Цена соблазна
Шрифт:
«Сбежал от мамы так далеко, чтобы она его больше никогда не достала. Как бы я тоже хотела сбежать!» – иногда говорила Элька, когда они учились в школе.
Но это было давно – Дарья Владимировна к этому времени уже вышла на пенсию, осела дома, лечила болячки – кажется, у нее были проблемы с сердцем, – по привычке пытаясь контролировать непокорную дочь. А теперь Родька утверждал, что Дарья Владимировна Ветлицкая причастна к происходящему!..
– Родь, ты уверен? – протянула Майя жалобно. – Ты серьезно думаешь к этому причастна ее мать? Старая Ветлицкая?!
Его пожатие было как удар набата.
Но этого попросту не может быть, подумала Майя.
...Настолько же невозможно, как Родькина забинтованная голова, ее изрезанная картина, звонки анонима и череда трагический событий, преследующих бывший 11 «А» класс 40 школы города Н-ска.
– Это Дарья Ветлицкая, Элькина мама, – произнесла Майя, повернувшись к Артему. – Она либо причастна, либо что-то знает.
Ответом ей стал его изумленный взгляд. Спасский был удивлен так же сильно, как и она. Но… Можно ли верить Родьке, только что вышедшему из комы?!
Майя хотела расспросить его дальше, но тут вернулась тетя Зина, а за ней следовали те самые чудо-врачи с суровыми лицами, и им с Артемом пришлось покинуть Родькину палату, отложив разговор на другой раз.
Глава 9
Майя все-таки решила позвонить Дарье Владимировне и напроситься на чай. Соврать, что вернулась ненадолго в Н-ск, и вот… Ностальгия замучила, решила навестить бывших одноклассников, поэтому и вспомнила об Элькиной маме, которая очень ее привечала в школьные годы.
По правде сказать, Дарья Владимировна не слишком-то ее и привечала, но, по крайней мере, из дома не гнала и дружить своей Эльвире с дочкой бедного художника не запрещала.
Зато Артему Майина идея нисколько не понравилась. Он заупрямился, заявив, что это тухлое дело, в которое ей не стоит вмешиваться.
Он сам во всем разберется.
Сначала Ветлицкую пробьют по его каналам, выяснят, что она за птица и какого полета. Если понадобится, к подозрительной пенсионерке можно приставить слежку, людей у них хватит. Правда, Артем еще до конца не решил, потому что к Родькиным словам отнесся с подозрительностью и верить бывшему однокласснику не спешил. Заявил, что, по большому счету, стоит дождаться, когда Родьке станет получше, и детально его обо всем расспросить. Выяснить, с чего это Роданов взял, что все ниточки ведут к Элькиной маме.
По его мнению, Старая Ветлицкая не слишком-то тянула на преступницу. Она давно уже на пенсии, осела дома и, наверное, завела себе с десяток новых кошек к тем трем котам, которые жили в огромной квартире Ветлицких в школьные годы.
Артем тоже бывал у Эльки дома – класс у них оказался дружный, часто ходили друг к другу в гости, приглашали всех на дни рождения.
На это Майя упрямо заявила, что они должны побыстрее во всем разобраться, пока не случилось новой беды. Не появилось очередное звено в той самой цепи трагических совпадений, преследующих бывших учеников 11 «А» класса. Включая Артема и ее.
К тому же Родька настойчиво хотел ее видеть. Быть может, потому что планируется новое покушение?..
– И ты хочешь сказать, что его планирует Дарья Ветлицкая? – усмехнулся Артем, сворачивая в арку, ведущую к Майиному дому.
В ее сейфе лежали старые бумаги, в которых, Майя была уверена, сохранился номер Дарьи Владимировны. Спрашивать у Эльки номер мамы она не хотела – чувствовала, что это будет неправильно в сложившейся ситуации.
– Надо все проверить,
– Допустим, Ветлицкая согласится. – Артем заглушил двигатель. Повернулся к ней, уставился сумрачным взглядом. – Мы придем к ней домой, и что дальше, Марусь?.. Спросим, не она ли подкарауливала Роданова в темном переулке с ломиком в руках? И не она ли развлекалась с телефонными звонками шесть лет назад?
На это Майя вздохнула.
– Я не знаю, – призналась ему. – Артем, правда, я не знаю! Но Родька ясно дал понять, что она причастна. Это вовсе не означает, что именно Элькина мама все организовала. Но, может быть, снова что-то затевается и Дарья Ветлицкая в курсе...
Но станет ли она им рассказывать?
Майя этого тоже не знала. Зато знала другое – ни полиция, ни всезнающие…гм… каналы Спасского так ничего и не обнаружили. Ни единой зацепки. А это был след – настоящий, жирный след, который мог привести к разгадке.
– Ладно, Марусь! – неожиданно сдался Артем. – Звони своей Ветлицкой, будем разбираться на месте.
На это Майя обреченно кивнула. Завела Артема в свою квартиру, затем долго перебирала старые бумаги, лежавшие в сейфе нетронутыми уже много-много лет. В душе царил хаос. Перед глазами постоянно вставало строгое лицо Дарьи Владимировны, которое она запомнила по выпускному классу – десять лет назад! – начавшая увядать кожа, строгие карие глаза, широкий лоб, тронутый морщинами, и аккуратно зачесанные волосы – волосок к волоску!
От этих воспоминаний пальцы становились непослушными, но Майя упрямо переворачивала пожелтевшие страницы записных книжек. Вместо нужного номера ей все время попадались телефоны и адреса дальних родственников, которые, как Майя подозревала, так навсегда и останутся для нее дальними.
Наконец, нашла.
Пару раз вздохнув под внимательным взглядом Артема, набрала номер Дарьи Ветлицкой. Через три гудка раздался вежливый голос:
– Слушаю вас.
– Дарья Владимировна, это Майя… Майя Самойлова. Не знаю, помните ли вы меня... – произнесла она в трубку, чувствуя себя полнейшей дурой. Оказалось, в трубке ее помнили. – Я недавно вернулась в Н-ск, привезла свои картины. Ах, Элька вам рассказывала?.. Спасибо, мне очень приятно! – Она приложила ладонь к щеке – сначала к одной, затем другой, – чувствуя, как к ним прилила горячая кровь. Ей давно уже стоило избавиться от дурной привычки краснеть, когда ее хвалят! – Я здесь ненадолго, Дарья Владимировна, – продолжала Майя, – всего на несколько дней. Обзваниваю бывших одноклассников, хочу со всеми повидаться. Кто-то в Н-ске, кто-то пропал, кто-то уехал... Вот, вспомнила о вас. А можно я к вам в гости приеду? Нет, это не Элька меня надоумила… Нет, Дарья Владимировна, она ничего не знает о моем звонке!
Затем Майя долго выслушивала недовольство пожилой женщины по поводу поведения единственной дочери, которая ни в грош ее не ставит. И даже не звонит! А вдруг у нее сердце прихватит?.. Вырастила на свою голову эгоистку!
После этого последовало и желаемое приглашение – да, Майя может приехать. Ах, вместе с Артемом Спасским? Ну что же, конечно, она его помнит и будет рада их увидеть!
– Ну ты даешь, Марусь! – заявил ей Артем. Затем почему-то прижал к себе, уткнулся ей в волосы, и Майя долго слушала, как размеренно бьется его сердце. – Переживаешь? – спросил у нее. – Все будет хорошо, вот увидишь. Я не дам вас в обиду. Ни тебя, ни Никиту. У нас все-все будет хорошо! – добавил он уверенно.