Целовать его ботинки

Иак Алатея

"Возьми его в рот! Засоси!"

"О, Реен! Господи, как хорошо!"

Чужие губы издевались над клитором, лаская его вдоль и поперек. Он с усилием надавливал, выжимая из меня глухие стоны. Щипал пальцами, оттягивал его. В это время внутри вибрировала игрушка. Всё в совокупности давало неплохой эффект, от которого я выгнулась и испытала оргазм во второй раз.

"Какая редкостная скотина", — подумала я, расплываясь в улыбке.

Почему я не толстокожая слониха?

Почему у меня нет иголок, как у ёжика, чтобы всадить ему прямо в язык.

—

Неужели ты снова смогла получить удовольствие со мной? — улыбается этот гад, берется за клитор зубами и оттягивает его вверх. Чувствительность снова возвращается волнами. Будто кто-то по чуть-чуть прибавляет её вручную.

Реен не унимается, не уходит и, черт побери, совсем не плошает.

Начинается новая гонка за удовольствием.

"Возьми же его в рот целиком!"

"Языком!"

"Да! Да! Да! Сукин ты сын!"

"Ещё! Ещё чуть-чуть!" — мычу ему и дергаюсь от оргазма уже сильнее. Сразу ощущаются браслеты на ногах, которые впиваются в кожу. Я закрыла глаза, наслаждаясь дрожью в теле. Только вибрирующая штучка отвлекала.

"Туда бы член. Твердый, большой, грубый. Который меня..." — подумала я и распахнула глаза. Нет! Так дело не пойдет. Ещё немного, и я правда буду его умолять, а этот самодовольный кретин поверит в своё превосходство. Я не проиграю.

Глава 18

Я выставила голову вперёд и привлекла внимание.

— Мешает кляп? — спрашивает наглец. Я киваю.

Реен нависает сверху и гладит меня по щеке большим пальцем.

— А мне так нравится, когда ты мычишь, такая милая сразу, — признается с дурацкой улыбкой. Целует мой подбородок, а я дёргаюсь от игрушки у меня внутри. Его, кажется, это заводит. Мужские пальцы освобождают меня от кляпа.

— А-а-ах! — новый стон от игрушки.

— Какая ты чувствительная теперь, — проводит пятернёй по моей груди и сжимает. Держусь, чтобы снова не застонать. Целует мою шею.

— Расслабься, малышка, ты уже проиграла, — шепчет мне на ухо.

— Нет! — рычу я. Стон срывается с губ от вибрации.

Реен поднимается с кровати, открывает коробочку с другой игрушкой, уже по форме члена, но с загнутым хвостиком. Это что, в обе дырочки сразу? Нажимает кнопку на небольшом пультике, и штука начинает вибрировать и ходить ходуном.

— Даже не думай пихать это в меня! Не смей! — кричу, но хозяин дома меня игнорирует. Греет руками штуковину, пока я пытаюсь свести ноги. Бесполезно.

На место небольшой резиновой дряни укладывают другую, побольше, не забывая обильно смазать предмет. Второй скользкий кончик упирается мне в попку.

— Я тебя прикончу! — рычу на него.

— Ты такая сексуальная, когда злишься.

— Я твой дом спалю и тебя вместе с ним!

Включает вибрацию, начиная пытку. Двигаю бёдрами, пытаюсь бороться, но ничего не выходит. Реен держит игрушку так, чтобы она ни в коем случае из меня не выскользнула, он слишком переборщил со смазкой.

— А-ах!

Наваливается сверху

и ждёт, пока я снова заведусь.

Меня пробивает до кончиков пальцев, живот сводит, соски стоят, а из горла рвутся стоны. Он издевательски показывает мне пульт с кнопками и нажимает одну из них.

Механизм работает как часы, затрахивая меня. Я выгибаюсь на постели, приподнимая и Реена тоже.

— Убери её оттуда! — требуя я. — А-а-ах, Реен! Реен, пожалуйста!

Второй конец упирается мне прямо в попку, немного давя на мышцы. Я кончаю в очередной раз, выгибаюсь на постели и чувствую, как этот самый второй кончик проник в попку.

— Реен! Моя попка! Реен! — начинаю паниковать, а он вытаскивает из мой узкой дырочки этот второй хвостик.

— Спасибо, — говорю ему.

В следующий раз содрогаюсь от вагинального оргазма и пропускаю в попку этот чертов хвостик. Пытаюсь крутить бёдрами, чтобы избавиться от него, но мужские пальцы прижимаются к клитору и ласкают его. Я уже не контролирую ничего, ни стоны, ни мышцы, ни своё тело.

— Реен, — содрогаюсь от удовольствия. Только голос уже другой. Ласковый, податливый.

Пытаюсь отдышаться, а мужчина убирает игрушку, водит членом по мокрой киске.

— Не надо, — говорю уже без сил и уверенности. Тело пропускает его внутрь, а я сжимаю кончики пальцев на ногах. Очень нежные движения, плавные, неглубокие.

— Реен, — зову его.

— Да, малышка, — нависает сверху.

— Поцелуй меня, — прошу и тянусь к нему.

Наши губы сливаются, а я совершенно теряю голову. Он сломал железную броню, пробрался под кожу.

— Поцелуй меня, — шепчу ему, как только он пытается отстраниться, чтобы набрать воздуха. Мне дышать незачем. Я как будто застыла в постоянном желании. Застряла в точке удовольствия. Мне хорошо. Так хорошо, что аж хочется облизать его щеку, что я и сделала.

Провела языком, как кошка, по скуле, затем по подбородку. Поцеловала в губы и снова облизала.

Реен отстранился и слез с меня.

— Реен, пожалуйста, не уходи! — прошу его.

Но хозяин дома, взяв ключ, отстёгивает меня. Руки и ноги больше ничего не сковывает. Я свободна. На миг приходит озарение. Нужно попытаться выйти отсюда.

Реен возвращается обратно, нависая надо мной, целует груди по очереди.

— Хочешь продолжить? — выжидающе смотрит.

— Ну же, Касси, признайся, что хочешь меня, — давит Реен. — Признайся мне.

— Хочу, — отвечаю тихо, словно лёгкий ветер.

— Теперь ты будешь со мной, как и со всеми... Поставишь в очередь, — отворачиваюсь от него, а слезы рвутся наружу от обиды. Я буду одной из.

— Касси, посмотри на меня, — требует мужчина.

Я отрицательно мотаю головой.

— Касси, ты не будешь стоять в очереди, и я не буду больше ни с кем спать или трахать их в этой комнате, если ты признаешься...

— Нет, Реен, тебя не исправить... — всхлипываю.

— Хорошо, Касси, раз меня не исправить, продолжу старыми методами.