Цена наследства
Шрифт:
— Пожалуйста, вернись! — шептала я, — Пожалуйста, вернись!
Но она молчала, и эта тишина была громче любого крика. Она уносила с собой часть моей души, оставляя меня пустой оболочкой, в которой медленно угасал свет жизни.
— Катя, давай, милая, вставай, — незнакомый мужской голос доносился словно сквозь вату.
Кто-то осторожно взял меня на руки, оторвав от маминого тела. Я слабо сопротивлялась, цепляясь за её одежду, но чьи-то сильные руки все таки унесли меня прочь.
Глава
Вышел из конференц-зала, чувствуя усталость после затянувшегося совещания. В голове крутились цифры и графики, а в руках всё ещё была папка с документами.
На ходу доставая телефон из кармана, я заметил, что батарея почти разряжена. Включил экран и тут же получил уведомление о входящем сообщении.
«Срочно! Нужно кое-что обсудить. Семейное собрание. Живо!»
Подпись «Отец» заставила моё сердце пропустить удар. Мы не общались пару недель, с тех пор как он срочно уехал по делам. Куда, так и не сказав.
«Ты вернулся?» — быстро набрал и тут же отправил.
Телефон пикнул почти мгновенно:
«Да. Жду тебя дома. Это важно.»
Я провёл рукой по лицу, чувствуя, как напряжение сжимает виски. Что могло случиться за эти две недели? Почему он уехал без объяснений? И что значит это «семейное собрание»?
Быстро просмотрев календарь, я чертыхнулся — сегодня четверг, самый загруженный день в офисе. Но выбора нет. Если отец пишет такие сообщения, значит, случилось что-то действительно серьёзное.
Так же быстро написал Максу: «Ухожу. Всё на тебе.»
И в ответ пришёл злой смайлик и короткое: «Опять?!»
Собираясь, я машинально поправил галстук и бросил взгляд в зеркало. Тёмные круги под глазами, напряжённый взгляд — будто отражение знало больше, чем я сам.
До дома добрался быстро. Огромный особняк, окружённый вековыми деревьями, возвышался в темноте, словно старинный замок. В окнах горел приглушённый свет, создавая причудливые тени на фасаде здания.
Охранник у ворот, заметив мою машину, быстро открыл ворота. Я въехал на подъездную дорожку, вымощенную брусчаткой, и вышел из машины. Холодный ветер трепал полы пальто, а воздух был пропитан сыростью.
Поднявшись по мраморным ступеням, я открыл массивную входную дверь. В нос ударил привычный запах полироли и дорогих духов. Прислуга всегда поддерживала в доме идеальную чистоту.
В холле меня встретил дворецкий Ричард, как всегда безупречно одетый и невозмутимый.
— Добрый вечер, сэр, — его голос звучал ровно, но в глазах я заметил что-то необычное. Тревогу?
— Добрый вечер, Ричард. Отец?
— Он в своём кабинете. И… остальные тоже здесь.
— Остальные? — моё сердце екнуло.
— Да, сэр. Ваша сестра и брат. Они уже час ждут.
Я кивнул,
Проходя через холл, я поздоровался с горничной, которая как раз поливала цветы в вазонах, и с молодым помощником повара, выходившим из кладовой с коробками. Все они, как обычно, вежливо здоровались, но сегодня в их взглядах читалось что-то странное — смесь любопытства и беспокойства.
Поднимаясь по главной лестнице, я заметил, что двери в малую гостиную приоткрыты. Заглянув внутрь, я увидел сестру с братом, сидящих в напряжённых позах. Они о чём-то тихо разговаривали, но при моём появлении замолчали.
— Наконец-то, — сестра поднялась, её взгляд был полон тревоги.
— Что происходит? — спросил я, чувствуя, как внутри всё сжимается.
— Если бы мы знали — ответил брат, нервно разъезжая по комнате.
Мы вместе направились к кабинету отца, где за массивной дубовой дверью уже слышался его низкий голос и голос матери. Что он там говорит? И почему вся семья собралась здесь в такой час?
Ответы на эти вопросы я должен был получить прямо сейчас. И судя по всему, они мне не понравятся.
— Заходите, — раздался низкий голос отца, когда я открыл дверь. — Садитесь.
Мы переступили порог кабинета, и я замер на пороге. В кабинете уже сидела мать — и она выглядела очень злой.
— Присаживайтесь,» — отец встал изо стола и указал на свободные места. — У меня есть новости, — начал он, но мама его перебила.
— Не тяни — рявкнула она.
Отец кивнул, собираясь с мыслями. Было видно, что то, что он собирается сказать, даётся ему с трудом. Его руки слегка дрожали, когда он положил их на стол, а взгляд на мгновение скользнул по каждому из нас, словно ища поддержку.
Сестра с тревогой сжала мою руку. Брат, сидевший в своём кресле, подался вперёд, его пальцы впились в подлокотники. Мать продолжала сверлить отца взглядом, её губы были плотно сжаты.
Напряжение в комнате нарастало с каждой секундой. Тиканье часов казалось оглушительным. Я чувствовал, как пот стекает по спине, хотя в кабинете было прохладно.
Наконец, отец глубоко вздохнул и произнёс:
— Через месяц, к нам кое-кто приедет.
Повисла нагнетающая тишина, но все терпеливо ждали.
— И она останется у нас жить, — добавил он.
— Ты что, любовницу себе завёл? — вдруг заговорила сестра, и все на неё повернулись. Я несильно толкнул её в плечо.
— Боже упаси, — отец покачал головой, — она моя дочь.
— Что?! — мы все замерли, переглядываясь друг с другом.
— Я сам только недавно узнал, — продолжил он. — Девочка всю жизнь росла без отца, а тут недавно её мать умерла…
— Ты что, маме изменил? — перебил его брат, подавшись вперёд.
— Нет! — отец поднял руку. — Всё было не так. Это… это случилось до того, как я встретил вашу маму.