Браслет императрицы
Шрифт:
Я отстранилась от него, ничего не понимая, и воскликнула:
– Оставьте меня в покое, или я позову полицейского!
– Никого вы не позовете! Отдайте мне Кольцо Змея, если не хотите отправиться следом за месье Полем!
Я вскрикнула и бросилась бежать. Он меня не преследовал – должно быть, понимал, что отравил меня самым сильным, самым коварным ядом – ядом страха.
Вернувшись домой, я не находила
В конце концов я пришла к единственному и очевидному выводу: нужно избавиться от проклятого браслета, избавиться, пока не поздно.
Приняв это решение, я достала браслет из тайника и отправилась в лавку антиквара месье Дюранталя на улице Пасси. Мы с Полем часто проходили мимо этой лавки, и иногда Поль вежливо раскланивался с ее владельцем.
Правда, когда я вышла из дома, со мной случилось что-то непонятное.
Ноги мои налились свинцом, каждый шаг давался мне с трудом. Мне отчего-то удивительно не хотелось идти к антиквару, как будто я совершала непоправимую ошибку…
Кое-как я добрела до лавки, вошла в нее.
Дверной колокольчик звякнул.
Я почувствовала ни с чем не сравнимый запах антикварной лавки – запах времени, запах минувшего.
Навстречу мне из-за шкафа с мейсенским и севрским фарфором показался антиквар – сгорбленный старик с круглой плешью и козлиной бородкой.
– Приветствую вас, мадемуазель! – проговорил он скрипучим голосом. – Вы мне что-то принесли или хотите что-нибудь купить?
– Да, я вам принесла… принесла одну вещь. – Я достала из кармана браслет, протянула ему.
Это было невероятно тяжело, мне казалось, что браслет весит несколько пудов. Сам воздух лавки уплотнился и сопротивлялся каждому моему движению.
– Позвольте-ка… – Старик взял у меня браслет, подошел к прилавку, положил браслет на него и принялся разглядывать через старинную лупу в позеленевшей от времени медной оправе.
Я неожиданно почувствовала тоску и опустошенность – как будто лишилась части себя.
– Интересная вещь, – проговорил наконец антиквар. – Очень интересная. Я могу вам заплатить за нее, скажем, пятьдесят франков.
Наверняка это была грабительская цена, но мне было все равно, сколько он заплатит.
Я равнодушно взяла деньги, вышла из лавки.
Я ощущала опустошенность – но вместе с тем и облегчение: слава богу, я избавилась от браслета, избавилась от нависшего над ним проклятия… Поля не вернешь, но сама я смогу жить дальше…
Вдруг я услышала за спиной торопливые,
Обернувшись, я увидела месье Дюранталя, который спешил за мной, опираясь на палку с серебряной рукоятью.
– Постойте, мадемуазель! – воскликнул антиквар, преодолевая одышку. – Постойте, мне трудно идти так быстро.
– Что случилось? – проговорила я, остановившись.
– Возьмите обратно свой браслет! – Старик протянул мне предмет, завернутый в коричневую бумагу. – Я не могу оставить его у себя. Ни в коем случае не могу!
– Но почему? – спросила я, пряча руки за спину. – Ведь вы его уже купили!..
– Я не разглядел его сразу. Это слишком опасная вещь, мадемуазель, от нее пахнет кровью, большой кровью. Конечно, я уже стар, мадемуазель, мне осталось жить совсем недолго – но тем дороже для меня это оставшееся время…
Я не хотела брать браслет – но руки уже сами потянулись за ним, схватили его и спрятали за пазуху.
Антиквар облегченно вздохнул, повернулся и заковылял прочь, постукивая своей палкой. Даже его сгорбленная спина выражала облегчение.
Только когда он скрылся за дверью своей лавки, я осознала, что он не взял обратно свои деньги.
Для старого антиквара поступок совершенно немыслимый.
Я припустила за ним, но когда подошла к лавке, увидела, что на двери висит табличка “Закрыто”. Подергала ручку – но дверь и правда была заперта. Я постучала – но на мой стук никто не отозвался, хотя за дверью мелькнула какая-то тень…»
– Надя, а мы чай будем пить? – Муж топтался на пороге кухни и глядел робко.
Надежда хотела рявкнуть, чтобы сам себе наливал, а она на ночь есть ничего не будет, и так вон лишний вес, но поглядела на мужа и усовестилась. Он так много работает, чтобы обеспечить семью, а ведь уже не молод, на пять лет старше ее…
– Я сейчас заварю, только не крепкий, а то на ночь вредно… – засуетилась она, – но коту ничего не дам, и не проси! Он наказан.
«Нужен мне ваш чай!» – фыркнул Бейсик.
Надежда проснулась среди ночи. Было жарко, и сердце колотилось. Она посидела немного, соображая, что же ее так испугало.
Ага, она видела сон. Как будто сотни рядов терракотовых воинов из Китая, вся армия древнего императора Шихуанди, которую он повелел оставить поблизости от своего мавзолея, стройными рядами марширует по улицам Парижа.
Надежда никогда не была в китайском городе Сиане, а малую часть терракотовых воинов видела в Москве, на выставке. В Париже она была и узнала во сне площадь Согласия, и Елисейские поля, и сад Тюильри, и Эйфелеву башню. Терракотовое воинство шло с глухим грозным топотом, и Надежда проснулась.