Близнецы
Шрифт:
– Какое?
– Я полагаю, Мелани сшила его сама.
– Нет, – решительно возразил Чарлз. – Нет.
Джейсон вошел в ресторан именно тогда, когда Чарлз и Гейлен уходили. Джейсон был один. Причина, почему Джейсон решил поужинать в «Люмьере», была точно такой же, как и у Гейлен, – это своего рода прощание с мечтой.
– Гейлен!
– Джейсон…
– Привет, Джейсон. – Чарлз улыбнулся своему близнецу. Улыбка не казалась ни натянутой, ни виноватой, ни злорадной.
Джейсон почти не видел Чарлза в
«Гейлен ни слова не сказала Чарлзу о нас, – уныло подумал Джейсон. – То, что было между нами, не так важно для нее. Самое главное, имеющее для нее первостепенное значение, – это не причинить боли единственному мужчине, которого она любит по-настоящему, – Чарлзу».
Джейсону не хотелось смотреть на Гейлен, но он был не в силах сдержаться. Как она расцвела – стала гордой и еще более красивой, – взлелеянная любовью Чарлза!
Гейлен не хотелось смотреть на Джейсона, но она была не в силах сдержаться. Она заставила себя подумать о Фрэн, когда ее глаза встретились с его глазами.
«Я собираюсь пережить это, Джейсон».
ЧАСТЬ II
Глава 14
Нью-Йорк
Март 1986 года
Было темно. Он казался теплым и сильным, его губы были мягкими и нежными, и он хотел ее. Она испытывала те же ощущения. Внутри что-то требовало, чтобы она дала ему возможность заняться с ней любовью. Это было бы так приятно. Он так сильно хотел ее. Но ее сознание играло с ней удивительную шутку – она воображала, что это был Чарлз…
Брук отпрянула назад.
– Нет, Эндрю.
– Что с тобой, Брук?
У Эндрю были темные обольстительные глаза, такие же, как у Чарлза.
– Я не могу. Это неправильно. Твоя жена…
Эллисон Паркер находилась дома и с начала января не плохо себя чувствовала. Но вчера вечером за коктейлем в клубе «Хант» Эндрю рассказал Брук, что ему приходится принимать мучительное решение снова отправить Эллисон в санаторий. Эндрю говорил тихо, чувственно, и их доверительная беседа легко привела к поцелую…
– Это мне нужно беспокоиться об Эллисон.
«Но ты же любишь ее, Эндрю», – подумала Брук. В объятия друг к другу Брук и Эндрю кинулись совсем не по причине любви. Все было гораздо проще – нереализованное сексуальное желание и одиночество.
– Все равно я не могу, Эндрю. – «Даже если это так легко».
Эндрю нежно коснулся покрасневшей щеки Брук и улыбнулся.
– Друзья?
– Конечно.
Их руки дотронулись до книги практически в одно и то же мгновение.
– О! – воскликнула она и посмотрела ему в лицо. Это было сильное, красивое лицо, обрамленное черными кудрявыми волосами и с блеском –
– Извините. – Он отдернул руку от книги. – Сначала женщины.
– А как насчет «Приз достается победителю»?
– Я думал, «Сначала женщины» имеет приоритетное значение во всех случаях.
– Ну ладно, – с надеждой в голосе, но неуверенно сказала она. – Наверное, есть еще экземпляр.
– Будет только в понедельник.
Сегодня суббота. Сборник коротких рассказов под названием «Размышления» был выпущен в четверг и мгновенно раскуплен. Еще один тираж, заказанный срочно, поступит в продажу в понедельник. И в это мгновение она держала в руках последний непроданный экземпляр во всем Манхэттене.
– Ваши планы на выходные связаны с этой книгой? – спросила она. Сама она так и планировала поступить. Она собиралась закрыться в своей квартире, спрятаться от неприятного мокрого снега и погрузиться в книгу, которую критики окрестили лучшим сборником коротких рассказов за последнюю декаду.
– Я думал, что почитаю ночью, – ответил он. – А вечером я должен работать.
– Ну… – у нее самой был целый портфель работы, – в таком случае я могу прочитать ее сегодня после обеда и отдать вам вечером.
– Правда?
– Конечно, – подтвердила она, когда они направились к кассе. Он стал вытаскивать деньги из своего кошелька, но она дотронулась до его руки. – Я заплачу за книгу. Сначала женщины.
Они вышли в холодное мартовское утро. Тихо падал снег. Под снежным покрывалом город выглядел чистым, белым, не много чужим.
– Мне нужно было написать вам свой адрес, пока мы находились в магазине. – Ее руки без перчаток стали искать в сумочке ручку и бумагу.
– Просто скажите мне его.
Он выслушал, слегка кивнув головой, когда она закончила.
– А как вас зовут?
– Брук.
Его губы растянулись в удивленной улыбке, а серые глаза блеснули.
– Что такое? А как вас зовут?
– Ник. – Он смотрел, как расширились ее темно-синие глаза.
– Лейтенант. – Она тихо рассмеялась, протянула ему руку и почувствовала теплоту и силу его рукопожатия.
– Советник. Наконец-то мы встретились.
– Да, – пробормотала она. «Спасибо», приводящее ее в ужас за последние семь месяцев, внезапно показалось легким делом. – То, что вы сделали в сентябре… – Это был вежливый способ преподать мне хороший урок. Спасибо.
Ник пожал плечами.
– Итак, когда я могу зайти за книжкой? Когда вы уходите вечером?
– Я никуда не ухожу. Приходите в любое время.
– У вас нет никаких планов?
– Нет.
– Тогда, может, в семь?
– Хорошо.
– Увидимся позже, Брук.
– Прости, – извинился Ник, как только Брук открыла дверь. Он опоздал на час. – Мы занимались с подозреваемым. Я не мог отлучиться даже для того, чтобы позвонить.
– Ничего страшного. Допрос?
– Расследование, – усмехнулся Ник.