Блуждающие волны
Шрифт:
– Нет, не стоит - ответила она.
– Элен, если не ошибаюсь?
– обратился к ней Энди.
– Да.
– Ответила она беззаботным шептанием.
– Я Энди. Рад с вами познакомиться.
– Вы, ведь, один из тех заумных дружков Пита, с которыми он каждую субботу вечером ходит в библиотеку, заучивать его любимую науку?
– сказала она слегка презрительно, но зато так нежно лукаво, что только глаза и смогли её выдать.
Энди в ответ только улыбнулся.
– "Точно, псих какой-то" - подумала Элен, нимфа, парящая в летнем солнце, ангел во
– Нет, я не из ТЕХ дружков.
– Ответил Энди.
– У вас всё ещё впереди - ответила она, уже не с презрением, а с лёгкой иронией.
– Да я и не очень-то хорошо знаком с науками - сказал Энди.
– Но читать люблю.
– А я терпеть не могу - отозвался белоснежный ангел, немного поморщив личико.
– Мы с Питером случайно наткнулись друг на друга на шоссе. Питер про вас рассказывал.
– Неужели?
– ответила она, насмешливо изображая удивление.
– Да, он говорил...
– Что я не люблю пикники на свежем воздухе, я знаю. Ровно, как и дождь. Особенно, когда он рушит мои планы. Какая досада, что я всё предугадала, верно? Да я пророк, черти небесные. Опять эта фраза.
– Какая?
– Черти небесные.
– По-моему, вполне нормальная фраза.
– Это самая дурацкая фраза, какая только может быть - блаженно фыркнула в ответ Элен, и она делала это так изящно, что в ней не было даже и намёка на гнев или любые другие отрицательные чувства. Опять же, если бы не глаза.
– Пит придумал эту фразу, после того, как мы просмотрели один фильм. Там главный герой часто называл свою возлюбленную - "ангел земной". Не знаю, чем Питеру не угодила эта фраза, только он так замучил меня этой фразой и его негодованием по поводу неё. Я не удержалась и сказала ему, что если ему не нравится, пусть говорит наоборот. Ну, вот он и стал говорить наоборот - "черти небесные". Я то имела ввиду другое. Ну, Пит есть Пит, пусть его съедят эти черти небесные. И мама ещё вдобавок стала говорить - "Какой чёрт здесь плюнул?"
– Какой чёрт здесь плюнул, Пит?!
– Вспыхнула полная женщина.
– Я же просила заправлять салат вот этим соусом, а ты чем?!
– Я засуетился, напутал.
– Засуетился он. Напутал. Ха. Все мыть руки.
– Я уже помыла - ответила Элен.
– Я тоже - к ней присоединился Питер.
Энди показали пальцем (и ещё небрежно махнули массивной рукой) в сторону ванной.
Пока он мыл руки, он пристально осматривал себя в зеркале.
Перед ним находились его волосы, его глаза. И он думал, действительно ли он должен находиться здесь и сейчас? Действительно ли это он, а не кто-то другой?
– Папа, а, правда, что я - это я?
– спрашивал как-то маленький Энди у отца.
– Конечно же ты, но...
– Что?
– Ты ещё мал, чтобы понять то, что я говорю.
– Ну, скажи, скажи-и-и.
– Это зависит от того, что ты подразумеваешь под своим вторым "я".
– Я не понимаю.
– Поймёшь.
– На земле...
– загорались глаза Энди.
– ...В моменты, когда ты будешь счастлив. В моменты неудач - наоборот. Важно второе "я", то, что ты видишь в нём. Видишь ли будущее, либо тебя окутывает прошлое. И если видишь, то, какие они в твоём втором "я". Светлое ли это будущее или мрачное? Сладкое или горькое прошлое?
18:38.
– Долго же ты моешь руки - сказал ему Питер.
– Зато тщательно - ответил он с улыбкой.
Один стул был пустым.
Место напротив Элен, этого недовольного ангелочка.
Энди уселся, поймав её взгляд.
Некоторое время они ели молча. Не считая того, что пожилая женщина пару раз наехала на Питера, обвинив его в нерасторопности. Затем они начали спорить.
– Я уже взрослый, мама, не нужно так говорить.
– Обиженно ответил Пит.
– Он как был ребёнком, так им и останется - возразила женщина.
– Весь в отца. Тот был точно таким же. Всю жизнь держался за мою юбку. Пока не помер.
– Зачем ты так говоришь?
– отозвался Пит, парализованный её словами.
– Говорю как есть. Разве не так было?
– Это неуважение к умершему, если плохо отзываться о нём - ответил задетый этим сообщением Пит.
– Да я всю жизнь уважала твоего отца. Я разве плохо говорю? Я говорю это не со зла. Ведь я так тоскую по нему. Как часто мне его не хватает. Он был очень добрым человеком. В трудные времена он всегда подбадривал нас. Кого советом, кого делом. О, боже, сколько он для нас делал - Женщина пустила слёзы, которые так и напрашивались скатиться по её щекам.
Элен сразу же поспешила её ободрить.
– Ну, ну, не плачьте.
– Всё хорошо, дорогая. Всё хорошо.
Прошла минута, затуманенная ореолом молчаливости. Но лишь одна минута. Затем женщина быстро приободрилась.
– Что-то я раскисла немного. Но всё уже прошло.
Её лицо налилось энергией и свежестью в одно мгновение.
– Сейчас будем пить чай - сказала она, увидев, что все почти доели ужин.
Она поднялась со своего места так быстро и нежно. С заботливой улыбкой она смотрела на них, работающих вилками.
– Ммм... мм...
– полная женщина намурлыкивала себе под нос какую-то мелодию и как снежинка кружила на кухне, разливая чай.
И вот тарелки отложили в сторону и подали десерт, летний клубничный джем.
– Это очень вкусно, попробуй - обращался к Энди Питер.
– Ммм, объедение.
– Мог бы и не озвучивать - ответила Элен, посмотрев своими жемчужно-недобрыми глазками.
– А ты... а ты могла бы не встревать.
– Ну, вот ещё.
– Так, дети, не ссориться. Чего, чего, а ссор в нашем доме не будет - Буркнула женщина.
– Как же вы будете жить, когда меня не будет?