Блудница

beeksu

Уилл насупился, нахмурил брови и весь подобрался. Его настроение быстро менялось, но вся гамма эмоций так ярко обыгрывала его подвижное лицо, что Ганнибал не мог оторвать от него взгляд.

– Могу, - вдруг заявил Уилл, и взглянул прямо и немного дерзко.

Работая в Бюро, Уилл знал о преступниках Балтимора если не все, то многое. С некоторыми из них Бюро водило тесную дружбу, чтобы в один из знаковых моментов прижать к стенке других, более опасных. Ганнибал уже несколько лет сотрудничал с Джеком, и не был стеснен в своей свободе.

А тот в свою очередь предпочитал держать хищника на коротком поводке.

Уиллу однажды попалось в руки дело Ганнибала Лектера. Он прочел его от корки до корки, и остаток дня находился в каком-то странном состоянии, граничащим на периферии первобытного страха и искреннего восхищения.

Лектер превращал своих жертв в произведение искусства, тем самым вытаскивая на свет самое прекрасное, что можно было бы найти в последних отбросах общества Балтимора.

Взаимовыгодные отношения, на правомерность которых Джек смотрел сквозь пальцы, как, собственно, и все Бюро. У них должен был быть свой человек на той стороне.

Зная о грехах и подвигах Лектера, Уилл никак не ожидал, что будет чинно обедать в столовой хладнокровного убийцы, которого с трудом можно было отнести к касте психопатов. Вполне цивилизованный человек, если не считать того нюанса, что он выслеживал и истреблял убийц, забирая с собой трофеи в виде частей их тел или внутренних органов.

Уилл вновь нахмурился. Ганнибал удивленно приподнял брови, всем своим видом выказывая, что он ожидал продолжения разговора.

Но вместо этого его подвергли детальному осмотру: от чуть растрепанных светлых волос с проблесками серебра до кончиков пальцев, которые осторожно крутили ножку бокала.

– Мне нравится этот дом, - вдруг произнес Уилл. – Семейное поместье?

– Да. Я владею почти двадцатью пятью акрами земли, - в слегка прищуренных глазах сверкнуло любопытство. – Охотничьи угодья, лес, река.

– Богатый, - кислая мина Уилла доставляла Ганнибалу ни с чем несравнимое удовольствие.

– И этим грешен, - хмыкнул тот, поднимаясь из-за стола. – Я проверю швы, перевяжу тебя и дам кое-какие таблетки. Если голова не будет кружиться, то сможем выехать через два часа.

Уилл кивнул:

– Я в полном порядке.

– Рана оказалась не такой серьёзной, как я подумал вначале, - подтвердил Ганнибал, убирая со стола. – Но крови ты потерял многовато.

Ганнибал быстро привел столовую в идеальный порядок, а потом так же профессионально обработал швы на плече Уилла.

Он был немногословен и внимателен, проверил, чтобы края плоти не воспалились и не загноились, и только потом сменил повязку.

Уилл так же не спешил нарушать тишину. Он следил за каждым движением Ганнибала, за его мимикой, за мимолетными эмоциями, отражения которых почти не ощущались на худом гладковыбритом лице.

Через пару часов они уже покидали границы владений семьи Лектер. Перед этим Ганнибал

что-то бросил в багажник. Это непонятное, на вид крайне тяжелое, закутанное в плотный черный полиэтилен, до этого было спрятано в гараже.

– Узнаешь позже, - ответил Лектер на немой вопрос Уилла, усаживаясь на водительское сидение.

Ганнибал вел уверенно и спокойно, следил исключительно за дорогой, особо не уделяя внимания своему пассажиру. Уилл же, воспользовавшись моментом, рассмотрел шикарный салон дорогого автомобиля премиум - класса, а затем его интерес переключился на дорогу.

Особняк Лектера располагался в десятке миль от города, был окружен мрачным лесом. И сейчас все, что видел Уилл – это хвойные слуги, охраняющие покой и сон своего повелителя.

– Не страшно? – Ганнибал нарушил молчание, когда они почти добрались до города.

Уилл вздрогнул, обернулся на Лектера:

– А должно быть?

– Возможно. Ведь Джек доверил тебя не простому человеку, - Ганнибал покосился на своего пассажира. И тот выглядел до неприличия беззащитным: очки, из-за стекол которых смотрели огромные светлые глаза, вихры кудрей, одежда слегка не по размеру.

Бедная несчастная овечка. С ещё не затянувшейся раной после укуса грозного хищника, и так безрассудно попавшая в лапы другому зверю.

Уилл меланхолично пожал плечами:

– Мне не страшно, - и отвернулся к окну.

Ему было немного стыдно признаваться даже самому себе, что он знал о Лектере больше дозволенного, и даже в некоторой степени симпатизировал убийце, у которого был свой критерий принципов.

– В Балтиморе много хищников, - вдруг пробормотал Уилл, все так же рассматривая пейзаж за окном. Лес сменился серыми домами – они въехали в город. – Некоторые сбиваются в стаи, другие предпочитают охотиться поодиночке. Я узнаю, стоило ли мне бояться, когда все закончится.

Балтимор встретил их обычной для этого времени года погодой. Город, искупавшись в послеобеденном дожде, был хмур, ленив и угрожающе спокоен. Значит, с наступлением сумерек он сбросит со своих плеч дремавшие пороки, спустит их с цепей в ночь. И к утру черно-серые дороги, так и не успев просохнуть после дождя, окрасятся чьей-то кровью.

Балтимор был городом грехов, он таил под своим саваном несметное количество тайн и секретов, с которыми Бюро не могло справиться самостоятельно.

Уилл перевел взгляд на руки Ганнибала. Сейчас подвижные сильные пальцы были затянуты в кожу перчаток, но Уилл уже видел их в действии, знал, как они работают с человеческой тканью. Он знал, что Лектер не только профессионально штопал плоть, но и так же умело кромсал ее.

В этих странных, отдающих горечью раздумьях, они добрались до дома Уилла. Ганнибал успел припарковаться и заглушить двигатель, когда слова его пассажира на секунду заставили его замереть:

– Я не говорил своего адреса.