Частица тьмы
Шрифт:
Дохожу до дерева и быстро залезаю на него, пока меня не заметили выходящие из библиотеки люди. Забираюсь чуть выше и устраиваюсь на толстой ветке, откуда можно наблюдать за дверьми и тропинкой внизу, и если никто не взглянет вверх в определенное место, вряд ли меня увидят.
Время идет. Люди входят и выходят, но всех их я знаю. Ноги затекают, и я время от времени меняю положение.
Наблюдаю и жду.
10
ШЭЙ
Ксандер ведет меня на экскурсию по их так называемому исследовательскому
Проходя мимо двери с окошком, я замечаю внутри Беатрис и подхожу ближе. Она сидит с закрытыми глазами, скрестив ноги, на полу.
«Привет, Би», — говорю я, но она не отвечает. — Что она там делает?
— Это тихая комната, из нее нельзя установить мысленный контакт — примерно такие были в госпитале на базе ВВС.
Меня передергивает. Это чувство, что ты отрезан от всего живого… хуже и быть не может. Туда даже паук не мог заползти.
— Но зачем такая комната здесь?
— Септа пытается найти способ пробиться сквозь этот барьер; власти научились блокировать наши способности, поэтому мы стараемся придумать, как обойти препятствие.
— Да, но почему Беатрис?
— Полагаю, Септа заручилась ее помощью. Беатрис обладает поразительной ясностью мышления и умением фокусировать внимание.
— Я знаю, но она всего лишь ребенок. Разве ей не надо ходить в школу, играть в игры или заниматься чем-то таким же? — Я качаю головой.
Стучу в окошко, и девочка открывает глаза. Открываю дверь, и только теперь до меня доходит, что она была заперта снаружи.
— Привет, развлекаешься?
Она кисло улыбается.
— Тут жутковато. Септа сказала, что прежде чем уйти, я должна придумать способ выбраться отсюда.
Я протягиваю руку.
— Идем, я тебя вызволю.
Септа появляется в коридоре, ее аура излучает раздражение.
— Ты прервала мой эксперимент.
Ну, замечательно.
— Ксандер, разве ты не говорил, что каждый член общины сам решает, что он хочет изучать?
— Говорил.
— Беатрис полноправный член общины?
Он удивлен. Раздумывает.
— Да, разумеется, — отвечает он. Септа недовольна, а Ксандеру весело.
— Ну, Беатрис, что бы ты хотела изучать?
Ей даже не приходится задумываться над ответом.
— Слияние и расширение мысленного контакта — на большие расстояния. На весь мир, к звездам! Вроде того, о чем говорили вчера вечером. Мы с Еленой потом еще обсуждали. Могли бы и попробовать!
— Ух ты! Вот это размах. Держи «пять»!
Беатрис подпрыгивает, чтобы шлепнуть пятерней о мою ладонь, и уносится на поиски Елены. Септа в гневе удаляется.
— Ксандер, серьезно, на что бы ни был способен ее мозг, Беатрис еще ребенок. Ей нужны границы. За ней нужно присматривать.
— Беатрис поразительный
— Она не захочет уйти.
«Ты имеешь в виду, что тебе не хочется отпускать ее. Но смотри», — и он показывает мне место, куда думает послать их. Это что-то вроде семейной фермы со всякими животными — ей точно понравится.
— А теперь идем, я покажу тебе, что еще мы здесь изучаем, — говорит он.
Члены общины исследуют все, от альтернативных источников топлива до генетических манипуляций. Лицо Ксандера светится воодушевлением, когда он рассказывает мне об их работе и работе других ветвей общины по всему миру. Все они ищут ответы на множество вопросов, и он — лидер, руководитель их всех.
Слушая его речи, я исподволь наблюдаю за ним. В его глазах жажда знаний, стремление постичь все еще не познанное. Вот это, бесконечное любопытство, желание узнать все об окружающем нас мире, свойственно и мне. Я всегда была такой, но с тех пор как стала выжившей, эта тяга как будто усилилась. Почему? Трудно сказать. Может быть, потому, что теперь я могу видеть и понимать связи между вещами так, как не могла раньше.
И все же есть границы, которые я не готова переступить ради знания, а вот насчет него такой уверенности у меня нет. В этом суть того, кто и что есть Ксандер.
Наконец он приводит меня в комнату для совещаний и закрывает дверь. Жестом указывает на стул.
— Теперь решение за тобой. Какую работу ты хотела бы выполнять?
— А какой выбор?
— Огромный, как сама мультивселенная.
— А что вообще это значит? Что такое мультивселенная?
— Это моя главная одержимость, — отвечает Ксандер. — Эта вселенная, в которой мы живем, всего лишь одна из многих. Связаны ли они между собой? Как? Можно ли попасть из одной в другую? Влияют ли они друг на друга? Откликается ли действие, совершенное здесь, в другой вселенной?
Я задумчиво склоняю голову набок.
— Если наши действия отзываются в другой вселенной, резонно предположить, что действия, совершенные там, будут откликаться и здесь тоже.
Он улыбается.
— Вот именно. И если каждое наше решение имеет последствия не только здесь и сейчас, но для каждой нашей копии во всех многочисленных вселенных, при этом определяя несколько иную судьбу? Дух захватывает.
— Начинаешь думаешь, и мозги закипают. Да и как здесь можно что-то узнать?
— Это мыслительный эксперимент: отталкиваясь от посыла, ты движешься к логическим заключениям, видишь результат, а уже затем находишь способ проверить его.