Цейтнот. Том II
Шрифт:
Мол, ну чего вы? Мол, ну сколько можно? Пусть и потеплело, но всё же небольшой минус на улице, уши мёрзнут!
— Мы не можем взять его с собой! — объявил Никодим. — Это наше внутреннее дело, нельзя впутывать в него республиканца!
Серж не удержался и фыркнул.
— Да он такой же республиканец, как и мы! С Карпинской шашни крутит!
— Это с которой? — удивился Никодим. — С Юлией или Софьей?
— С Юлькой. У неё эмпатическая чувствительность зашкаливает, а он абсолют, вот и сошлись. Да
Внимать обсуждению своей личной жизни было не очень-то приятно, и я сплюнул под ноги, в сердцах помянув недобрым словом сплетницу Настеньку. Она всем растрепала, больше некому!
Климент с Никодимом озадаченно переглянулись, а Серж, который прекрасно осознавал, что его участие в этом деле закончится сразу по возвращении в гостиницу, подлил масла в огонь, напомнив:
— Думаете, Горский просто так его о Карпинских спрашивал? Да он ведь от них узнал, кого мы ищем! Больше не от кого!
Операторы двинулись ко мне, Климент спросил:
— Правда, что ли?
Я спокойно выдержал испытующий взгляд и коротко ответил:
— Без комментариев.
— И как Юленька в постели? — попытался поддеть меня Никодим, и вновь я прибегнул к стандартному ответу.
— Без комментариев.
Раздражения не испытал, целиком и полностью сосредоточился на оценке происходящего. Выбранная мной линия поведения сработала, и операторы вернулись к обсуждению дальнейших планов. Точнее, решение за всех принял Климент.
— Всё, едем! — объявил он и распахнул заднюю дверцу автомобиля. — Здесь недалеко!
— Слишком рискованно! — возразил Никодим.
— А возвращаться в гостиницу и ехать оттуда не рискованно?
— Да с чего ты взял, что она дома сидит?!
— А где ей ещё быть? Если сразу из города не сбежала, точно у себя затаилась!
— Не знаю, не знаю…
— В любом случае нужно проверить!
Климент был лет на пять старше своего оппонента и определённо пользовался куда большим авторитетом — возможно даже, входил в охрану великого князя, — так что последнее слово в итоге осталось за ним, даже присутствие республиканца в моём лице помехой не стало.
Мы погрузились в автомобиль, и вновь я разместился рядом с водителем.
— Из арки налево! — распорядился Климент, а стоило только машине тронуться с места, он легко и непринуждённо восстановил кинетический экран.
На выезде со двора Никодим принялся крутить баранку против часовой стрелки, наш «Капитан» вывернул на узенькую улочку с односторонним движением, которая через несколько кварталов упиралась в перегороженные баррикадой ворота то ли верфи, то ли судоремонтного завода.
— Там кто — республиканцы? — спросил Никодим, прибавив скорость.
— А кто ещё? — буркнул Климент. — Да не бери в голову! Мы уже на месте. Давай направо в следующую арку.
И тут
К счастью, пули достали нас уже на излёте, кинетический экран полностью лишил их скорости, трещинами всё и ограничилось. Никодим резко вильнул, затем бросил автомобиль в другую сторону и на полной скорости заложил крутой поворот, направляя машину в арку, а во дворе ударил по тормозам. Не ожидай я чего-то подобного, точно бы лбом в ветровое стекло впечатался!
— Выходим! — скомандовал Климент.
Мы разом вывалились из салона, но от далёкой баррикады никто в погоню за обстрелянным автомобилем не бросился, улица оставалась пуста.
— Минус левая фара! — объявил Никодим, поднял капот, изучил моторный отсек и с облегчением перевёл дух. — Ещё в кузове несколько дыр, но радиатор и движок не задели!
— Повезло! — дрожащим голосом произнёс Серж и вытер лицо носовым платком.
Меня тоже потряхивало, но не так сильно, чтобы я упустил возможность прояснить ситуацию.
— Мы за кем сюда приехали?
Климент недобро глянул в ответ, но всё же счёл нужным пояснить:
— Навестим барышню, которая захаживала в ту квартиру. Пригласим в гости, но так чтоб ни один волос с головы не упал! И учти — она оператор.
— Вперёд не лезь, сами всё сделаем, — предупредил Никодим.
Я фыркнул.
— А вы умете? Ну, чтоб живой?
— А сам ты?
За язык меня никто не тянул, но решил исходить из принципа «хочешь сделать хорошо — сделай сам», поэтому кивнул.
— Обучен.
— Без тебя разберёмся, — буркнул Климент. — Всё, идём!
Во дворе не было ни одной живой души, как, впрочем, не обнаружилось там и покойников. Дверь парадной стояла распахнутой настежь, на полу и лестнице валялись какие-то бумаги, вероятно корреспонденция жильцов.
— Нам на самый верх! — объявил Климент, и мы начали подниматься по скрипучим деревянным ступеням, а когда сгрудились на тесной площадке последнего этажа, то позвонить в дверь никому и в голову не пришло. Никодим приготовился вломиться внутрь, но я его придержал.
— Погоди!
Попытка ощутить близкое присутствие оператора с треском провалилась из-за искажений, создаваемых моими спутниками, и я взялся левой за ручку, а ладонью правой накрыл замочную скважину, после сосредоточился и начал оперировать буквально долями сверхджоулей — легонько покрутил пальцами и уже секунд через тридцать отпер закрытый на два оборота замок, благо тот оказался не из сложных.
Операторы напряжённо сопели за спиной, я не выдержал и шикнул на них:
— Тише вы!