Блудница
Шрифт:
Он кивнул, указывая на лошадей:
— Мы станем двигаться гораздо быстрее, если каждый будет на своей лошади.
Она нервно сжала руки, затем уронила их и снова заломила, борясь с собой, и все же нашла в себе силы кивнуть ему в ответ. Затем Джесси подняла на него глаза и тут же отвела взгляд, потерянный, мечущийся, словно в поисках чудесного спасения. Эта манера показалась ему знакомой. Что-то было не так, но что? Она боится лошадей? Не хочет садиться верхом?
Помощник конюха задержался, чтобы помочь.
— Эта для меня? — Она указала на меньшую из двух, гнедую кобылу.
Грегор кивнул. Лошадь повернулась в ее сторону, втягивая
— Здравствуй, моя красавица.
Затем, гораздо тише, она произнесла что-то, как ему показалось, на языке пиктов [3] .
Грегор был заинтригован и замер в ожидании. Он уже слышал, как она говорила что-то на гэльском наречии, очевидно, она знала и еще более древний язык пиктов. Один из его матросов, Джейкоб Карр, перебрав рома, переходил на этот язык и объяснял, что эта странная привычка передается в их семье из поколения в поколение. То, что Джесси шептала лошади, очень напоминало по звучанию тот язык.
3
Пикты — одно из племен, населявших древнюю восточную и северную Шотландию.
Лошадь нюхала ее ладонь, осторожно прикасаясь мягкими губами.
— Какое чудесное утро. Вы только посмотрите вокруг! — Она указала на холмы. Он посмотрел в том направлении и провел взглядом от хлева на краю этих владений до пушистых холмов у самого горизонта, но так и не увидел ничего, что было бы столь великолепно, как описала Джесси.
Когда он снова посмотрел на нее, она по-прежнему занималась своей кобылой. Лошадь покорно опустила голову, а Джесси стояла, прислонясь лбом к гриве. Глаза ее были закрыты. Грегор завороженно смотрел, как шевелятся ее губы, словно читая безмолвную молитву. Когда она открыла глаза, ему показалось, что в них больше жизни и сияния, чем когда-либо, они были необыкновенно яркими и словно отражали голубое небо.
Но стоило ему заметить это, как все исчезло.
Впервые в его воспоминании вдруг вспыхнули ночь их первой встречи и те безумные обвинения, что сыпались в ее адрес, пока они ждали прибытия бальи. Кто-то выкрикнул, что у нее был странный взгляд.
Какое-то беспокойство закралось в его душу, пока он наблюдал за ней, и Грегор вдруг всерьез задумался о том, что говорили о ней в ту ночь в Данди. Теперь и он знал о том, что случилось с ее матерью. Он потер подбородок ладонью и попытался вернуть себя к реальности. Опять его мысли были заняты совсем не тем, чем нужно.
Джесси улыбалась ему, и взгляд ее был открытым и радостным, что помогло ему отмести все эти обвинения, неожиданно всплывшие в его памяти.
— Ну как, лошадь приняла твои одобрительные слова?
— Она прекрасное создание. Я уверена, мы поладим. — С этими словами она с помощью конюха забралась в седло.
Грегор заметил, что она села верхом, что было не характерно для женщин, но ничего не сказал. Обнаружив его удивление, она пожала плечами:
— Мне так удобнее.
И снова у Грегора промелькнуло ощущение, что никогда прежде Джесси не ездила верхом, но теперь, когда она уже была в седле и они готовы были отправиться в путь, он не стал с ней спорить. Сейчас между ними царило согласие, и он хотел лишь, не нарушая его, отправиться наконец в дорогу.
Оседлав свою лошадь, он натянул поводья.
Позади Джесси бормотала что-то
Его переполняли многочисленные вопросы. Он помчался за ней, уверенный в ее намерении произвести на него впечатление, изображая, что умело держится в седле, а на самом деле рискуя вот-вот упасть и что-нибудь себе повредить. Однако очень скоро Грегор увидел, что ее очаровательная попка все еще в седле. Он искренне не мог понять, каким образом ей удалось удержаться.
Грегор пустил свою лошадь галопом, чтобы догнать Джесси и указывать ей дорогу. Он не планировал преодолеть этот путь в таком темпе, но если это устраивало его спутницу, то было ему только на руку.
— Грегор, это потрясающе! — прокричала она с нескрываемым восхищением, оглядывая прекрасные пейзажи Файфа.
— О да. — Он вдруг испытал необъяснимое чувство гордости, несмотря на то что не имел пока никаких прав на землю, которой она восхищалась.
Однако когда они приблизились к Белфур-Холл, замку Айвора Уоллеса, настроение Грегора заметно ухудшилось. Один только вид крыш его особняка пронзил его безудержным желанием ворваться внутрь и нанести сокрушающий удар злейшему врагу, стереть его в порошок. Он думал, что подобные порывы остались далеко в прошлом и что теперь он будет спокойнее, зная, что есть гораздо более действенный способ расплатиться с ним.
Он указал на крыши, что были видны издалека:
— Вот это место.
Джесси нахмурилась.
— Вы ведь не собираетесь подъезжать к самым воротам, чтобы показать мне его?
— Нет, здесь мы сойдем с дороги. — Он шагнул с грязной исхоженной тропы и указал на лес, который окружал замок с задней стороны.
Там же лежала тропинка к их старому имению, и, убегая по ней, он сам в детстве часто играл в этих лесах, а потому отлично знал их. Взяв за поводья, он повел ее лошадь рядом со своей.
Когда тропа закончилась и перед ними предстали угодья, простирающиеся от замка, на вершине холма он заметил лес.
— В этом лесу лошади смогут отдохнуть, а для нас это будет отличный наблюдательный пункт. Оттуда открывается вид на дом, и в то же время деревья послужат нам укрытием.
Джесси смотрела на него и послушно кивала, пока он объяснял ей их планы. Но, замолчав, он заметил, что на самом деле ее внимание привлек сам лес. Когда они стали пробираться сквозь деревья под навесом густой зеленой листвы, она с восторгом оглядывалась по сторонам и, казалось, была счастлива в эти минуты.
— Как здесь красиво, Грегор!
— Да, особенно летом, — улыбнулся он. — Я играл здесь еще в детстве.
Она смотрела на него, словно стараясь представить это, и тоже загадочно улыбалась.
Когда он остановил лошадей и дал понять, что пришло время спешиться, она с трудом выбралась из седла и с ворчанием и показным недовольством спрыгнула на землю. Он непонимающе покачал головой. В лошадях определенно было что-то, что вызывало в ней беспокойство, и все же, когда Джесси взбиралась на лошадь, казалось, что она нашла с ней общий язык. Обернувшись, он увидел, как она бегает между деревьями, прикасаясь к стволу каждого из них. В изумлении Грегор наблюдал за ее странным поведением.