Блуждающие волны
Шрифт:
– Так что здесь происходит?
– Решительно повторил человек.
– Дэвид, ты разве не помнишь, как часто мы прогуливались вдоль реки, после занятий? Славное было время, правда?
– Ближе к делу.
– Ведь это мы, ты и я взяли под управление это прекрасное сооружение. В девяносто первом, помнишь?
– Хм...
– Помнишь, как ты разгонял отчаявшуюся толпу?
– Я лишь хотел, чтобы был порядок. Порядок, за которым ты никогда не следил.
– На что мне порядок? А? Ты ведь знаешь, я всегда пренебрегал
– Зато не лысею.
– Сдержанно ответил тот.
– Как? Ответь мне? Как, такой как я, и такой, как ты, смогли стать лучшими друзьями? Ведь это невозможно, правда, Дэвид?
– "Тогда ты был на пути к исцелению. В тебе было стремление к добру, которое, сейчас ты полностью истратил на злые поступки. Даже, если в тебе и есть добро, оно похоронено слишком глубоко".
– Мысленно ответил отец Дженни.
– Я хочу знать, что здесь происходит - обратился он к Мэру.
– Презираешь меня, верно?
– ответил тот - Вижу, что презираешь. Не словами, так своим взглядом. Так, это и есть твоя дочь, которую ты так восхвалял при мне?
– Не трогай мою дочь.
– Это уже мне решать.
– Если ты хоть пальцем её тронешь!..
– разгневанный отец схватил давнишнего друга за пиджак.
– Ха-ха.
– Блеснули зубы последнего.
– То что? Изобьёшь меня? Да?
– Посмотрим.
– Да брось ты. Ты и в школе никогда не дрался. Ты всегда был... неженкой.
– Мэр с нескрываемым отвращением выговорил это слово. Оно было чуждо ему, так же, как и Дженни было чуждо слово - "мерзкий".
– У тебя не хватит сил, чтобы ударить меня. Я знаю, ты боишься. Ты боишься.
– Довольно!
– Дэвид, разъярённо подняв Мэра, подпёр его к стене.
– Единственное, из-за чего я боюсь, так это из-за своей дочки. И ты сейчас же отпустишь её, понял? Я спрашиваю, понял?!
– Понял.
Он опустил Роберта на землю.
– Дженни, как ты?
– спросил отец.
– Всё хорошо, папа.
– Пошли домой. Тебя больше никто не тронет.
Он направился к комнате, зорко следя за двумя здоровяками.
Но тут кто-то дёрнул его за плечо.
– Мы ещё не закончили - ответил Мэр.
– Ты сказал, что отпустишь Дженни?
– Да. Но, разве, я сказал, что держу свои слова? Слова - всего лишь слова.
– Ах, ты...
– Ну же, чего ты ждёшь? Ударь меня. Давай.
– Я не играю в твои игры. Дженни, мы идём домой.
– Как можно повелительней сказал отец.
– Никуда вы не идёте.
– Рявкнул Мэр, он же Роберт.
– Дженни? Ты слышала меня?
– Да, папа.
– Ответила девушка.
– Вот и славно.
– Парни, уведите её к заключённым.
– Скомандовал Мэр.
–
– А ты сначала ударь меня!! Бей же! Бей!- Дразнил Роберт.
– Я не могу ударить лучшего друга, каким бы он не был...
– ответил тот, поникши.
– Я знал. Знал.
– На этот раз спокойно ответил Мэр, он же Роберт.
– Я знал, Дэвид. Я всегда знал, что ты слабак.
С этими словами он достал из куртки револьвер.
– Нет! Нет! Н-е-е-т!
– Закричала Дженни. Внезапно, она вспомнила всё, что произошло. Лео и Энди. Ту дверь. И существо, хранимое ею, так же простонало.
И раздался выстрел...
В тот же день.
Но уже в другом месте.
22: 49.
Дом Уоткинсов.
Энди ощущал себя, лежащим на мягкой кровати. А так же тёплое одеяло, которым кто-то накрыл его, пока он спал.
Он ощутил чьё-то лёгкое дыхание рядом. Самое настоящее дыхание ангела, причём, ангела с далеко непростым характером.
Глазами, ещё не очнувшимися ото сна, он видел лишь расплывчатый силуэт человека, стоящего напротив.
Наконец, его тело, до этого момента не совсем пробудившееся, почувствовало действительность.
Энди увидел слегка приоткрытую дверь, услышал мягкую поступь кошки где-то под кроватью.
Перед его кроватью, другой кроватью в комнате Пита, стояла, слегка наклонившись...
– Элен?
– Сказал Энди, протирая глаза.
– Она самая.
– Что ты здесь делаешь?
– Пришла за книгой.
– Улыбнулась она, убеждающей, но слегка не правдоподобной улыбкой.
– Ты не любишь читать.
– Ах, да. Совсем забыла. Ну, тогда я пошла.
Она развернулась, делая вид, что сейчас уйдёт.
В это время ветер прошелестел под окном своим мягким порывом.
Энди бросил взгляд на другую кровать. Она была пуста.
– Постой.
– Обратился он к Элен.
– Где Питер?
– Бета, иди ко мне. Не бойся. Бета?
– Элен вглядывалась в тёмный угол комнаты, из которого на неё, в свою очередь, косились напуганные зелёные глаза.
– Ты знаешь, где Питер?
– спросил Энди, обращаясь скорее к пустоте, чем к кому либо из присутствовавших в комнате живых объектов.
– Ох, и до чего же она пугливая. Бета? Бета? Ты только посмотри. Ха-ха. Чуть что, сразу под диван.
– Элен?
– Энди поднялся со своей кровати, на которой он, до этого момента, находился полусидя - полулёжа.
– Элен, где Питер?
Элен продолжала делать вид, что не слышит, сама не осознавая того, зачем она это делает.
– Ну, ладно - ответил Энди на её молчание или же на её новое замечание по поводу кошки.
– Посмотрю на кухне.
Он сделал пару шагов к двери.
– Питер не на кухне.
– Бросила Элен.