Блудница

beeksu

– Так безопаснее.

Тот кивнул, напрягся всем телом, словно готов был в любой момент отразить невидимую атаку.

Переулок заканчивался тупиком. Капот автомобиля почти упирался в мусорные контейнеры с алчно раскрытыми крышками.

Уилл вылез из салона и бегло осмотрелся.

Пока Ганнибал доставал из багажника свой груз, Уилл успел заметить только одну неприметную дверь без вывески или каких-либо других указательных знаков. Но он чувствовал, как в маленькую щель глазка за

ними внимательно наблюдали.

Ганнибал захлопнул багажник, и, подхватив свою ношу, подошел к двери и постучал.

Уилл даже не удивился, когда дверь моментально распахнулась. В проеме стоял угрожающего вида чернокожий мужчина. Он, бегло осмотрев Ганнибала и его спутника, отошел в сторону, пропуская их обоих внутрь.

– Доброго дня, доктор Лектер, - пробасил он, шаря тяжелым взглядом по фигуре Уилла. – Удивительно видеть вас в чьей-либо компании.

– Я принес подарок, - губы Ганнибала тронула легкая улыбка.

Чернокожий охранник оторвался от созерцания Уилла и, повернувшись к ним спиной, тяжелой поступью направился вглубь помещения:

– Следуйте за мной. В клубе сейчас как раз заканчивают уборку перед открытием. Смею предупредить, что у Фиш гости.

Градус напряжения вырос, едва они вошли в зал, в котором суетилось несколько официантов и уборщиц. Бармен меланхолично протирал бокалы, проверял степень их чистоты на свет, а три танцовщицы, разодетые в стиле кабаре, репетировали на небольшой сцене.

Фиш, яркая чернокожая женщина с короткой стрижкой, отвлеклась от разговора и обернулась.

– О! Я так рада видеть тебя, Ганнибал! – она поднялась из-за стола и протянула руки в знак приветствия.

Ганнибал бросил свою ношу – та упала с глухим неприятным звуком – и поприветствовал её, сжал тонкие пальцы с ярким маникюром на длинных ногтях, и чуть заметно улыбнулся:

– Я нарушил твое свидание?

– Ох, нет же! – хмыкнула она, делая непонятный жест. – Они просто решили пропустить со мной по бокалу вина.

Уилл мельком глянул из-за плеча Ганнибала на гостей Фиш, владелицы клуба и одного из боссов мафиозного мира, и обомлел.

За столом сидела прекрасная рыжеволосая девушка. Она лениво крутила свой бокал с вином, рассматривая яркий напиток на свет. По левую руку от нее чему-то смеялся худой бледный мужчина с яркими тенями усталости и бессонницы под глазами.

Уилл узнал обоих. Фиш распивала вино в компании Пингвина и Айви, которую в Бюро окрестили Ядовитым Плющом.

Эта парочка была в списке особо опасных преступников, до которых, к сожалению, правосудие Балтимора пока что не могло дотянуться своими руками.

– Ты перестала ненавидеть Пингвина и решила закопать топор войны? – хмыкнул Ганнибал, целуя ладонь Фиш.

–

Иногда следует забыть былые обиды и работать вместе на благо нашего замечательного города! – усмехнулась Фиш. – Я никак не ожидала, что ты решишь навестить меня. Ты всегда предупреждал меня о своем приезде. Твои манеры оставляли желать лучшего.

Это была тонкая шпилька в адрес Ганнибала, но тот даже бровью не повел:

– Я привез подарок.

– Подарок? – глаза Фиш алчно засияли. – Что же это? Чем ты хочешь меня порадовать?

Ганнибал отметил, что ни Пингвин, ни Айви не проявляли к нему особого интереса, продолжали цедить свое вино, ожидая, пока хозяйка заведения освободится.

Когда в руках Ганнибала появился нож, охрана Фиш пришла в волнение, но та резко вскинула руку вверх.

– Надо было волноваться и обыскивать его, когда он только заходил в клуб, а не сейчас, когда он без труда может выпустить мне кишки.

Охрана понуро опустила головы, а Фиш процедила, следя за тем, как Ганнибал склонился к своему мешку и надрезал на нем веревку:

– Приготовьте мою любимую бейсбольную биту. Узнаем, что тверже: бита или ваши ребра.

Когда Ганнибал вытряхнул содержимое пакета под ноги Фиш, даже Пингвин и Айви перестали скучать, поставили свои бокалы, и больше к ним не притрагивались.

Лицо Фиш гневно исказилось, когда к её ногам покатилась отрезанная голова. Она недовольно отодвинулась, боясь запачкать свои туфли.

Уилл в ужасе уставился на расчлененное тело. Куски плоти уже начали гнить, местами отслоилась кожа, под которой шевелилась другая жизнь.

Уилл почувствовал, как к горлу подступила тошнота.

– И как это понимать? – голос Фиш потерял свою нежность, скреб яростью, как ногти по стеклу.

– Неужели ты думала, что я не знаю, что творится на территории моей земли? – Ганнибал лениво поигрывал ножом. – Фиш, Фиш. Я считал, что мы друзья, а ты решила спрятать у меня труп. Серьёзно? Поместье Лектеров не общая могила для твоих недругов.

У Фиш нервно дрогнули губы, но она быстро взяла себя в руки, убрала с глаз челку и обворожительно улыбнулась:

– Я просила избавиться от него, а не хоронить у тебя под носом. Пингвин!

Окрик был нервный, наполненный истерическими нотками. Все в зале знали, как подручный Фиш не любил это прозвище, но он тут же поковылял на окрик хозяйки.

– Что такое? – заискивающе протянул он, улыбаясь. – Что тебя так рассердило?

– Твоя дурость! – процедила она, взглядом указывая себе под ноги. – Что я тебе приказала?

Ганнибал поморщился – ему не нравились семейные разборки, он просто хотел вернуть то, что не принадлежало к его творениям.