Casual
Шрифт:
В кабинете меня ждал брат моего водителя.
— Мне очень жаль, что все так случилось, — первым делом сказала я.
Села за стол. Достала из сумки бумаги. И вдруг жалобно попросила:
— Давайте его посадим!
Он замотал головой и посмотрел на меня как на сумасшедшую.
Я перегнулась к нему через стол.
— Я найму вам охрану. Вооруженную. Круглосуточную. С вами ничего не случится.
Он недоверчиво посмотрел на меня. В его глазах был страх.
— Я гарантирую! — сказала я с нажимом.
— Нет уж, —
— Он ведь чуть не убил вашего брата! — попробовала я вызвать у него мстительность.
Но они считали, что во всем виноват Серж.
— Это опасно, в конце концов, — решила я припугнуть, — он останется на свободе, но все время будет думать, что его свобода зависит от вас. Подумайте! Рано или поздно ему это надоест!
Он посмотрел на меня с ненавистью.
Я достала из сумки свой последний аргумент. Десять тысяч долларов с банковской ленточкой.
— Я заплачу. Я покрою ваши моральные издержки. Вы купите себе новую машину. И поедете отдыхать в Турцию. — Я не выпускала деньги из рук. Он не сводил с них глаз.
Я знала, что реальные банковские пачки действуют на людей сильнее, чем виртуальные цифры.
Он затравленно молчал.
— У вас будет охрана. Вам нечего будет бояться, — дожимала я.
— Мне надо посоветоваться с братом, — произнес он.
Я протянула ему деньги.
— Возьмите.
Он замялся.
— Берите, берите, — настаивала я. — Если что, вернете обратно.
Он аккуратно взял деньги. Не убирая, держал в руке.
— Вы где работаете? — вдруг спросила я.
— На мебельном комбинате. Шкафы собираем.
— Может быть, захотите сменить профессию, — мне кажется, мы бы с вами сработались! — весело обнадежила я.
Лучше бы я этого не предлагала. Он чуть не выпустил деньги из рук.
— А не захотите, — поспешила я его успокоить, — посадим этого подонка и разойдемся, как в море корабли. — Я вспомнила Ванечку. Все поговорки ассоциировались у меня с ним. — Только на Новый год будем созваниваться и поздравлять друг друга.
Уж дружить-то со мной ему наверняка лестно. Он убрал деньги в карман.
— Передайте привет всем вашим, — мягко попросила я, — завтра в девять утра вам привезут охрану. Директор ЧОПа скажет, что от меня.
Я лучезарно улыбалась.
Он мялся в дверях.
— Вы мне квитанции собираете? — вспомнила я.
— Да, собираем. — Он кивнул.
— Ничего не теряйте, — сказала я строго, — лекарства сейчас такие дорогие.
Он вышел.
Я подошла к окну. Крупные хлопья снега выглядели как декорация к рождественской сказке. Серый волк не должен ходить по лесу и жрать все, что ему заблагорассудится. У каждой бабушки должна быть своя Красная Шапочка.
Я позвонила директору ЧОПа, с которым работал Серж.
— Сколько будут стоить два вооруженных человека на целые сутки?
— У тебя проблемы? — деловито спросил он.
— Нет,
— Понял. У меня сейчас людей нет… Но я бы сам встал, раз такое дело… Ладно, пришлю тебе. Сутки через двое или через трое?
— Давай через двое. Чтоб они денег больше получили и заинтересованность была.
— Да мои ребята! Все с войны! Думаешь, надолго это?
— Пока его не возьмут. Если он не в бегах, то, может, несколько дней…
Мы договорились. Сто двадцать долларов в сутки.
Я поехала домой переодеваться. Мы с девочками шли ужинать в «Vogue-кафе».
— Вы уехали? — спросил Сергей по телефону, когда я была уже в машине.
— Да.
— Я же не сказал вторую плохую…
— Давай в понедельник? — попросила я. — Никто же не умрет?
— Нет, — рассмеялся он, как будто я пошутила, — но все же…
Я повесила трубку.
19
— Сделаешь массаж? — попросила я Галю, войдя в дом и оглядевшись в поисках филиппинки.
Никаких видимых следов ее присутствия я не обнаружила.
— Она где-то здесь, — успокоила меня Галя.
В гостиной было чисто, и даже фотографии на гнутой консоли черного дерева расставлены в том порядке, в каком это делала обычно я.
«Наверное, она не вытирала под ними пыль», — решила я и провела пальцем по гладкой поверхности. Пыли не было.
Надо же, как может такая ерунда улучшить настроение.
Мы обсудили с Галей достоинства и недостатки филиппинской кухни и поднялись ко мне в ванную. Там уже были зажжены свечи, и на массажном столе разложено полотенце.
Я удивленно остановилась в дверях.
— Массаж — на всех языках массаж, — засмеялась Галя.
Я позавидовала иностранкам. Каждая из них может иметь такую филиппинку.
Во время массажа я почти заснула. Мне представился белый дом с белой мебелью и белыми коврами. В открытые окна и двери врывался шум морского прибоя. Я бродила по комнатам в развевающемся платье и не успевала подумать о чем-нибудь, как невидимая прислуга тут же предоставляла мне это. Мне было скучно, и я лелеяла эту скуку и наслаждалась уверенностью в том, что так же будет и завтра, и послезавтра, и всегда.
— Ты уже выехала? — прокричала Катя в трубку.
— Нет, одеваюсь.
Я взяла с полки первые попавшиеся джинсы.
Если кто-то хочет оказаться в модном месте, ему просто надо идти в последний ресторан, который открыл Аркадий Новиков.
Ступени в «Vogue-кафе» не подогревали — совершенно как в Катином доме. Спасибо молодому человеку, который поддержал меня и не дал упасть. Ему было лет двадцать. Я хотела улыбнуться ему в знак благодарности, но не знала, какая это должна быть улыбка. Материнская — с высоты моих лет или кокетливая — он был очень симпатичный? В итоге я не улыбнулась никак и, расстроенная этим, сделала надменное лицо и вошла в ресторан.