Бросок за мечтой
Шрифт:
***
Она шагнула навстречу, приветливо улыбаясь - так, по крайней мере, решил для себя Римм, потому что применять эпитет "хищная улыбка" к первому встречному счёл невежливым.
– Кого мне встретить довелось, могу ли я узнать, зачем под землю лезть пришлось и как вас величать? Что до меня, то часто я брожу одна в тени... Вы представитесь, наконец, или мне звать вас Девочка и Мальчик?
Переход от плавных стихов к насмешливому вопросу произошёл так, словно подобная манера речи была для незнакомки вполне естественной. Римм поёжился - высокая бледнокожая девушка в
Ли пришла в себя первой.
– Я - Эон Ли, третий круг Университета Наук. Мы тут, к сожалению, заблудились. А вы...
– Заблудились? Случайно? Или же любопытство привело вас под землю, в заброшенные тоннели, полные призраками минувших столетий? Или по воле коварного тирана направили сюда стопы двое отроков? А может, вас манило древнее сокровище, укрытое в бессолнечных, опасных глубинах?
Эон Ли растерянно замолчала. Римм, стоя чуть позади, лихорадочно думал, что можно ответить на такую постановку вопроса, но "демон" сам разрешил их трудности.
– Задача Богом мне дана: идущих испытать и сильных - к свету выводить, а слабых - пожирать. Но есть я вас не буду, не бойтесь. Только скажите мне одну вещь...
– Какую?
Вопрос вырвался у обоих одновременно, и Кинан задумчиво перевела взгляд с одного лица на другое.
– Нет ли у вас, случайно, с собой мороженого? Я его очень люблю, а демонов почти никто никогда не кормит...
– Вас не кормят?!
– Да.
Горе Кинан было совершенно искренним, она даже опустила голову, позволив чёрным волосам упасть на лицо.
– Есть, правда, один негодяй... Настоящий Тёмный Владыка, лицемер и тиран. Раз в столетие он позволяет мне вкусить божественного мороженого с клубничным сиропом. Представляете? Раз в столетие!
Она запнулась, но тут же опомнилась, снова изменившись: несчастная девушка уступила место кому-то деловому и энергичному.
– Итак! Хотите на поверхность, где свет и дождь? И пыли нет, и этой вот трухи?
– тут Кинан пнула ближайший стол.
– А что это за место, вы не знаете?
– Конечно, знаю! Только не скажу. Так что же, наверх идём, или оставить мне вас тут, блуждать во мраке?
Спорить и задавать вопросы не хотелось даже упрямой Эон Ли, поэтому она просто кивнула, принимая щедрое предложение.
– Хорошо. Взамен же попрошу вас об услуге - потом, не сразу. Согласны на такое, скитальцы?
– Услуге?..
– Да. Должны вы знать - получаешь, лишь отдавая взамен иное. Всегда лишь так, и никогда - иначе.
На этом терпение Ли закончилось.
– Что за абсурд! Римм, хватит слушать сумасшедшую! Услуги, условия, секреты и тайны! Перестань болтать о какой-то мистической ерунде! Хочешь помочь - помогай, нет - иди куда угодно, только избавь нас от этой чепухи про демонов и всё остальное!
– Абсурд?! Мои слова абсурдом ты назвала, не зная истины!
Эон Ли, возбуждённая не на шутку, не замечала того, что отчётливо видел Римм: в глазах Кинан танцевали искорки
– Слушай. Ты правда такая психованная, или прикидываешься? Человек пользуется всеми доступными благами по праву рождения. Мы же не отдаём ничего взамен нашей жизни - так о чём ты тут говоришь? С какой стати я, он, да вообще все вокруг должны что-то отдавать за ветер, воду, пищу, морфов? Кто нам мешает вызвать пару платформ или аварийную службу? Мы просто решили найти выход сами, но это не даёт тебе права...
– Наивная. Вы платите, не ведая цены. Цена же - велика... для вас самих. А впрочем - ладно. Я отведу вас так - не требуя награды, сейчас иль в будущем. Но помните мои слова - ты тоже, юноша, решивший промолчать.
Она насмешливо улыбнулась Римму, сощурив тёмные глаза, и тут же отвернулась, оставив его в недоумении. Казалось, в одно короткое мгновение взгляд Кинан поведал целую историю, поведал не самому Римму, а кому-то иному внутри него. Знать бы только, на каком языке.
– Идёмте же, о пленники прогресса!
Только сейчас Римм заметил ещё одну странность, ускользавшую ранее: над головой Кинан не было ни одного светляка. Она шла тёмным тоннелем, не испытывая нужды в освещении.
***
Для двухсот советников зал был слишком велик. Вознёсшийся на пятьсот метров купол вмещал десятки тысяч людей, но массовые стечения народа остались в прошлом, и теперь Зал собраний обретал подобие жизни лишь на время редких заседаний Гражданского совета, собиравших по нескольку сотен зрителей.
Сегодня не было и того: на высоких трибунах едва насчитывалось три десятка праздных зевак, а сгруппированные в своём секторе представители гражданской администрации выглядели одиноко и потерянно на фоне грандиозных уступов амфитеатра и расчертивших небо арок самого купола, затянутых фоточувствительным стеклопластиком.
– Товарищи!
Раскатистый голос вознёсся над шеренгами пустых кресел.
– Заседание Гражданского совета Ауры объявляю открытым.
Оратор умолк, и в воздухе позади него, протянувшись на сотню метров, возникло знамя - две стилизованные руки на белом фоне, возносящие ввысь синюю семиконечную звезду. Вслед за знаменем, словно из ниоткуда, родились первые звуки гимна: нарастая, подобно шквальному ветру, они грянули голосом тревоги, борьбы, величия, обратились в шторм, бешенство которого всё сильнее и чётче прорезал стальной, ритмичный мотив, он укрощал безумство стихии, и вот уже грозный марш, лязгая металлом, заполнил собой всё пространство под куполом. Прошла минута - и марш, словно успокоившись, зазвучал тише, поступь миллионов солдат сменилась картинами мирной жизни, выраженными в гармоничной мелодике, но и эта тема, в свою очередь, замедлилась, потекла ручьём, зашумела травой, зазвенела каплями дождя, постепенно сходя на нет, до уровня вселенской пустоты и безмолвия - чтобы в самом конце смениться неудержимым, пронзительным звучанием взлёта, вознесения к пределам познания, грянуть величием человеческого духа - и замолчать.