Цель мафии
Шрифт:
— Ты нанял другого?
— Cosa?(Что?)
— Другого, после меня. Для Джулио, — я не хотел говорить это по телефону.
— Нет.
— Точно? — я уставился в окно, ничего не видя.
— Ты сомневаешься в моих словах?
— Конечно, нет.
— Вот и умница. Кстати, я слышал, что ты неплохо устроился в Сидерно. Встреча с родственниками прошла хорошо?
На заднем плане я услышал, как Вито хмыкнул. Чертов мафиози.
Я повесил трубку.
Спустя несколько минут, Саша сказала:
— Я только что получила ответ. Смотри!
На ее
Дон Бускетта, отец Нино Бускетты.
Я ударил по стене позади себя. Вот же старый stronzо (ублюдок). Значит, Бускетта узнал, что Джулио убил Нино в Палермо. Затем вспомнил, что Джулио единственный, кто снял маску в ту ночь. У Нино были камеры в спальне?
Cazzo. Почему я не проверил? Конечно, у этого любителя кокаина были камеры, он поди пересматривал видео, как трахает свою любовницу.
Я должен был позаботиться об этом. Джулио ненавидел меня, но я не позволю дону Бускетте убить его. Джулио заслуживал спокойной жизни без бомб и снайперов. Пусть даже я умру, но я дам ему эту жизнь. Это самое малое, что я мог сделать.
— Ты знаешь, кто это? — Саша откинулась назад, глядя мне в лицо.
— Забронируй мне билет на первый рейс в Палермо, — кивнул я.
Джулио
— Джулио, ты меня слышал?
— Хм? — я вернул свое внимание к тому, где находился — на пассажирском сиденье внедорожника Бенито. Я плохо спал и мало ел. Три недели. Казалось, что это долбанная вечность. Единственное, что помогало мне оставаться в здравом уме — это подготовка к Малаге.
— Я спросил, ты согласен, чтобы я поехал с тобой в Испанию?
Я подкурил сигарету и затянулся. Темные улицы Сидерно проносились мимо, пока мы ехали через город на нашу встречу, и я расслабился от никотина.
— Конечно. Фаусто сказал, что я могу выбирать. Ты уверен, что хочешь поехать?
Когда я выпустил дым в окно, Бенито наклонился, чтобы взъерошить мои волосы.
— И пропустить все веселье? Ma dai! (Да ладно?!)
Я оттолкнул его и сказал, чтобы он отвалил. Бенито рассмеялся, но я услышал серьезное беспокойство, когда он спросил:
— Ты точно в порядке? Ты неразговорчив.
— Я в порядке, — в последнее время говорю это так часто, что мне стоит сделать это своей новой татуировкой.
Когда докурил сигарету, тут же зажег другую. Жужжание отвлекло меня от беспорядка в голове. Я был измотан и зол. Единственным человеком в хорошем настроении в эти дни был мой отец. Ему нравилось, что я дома. Фрэнки настороженно наблюдала за мной, а Зия постоянно оставляла мне церковные расписания. Хуже того, я ни с кем не мог поговорить об этом. Кроме моих близких родственников, никто не знал истинной причины ухода Алессио.
Никто не знал, что он предал меня.
Чтобы избавиться от горечи во рту, я сделал еще одну затяжку. Преданность была для меня всем, это понятие прививалось мне с
— Итак, Испания. Расскажи мне о ней, — Бенито повернул за острый угол.
—— Хорошая еда, хорошее вино. Пляжи, madonna. Тебе понравятся местные женщины, — в Малаге было столько всего интересного. Она напомнила мне Сидерно на самом деле.
— Хорошо, потому что я уже перетрахал всех самых красивых калабрийских женщин. Мне нужна новая киска, кузен.
— Это единственная причина, по которой ты хочешь поехать со мной?
— Конечно, нет, — он толкнул меня в плечо. — Я скучаю по тебе, idiota.
— Я думаю, ты должен стать моим консильери, — с тех пор как я узнал, что Бенито поедет в Испанию, у меня зародилась идея.
— Ты серьезно? — он повернул голову в мою сторону.
— Кому еще я могу доверять больше, чем тебе? — хотя он был на несколько лет старше, мы с Бенито выросли вместе. Мы были семьей.
— Это будет честью для меня.
— Спасибо, — я положил руку ему на плечо. — Из тебя получится неплохой советник, Бенито.
— Так мне, что? Называть тебя теперь Дон Раваццани? — Бенито приподнял брови.
— Нет, черт возьми, — это звание было моего отца до самой смерти. — Так же как и раньше.
— Не волнуйся, я придумаю, как тебя называть.
Это была ужасная перспектива. Мы оба замолчали, когда он подъехал к черному входу склада. Он выглядел пустым, заброшенным, но это было неудивительно. Турецкие партнеры были параноиками, и мы собирались приобрести много нелегального оружия. За последние две недели я собрал запас оружия достаточно большой, чтобы начать войну в Малаге.
Мой мобильный зазвонил как раз в тот момент, когда Бенито заглушил двигатель. Мне не хотелось отвечать на звонок сейчас, но это мог быть контакт, с которым мы здесь встречались. Я взглянул на телефон.
Фаусто. И он тоже прислал сообщение с текстом:
«Позвони мне прямо сейчас, черт возьми».
— Алло, — вздохнув, я ответил.
— У нас проблема.
— Это может подождать? — ответил я.
Глаза Бенито стали огромными. Никто не просил Фаусто ждать.
— Нет, это ни хрена не может подождать, — сказал мой отец. — Возвращайся домой, чтобы мы могли это обсудить.
Фаусто не любил использовать телефон для разговоров по делам Ндрангеты, так что это означало, что речь идет о чем-то, связанном с незаконной деятельностью.
— Я сейчас занят. Как только закончу здесь, вернусь.
— Сейчас же, figlio. Там, где ты находишься, может быть небезопасно.
Ах. Я осмотрелся. Было тихо.
— Я тебе перезвоню, — сказал и повесил трубку. Фаусто это не понравилось бы, но, если дело вот-вот превратится в дерьмо, мне нужно держаться начеку и обратить все свое внимание на окружающую обстановку. — Оружие, — сказал я Бенито, открывая бардачок. — Будь готов.