шея, плечи, руки - вся Алеся в глазах Родиона смешалась с отвратительными туловищами незваных гостей и стала неотъемлемой частью ужасающей картины. Он даже не слышал взывающий к нему голос девушки, ее слова тонул в рычаниях и клацаньях зубов чудовищ,
Среди прибывших полакомиться физическими и душевными страданиями Родиона на фоне других особенно выделялся тот, что ни хрипел, ни рычал, ни говорил, ни стонал, ни лязгал зубами и вообще вел себя на удивление скромно, но пугал больного больше остальных. Здоровые двадцатисантиметровые черные когти, как крючья торчали из рук, ног и туловища. Глубокие трещины расползлись по белой глянцевой коже. Из недр этих широких черных щелей поднимался зеленый пар, оседая на когтях, он превращался в жидкость. Постепенно капельки тяжелили, падали на пол и прожигали линолеум. Вытянутая морда твари упиралась в потолок, Родион не мог рассмотреть голову, но отчетливо видел громадную раскрытую пасть, из нее несло гнилью тех мест откуда он притащился с компанией других незваных гостей.
Чудовище протянуло к больному пересеченные трещинами глянцевые уродливые конечности с торчащими ото всюду когтями. Они угрожающе нависли над кроватью, и Родион с ужасом наблюдал, как зеленый пар выползает из глубоких щелей в теле, собирается капельками на крюкообразных черных отростках, а затем маленькие шарики ядовитой жидкости срываются и исчезают в толще ватного одеяла, оставляя дырки в ткани.
– Нет! Уйди!
– не выдержал напряжения он и выскочил из постели.
– Родион!
– Алеся бросилась к нему, но не успела подхватить, обессиленное тело молодого человека упало на пол. Она била его по щекам, кричала, трясла, но Родион не приходил в себя. Страх исчерпал все ресурсы и запасы организма, он так устал безостановочно бояться, что мозг отключил реальность и включил сны.
Алеся с трудом уложила больного в кровать и укрыла одеялом. Убедившись еще раз что, он спит, она повернулась к толпившемся в комнате непрошенным гостям.
– Пошли прочь!
– махала она руками, прогоняя нечисть, - Я кому сказала?! Убирайтесь!
Присутствующие игнорировали ее, оставаясь на своих местах, они продолжали капать слюнями, рычать, ворчать, стонать, хрипеть и бормотать.
– Посмотрим кто кого, - прошипела Алеся и вышла из комнаты. Она знала, Родион поправиться только тогда, когда твари, питающиеся его страхами, покинут дом. А для этого он должен перестать дрожать от ужаса. Парень попал в замкнутый круг, он боялся тех, кто осаждал его спальню и кормил их своими отрицательными эмоциями.
С той самой секунды, как Родион потерял сознание, он двое суток не открывал глаза. Сновидения стали спасением от ужаса, ему совершенно не хотелось возвращаться в комнату, набитую изголодавшимися чудовищами. Но когда сон устал водить больного по волшебными мирам, он выплюнул его обратно в реальность. Родион приподнял веки, сквозь ускользающую дрёму он увидел своих злопыхателей, его красочные добрые видения перерождались в настоящие кошмары. Температура больного быстро поползла вверх, перевалив за тридцать девять градусов. Родиону казалось, что внутри все органы расплавились и сам он в скором времени превратиться в мокрое пятно на простыне.
Два дня и две ночи, без передышки, Алеся прогоняла чудовищ, как могла. Окропляла уродливых тварей святой водой. Читала молитвы, так громко, что соседи застучали по батарее, требуя прекратить квартирные богослужения. Обратилась к старым знахарским заговорам из книги своей прабабки. Жгла сухие травы, едкий дым которых вызывал першение в горле и раздирающий кашель. Использовала ароматерапию, расставив лампадки с маслами по периметру комнаты. Стащила все зеркала в доме к постели Родиона и выстроила из них хлипкую стену вокруг кровати, наивно пологая, что они испугаются своих отражений и уйдут. И даже пылесос включила, в надежде, что громкое неприятное жужжание приведет их в ужас, и они как стая кошек бросятся в рассыпную.