Брат Волк
Шрифт:
Фин-Кединн помешал костер, и целый сноп искр взвился к небесам. Торак смотрел, как искры летят сквозь дрожащее над костром жаркое марево.
– Существует только одно правило, – сказал Фин-Кединн, словно прочитав его мысли. – Нельзя пользоваться огнем. Тебе понятно? – Его голубые глаза вновь приковали к себе взгляд Торака.
Торак растерянно кивнул. Не пользоваться огнем? Да об этом он думал меньше всего! За спиной Фин-Кединна он видел Хорда, которому привязывали наручи на правую руку. Хорд скинул куртку и выглядел теперь огромным и пугающе сильным. Торак решил куртку не снимать:
Он снял с пояса все привязанные к нему предметы и сложил их кучкой на землю. Потом быстро сплел из травы полоску и повязал ее поперек лба, чтоб волосы не лезли в глаза. От волнения руки у него вспотели, стали скользкими, и он, нагнувшись, вытер их о землю.
Кто-то вдруг тронул его за плечо, и он от неожиданности даже подпрыгнул.
Оказалось, что это Ренн. Она протянула ему берестяной туесок, полный воды.
Торак с благодарностью принял туесок и вволю напился. И очень удивился, поняв, что в туеске не вода, а сок бузины, терпкий и бодрящий.
Ренн указала ему на бадью, стоявшую у костра.
– Там вода, если еще пить захочешь. Он отдал ей туесок и признался:
– Не думаю, чтобы я успел захотеть пить. Она пожала плечами:
– Кто знает?
Вокруг воцарилась тишина. Зрители встали кружком по краю поляны, а середину ее, ближе к костру, заняли Торак и Хорд.
«Значит, никаких особых правил соблюдать не нужно, – подумал Торак. – Что ж, начнем!»
Противники осторожно кружили по поляне.
Несмотря на крупное телосложение, Хорд двигался с легкостью и изяществом рыси, чуть подогнув колени, то и дело перекладывая пальцы с рукояти ножа на древко копья. Лицо его было напряжено, но на губах играла легкая улыбка. Ему явно очень нравилось быть в центре всеобщего внимания.
А Торак этого не любил. Сердце у него в груди бешено стучало, словно хотело выпрыгнуть наружу. Он едва слышал крики людей, подбадривавших Хорда; голоса звучали приглушенно, словно он находился под водой.
Хорд метнул копье, целясь противнику в сердце, и Торак едва успел присесть, почувствовав, как копье слегка царапнуло ему висок. «А Хорд куда проворнее, чем казался», – подумал он и попытался применить тот же маневр, надеясь, что это не будет выглядеть, как подражание.
– Подражая противнику, далеко не уйдешь! – тут же крикнула Ренн.
Кровь так и бросилась Тораку в лицо.
Теперь они с Хордом двигались быстрее. В некоторых местах земля была скользкой от крови убитого кабана. Торак поскользнулся и чуть не упал.
Он понимал, что ему нечего и надеяться выиграть за счет собственной силы. Придется применить всю свою смекалку. Беда в том, что он знал всего два хитрых приема, какими можно воспользоваться в таком поединке, да и поупражняться в них ему довелось все раза два-три.
Он отважно метнул копье, метя Хорду прямо в горло, но тот, конечно же, успел отразить удар с помощью наручей. Торак поспешил было нанести ему удар копьем снизу, в живот, но и этот удар Хорд парировал с пугающей легкостью, и копье Торака опять лишь скользнуло по наручам противника.
«Ну ладно, этот прием ему известен», – с тревогой думал Торак. Впрочем, каждое
– Давай, Хорд! – крикнул кто-то из мужчин. – Пора ему кровь пустить!
– Еще не время! – откликнулся Хорд, презрительно кривя губы.
Толпа взорвалась смехом.
Торак попытался применить второй известный ему трюк. Изображая полного неумеху – что было совсем нетрудно, – он отчаянно бросился вперед, соблазняя Хорда видом своей незащищенной груди. Уловка удалась, и Хорд замахнулся копьем, но Торак тут же прикрыл грудь наручью, и наконечник копья увяз в толстых шкурах. Удар был так силен, что Торак едва устоял на ногах, и все же ему удалось воплотить задуманное: резко повернув вверх руку, прикрытую наручами, он переломил копье Хорда, и тот отступил назад.
Торак был потрясен. Он никак не ожидал, что это у него получится.
Его противник, впрочем, быстро пришел в себя и, бросившись вперед, вонзил ему нож в руку, сжимавшую копье. Торак вскрикнул, когда кремневое острие пропороло мышцу между большим и указательным пальцами, пошатнулся и выронил копье. Хорд снова бросился на него, но Торак успел упасть на землю, быстро перекатиться в сторону, уходя от очередного удара, и вскочить.
Теперь они оба лишились копий и взялись за ножи.
Чтобы перевести дыхание, Торак присел за костром на корточки. Грудь его тяжело вздымалась. Рука, которую поранил медведь, весьма некстати разболелась. Пот ручьями тек по лицу, и Торак горько жалел, что не последовал примеру Хорда и не снял куртку.
– Поторопись, Хорд! – крикнула какая-то женщина. – Прикончи его!
– Давай, давай, Хорд! – раздался и мужской голос. – Неужели это все, чему ты научился на юге?
Впрочем, теперь уже далеко не все в толпе были на стороне Хорда. Кое-кто даже подбадривал Торака, хотя, как он догадывался, это была не столько искренняя поддержка, сколько приятное удивление, вызванное тем, что он продержался так долго. Но он-то понимал, что силы его на исходе, да и особых приемов у него в запасе не осталось. Хорд явно становился хозяином положения.
«Прости, Волк, – беззвучно обратился он к волчонку. – Не думаю, что мы сумеем из этого выпутаться».
Краем глаза он видел мордочку Волка, торчавшую из мешка; волчонок извивался и выл, выпуская в воздух облачка пара и словно спрашивая: «Что происходит? Почему ты не подойдешь и не снимешь меня с этой ветки?»
Торак отпрыгнул в сторону, чтобы лезвие ножа не полоснуло его по горлу. «Сосредоточься, – сказал он себе. – Забудь пока обо всем».
И все же… мысли о Волке не давали ему покоя: волчонок явно что-то подсказывал ему, но что?
Он снова быстро глянул на Волка, повизгивавшего в мешке, на облачка пара, вырывавшиеся у него из пасти…
«Огнем пользоваться нельзя», – сказал ему Фин-Кединн.
И вдруг Торак почувствовал, что точно знает, как ему следует поступить. Делая ложные выпады и уворачиваясь от ударов противника, он постепенно отошел от центра поляны, стараясь, чтобы костер постоянно был между ним и Хордом.
– Прячешься? – поддразнил его Хорд.
Торак мотнул головой в сторону берестяной бадьи с водой.