Час Кицунэ
Шрифт:
Я поклонилась, приветствуя его, а он, подняв голову, сказал:
— До чего ты все-таки невозможная, Аика! Нобу предупреждал, что ты непременно что-то натворишь, даже просто моя водой железный песок. Но ты превзошла все ожидания, влюбив в себя Минамото-но Тамэтомо. Отлично! Просто замечательно! Владыка Кицунэ будет в полном восторге! Как выпутываться собираешься?
Я выпрямилась из почтительного поклона и ехидно ответила:
— Безумно соскучилась по тебе за этот месяц!
И, прежде чем продолжить, снова поклонилась.
Ну, если и говорить гадости, так уж со всем почтением!
*Китайский
**Именные суффиксы играют важную роль в общении японцев. Они указывают на социальный статус собеседников относительно друг друга, на их отношение друг к другу, на степень их близости. Употребив какой-либо именной суффикс, можно нанести собеседнику оскорбление или наоборот — выразить ему своё глубочайшее почтение. Но также суффиксы могут не использоваться при личном обращении по имени, что указывает на личные отношения. Самые распространённые суффиксы — «сан», «тян», «кохай», «сэнсэй». Я все это в своих романах опустила просто потому, что мне показалось что это утяжеляет текст, а антураж я и так поддерживаю вставками и пояснениями. К тому же я пишу не исторический роман, а у меня жанр исторического фэнтези, поэтому в тексте допустимы вольности.
*** В средневековой Японии для отделения железа песчаная смесь нагнеталась в водяные каналы с волнистыми препятствиями на дне. Более тяжелый железный песок скапливался за препятствиями, в то время как вода уносила более лёгкий песок. Этот старинный метод экономичен и дает возможность получить очень чистую руду, но угроза загрязнения окружающей среды заставила отказаться от него. В современности песок добывается бульдозером, затем железная руда извлекается магнитом и доставляется к печам грузовиком.
Глава 5
Японская пословица: В дом, где смеются, приходит счастье
Ты со мной говоришь,
а сама все ближе подходишь
к сливе в алом цвету…
Автор Такахама Кёси японский поэт, писатель. Член Императорской академии искусств. Родился в многодетной семье самурая. Один из главных мастеров жанра хайку конца 19 — начала 20 вв. Хайку Такахамы присущи элементы, нехарактерные для традиционной японской поэзии: например, использование, наряду с исконной японской лексикой ваго, китаизмов. Среди богатого литературного наследия Такахамы наиболее высокой оценки удостоились поэтические произведения в жанре хайку, к активному сочинению которых
Перевод с японского А. А. Долина
— Какими судьбами? — выпрямляясь из поклона, ехидно поинтересовалась я, с интересом его разглядывая. — И даааа!!! Иллюзия просто обалденная! У меня так не получится! Более противного старика я в жизни не видела. Это ваша тайная сущность, Учитель?
— Стала очень смелой? Это короткая жизнь людей тебе внушила, что ты бессмертна? А их слабость сделала тебя сильной? Не спуститься ли тебе с твоих высот на грешную землю? А то падать ох как больно будет! — скривился он, но его голос был веселым, он явно потешался надо мной, хотя и говорил серьезные вещи.
— А может быть вы тоже по мне скучали, Учитель? — продолжила я нарываться, потому что знала, что ничего хорошего не услышу от него, и пыталась набраться храбрости, которую на самом деле не чувствовала. — Ваш внешний вид натолкнул на мысль что вы сильно страдали.
Выглядел он и в самом деле не очень. Его иллюзия старика была не просто старой, а какой-то древней. Испещрённое морщинами волевое лицо все же выглядело сильно и мощно, да и два меча на поясе не оставляли сомнений, что он может постоять за себя. И следа не было красавчика Кио из Долины, по которому сохли все розовые лисички.
— Доиграешься, девочка! — как-то очень довольно сказал Кио, как будто я его несказанно порадовала.
— Я еще к играм и не приступала. Это ты почему-то решил, что я тут влюбляю в себя Минамото-но Тамэтомо. С чего такие мысли? — ощетинилась я, отбросив словесную перепалку и обмен остротами.
— Ааааа! То есть это он из равнодушия тут с тобой живет в жалкой хижине и моет руду? Это он так проявляет крайнюю степень незаинтересованности, сидя тут с тобой вместо того, чтобы заседать с отцом и улаживать конфликт с Тайра? — продолжал ехидничать он, а я не знала, что ему ответить.
Я стояла на дороге и с ужасом понимала, что он прав.
— И это не он сейчас прожигает меня взглядом? И он не собирается зарубить меня, если я проявлю к тебе хоть малейший признак агрессии? Этот взгляд способен убивать, а ты почему-то считаешь его безразличным? Странно. Зрение не проверяла? Может быть ты у людей стала слепнуть? Не пора ли тебе вернуться в Долину? А то здоровье твое ухудшается, ты не видишь то, что у тебя под носом, — продолжил ехидно он, смотря на меня хитрыми глазами.
— Нет! — встрепенулась я. — Я не вернусь в Долину.
— Вот как? — вскинул брови Кио.
— Я… Я еще мечи не выковала, — сказала я.
— Ну, я почему-то так и понял, что дело в мечах, плавке стали и сборе железного песка… А не в том, что гигант под два метра ростом направляется сюда, решив, что ты слишком далеко от него отошла и уже минуты две как не уделяешь ему внимание, — фыркнул в ответ Кио.
Тамэ приблизился и стоял, грозно сдвинув брови. Он молчал, но и в этом молчании была такая угроза, что я ее почувствовала просто физически. Это не была ревность, потому что Кио выглядел, как сморщенный старик, это было похоже на глубинное желание защитить своё. Я собиралась уже отрыть рот, чтобы что-то сказать, но не успела.