Целовать его ботинки

Иак Алатея

Мужчина пришёл за мной, залез на кровать и навис надо мной.

— Сдавайся, — шепчет мне и целует в шею.

— Не могу, у меня аллергия на песок, — отвечаю и выгибаюсь под его губами и пальцами на бедре.

— Я трахну тебя так сладко, что ты попросишь ещё и ещё, — шепчет искуситель.

Нахожу в себе силы и отталкиваю его.

— Девушки будут приезжать каждый вечер, раз ты такая упертая, — угрожает мне и тащит меня за руку, — ты должна смотреть.

Я смотрела. Четыре вечера подряд.

Я хотела его, но терзала себя. Ревновала и мучилась.

На работе декан отозвал меня в сторонку, когда я шла по коридору, спеша на своё рабочее место.

— Здравствуйте, Дерек, что-то случилось? — поинтересовалась я.

— Зайдем в мой кабинет на минуту, — приглашает он, а я после очередного утра с Рееном смотрю на мужской пах. Не могу не смотреть.

— Вот об этом я и хочу с вами поговорить, Касси, — смущает Дерек, — но для начала переоденьте блузку, вы её не вывернули.

Я смотрю на манжеты и понимаю, что тонкий шифоновый шов находится наверху, а не внутри.

Расстегиваю пуговицы, а Дерек отворачивается.

— О чём вы хотите поговорить? — спрашиваю у него, застегнув одежду уже так, как правильно.

— Последнюю неделю вы слишком откровенно смотрите на мужчин, я и сам это заметил, но на вас написали жалобу коллеги. Понимаете, я вынужден провести с вами эту беседу. Может, есть какая-то весомая причина? — постарался смягчить декан.

— Если самка смотрит на самца откровенно, значит, она готова к спариванию, — объясняю я как специалист.

— Вы же понимаете, работа — это не то место, где можно таким заниматься, — говорит Дерек и подходит ближе. Гладит меня по плечу.

— Вы очень красивая девушка, неужели вы не можете удовлетворить свои потребности? — говорит уже тише, не убирая руки.

— У меня сложная ситуация, — оправдываюсь я, — я хочу каждый день...

— Касси, это же замечательно...

Он смотрит в мои глаза, а потом на грудь. Терпеть уже сил не было, и потянулась к несчастным пуговицам на своей блузке, чтобы показать самцу свои груди.

Дерек не запротестовал, наоборот, посмотрел с интересом.

— Вы можете мне помочь, — говорю ему, прикусывая нижнюю губу. Я беру его руку и укладываю себе на грудь. Закрываю глаза. Мою шею осыпают поцелуями, а в трусиках уже гуляют мужские пальцы.

Мне было так хорошо. Наконец-то удалось хоть немного снять напряжение. Мы целовались, он кусал мою шею, помогал кончить в третий, а потом и в пятый раз.

Я остановилась только, когда он уселся на кресло, спустил штаны и посадил меня сверху.

— Нет, я не хочу так, — ответила я и попыталась встать.

— Расслабься и попрыгай хорошо, я вижу, ты хочешь, — держит меня голую за руки. Притягивает к себе и целует грудь, оттягивает её, оставляя красный след.

Декан

отпустил меня после небольшой ругани, а в туалете, разглядывая свою шею, я поняла, что возвращаться к Реену мне нельзя. Нужно что-то врать, мазать засосы тональным кремом, а лучше, лучше уехать к маме. Навру с три короба и обдумаю, что можно сделать.

Реен мою идею принял очень плохо. Он порывался приехать и забрать меня, обвинял, что я срываю эксперимент. Мы проговорили почти весь вечер по телефону, где я безбожно врала ему, что соскучилась по маме и ей вдруг понадобилась моя помощь.

Глава 16. Реен

Касси сбежала. Я слишком давил на неё, и она просто сбежала. Спряталась у матери и не говорила мне адрес. Но я настойчиво разговаривал с ней каждый вечер, не давая сходить с кем-то на свидание.

По телефону тоже можно неплохо так завести.

На пятый день трубку взяла её мама.

— Привет, чем занята? Может, вернешься уже? — спрашиваю.

— Здравствуй, Реен, Касси сейчас в ванной, но не думаю, что она согласится.

— Почему?

— Ну-у-у, ей неприятно, видимо, то, что ты сделал, это некрасиво, — отвечает женщина завуалированно.

— Что именно?

— Это не моё дело, но надо выражать свою любовь без синяков.

— Каких синяков? Её кто-то ударил?

— Я имею в виду засосы, это синяки, и она их мажет каждый день, чтобы пойти на работу. Так нельзя. В моё время это считалось оскорбительным.

Так вот почему она прячется от меня. Я оглядел спальню, находя женскую футболку взглядом, и зацепился на ней, как тонущий на спасательном круге. Разговор прервался, а я так и остался в полной тишине сидеть неподвижно.

Я держался из последних сил, соблазнял её разными способами, и вместо того чтобы заняться со мной любовью, она сделала это с кем-то другим. Она предала меня. Растоптала в очередной раз.

Я перезвонил ей, трубку снова взяла её мама.

— Да, Реен.

— Связь оборвалась, — говорю я.

— А насчёт засосов, я обещаю, что больше такого не повторится. Только не говорите Касси об этом разговоре, а то я дурак совсем не понял, почему она уехала, я больше так не буду, — лепечу по-детски.

— Ну я, конечно, не скажу, но мне тоже это не нравится. Ты должен извиниться.

— Я так и сделаю, пусть пройдут синяки, и я позову её на ужин, — оправдываюсь, понимая, что раньше этого момента Касси не появится. Её мама даже не подумала о ком-то третьем, кто поставил эти засосы.

Вместо сексуального желания пришла злость, вместо прорастающей во мне любви появилась ненависть.

Вечером заявилась Элис, на которую я рявкнул так, что она собрала вещи и сбежала.

Я ещё отыграюсь.