Блистательные дикари

Бернелл Марк

– Тебе осталось совсем немного, дорогой, – спокойным голосом сообщила своему спутнику Рейчел.

– О чем это ты?

– О том, что я уже вижу кое-какие знаки. Твоя кожа теряет естественный цвет, плоть иссыхает, а глаза тускнеют. Сегодня утром я обратила внимание, что твои зрачки с опозданием реагируют на свет. Они пытаются приспособиться к освещению, но делают это слишком медленно.

– Не могу сказать, что у меня наступило резкое ухудшение.

– Поверь, мне уже приходилось такое видеть. У тебя в запасе очень мало времени.

Очень скоро тебе придется ответить на вопрос: «Быть или не быть?»

Они купили литровый пакет охлажденного апельсинового сока и французский батон, после чего вошли в Гайд-парк. Люди играли в футбол на бежевой от зноя траве, используя в качестве штанг на воротах груды скинутых с себя рубашек и футболок. Велосипедисты в обтягивающих шортах из лайкры и разноцветных жилетках из набивной ткани сновали во всех направлениях, обгоняя степенных пешеходов, чинно прогуливавшихся вдоль посыпанных гравием дорожек, протянувшихся в каждый уголок парка. Роберт и Рейчел сошли с плавящегося асфальта и ступили на твердую почву.

– И что же нам делать?

– Нам необходимо снова обменяться кровью. Точно так же, как первоначальный обмен вызывает болезнь и смерть – вернее, уже вызвал болезнь и смерть, вторичный обмен кровью спасет тебя. Ты умрешь, а затем…

– Умру?

– А потом моя кровь снова вернет тебя к жизни, как ныне она эту жизнь у тебя забирает.

– Значит, я умру?

– Не беспокойся, дорогой. Я буду рядом. Все пройдет просто великолепно.

Роберта охватило паническое чувство.

– Но ты раньше ничего не говорила о смерти, Рейчел. Господи Боже мой, я не хочу!…

– В обмен на вечную жизнь? – перебила его женщина. – Ты только подумай, от чего отказываешься! От жалкого прозябания, в конце которого – смерть в мучениях. Вот что тебе предстоит. А что ты получаешь взамен этой убогой жизни? Не просто бессмертие, хотя оно само по себе – вещь невероятная. Ты обретаешь возможность подняться на высшую ступень развития, на какую только может рассчитывать разумное существо.

Роберт отлично слышал слова Рейчел, но упоминание о смерти не шло у него из головы. Она схватила его за руку и пристально посмотрела в глаза.

– Ты станешь равен богам, Роберт. И смерть явится ничтожной платой за это. – Она поцеловала его. – Подумай, Роберт, разве не об этом мечтали лучшие умы на протяжении тысячелетий?

Они подошли к пруду и перебрались через мостик. Что бы ни говорила Рейчел, страх продолжал железной рукой сдавливать его сердце, и в горле у него пересохло. Роберт взял у Рейчел пакет с соком и сделал несколько больших глотков.

– Отчего, когда я рядом с тобой, я чувствую себя значительно лучше? – спросил молодой человек.

– Потому что ты подпитываешься моей энергетикой.

– Но твоя энергетика действует далеко не на всех, верно?

– Верно. Только на тех, кто находится в сходном с тобой состоянии. Это напоминает принцип действия радиоприемника. Ты

получаешь мой сигнал, потому что уже настроен на ту волну, на которой я веду передачу.

По песчаным дорожкам легкой рысцой пронеслось несколько всадников. Лошадиные копыта вздымали облачка пыли от пересохшей земли. Кони были взмылены, из-под седел клочьями выступала пена.

– Значит, я все равно умру – несмотря на то, что в твоем присутствии мне лучше? Выходит твоя энергетика мне помочь не в силах?

– Не в силах.

– А когда все закончится – кем же я тогда буду?

– Кем? Ты станешь бессмертным. Ты будешь жить вечно.

– Но как это будет? Что я стану чувствовать?

– Мне не хотелось бы вдаваться в детали, поскольку они вряд будут тебе понятны в данный момент. Скажу одно: по мере того как ты станешь привыкать к своему новому состоянию и к тем изменениям, которые, разумеется, с тобой произойдут; ты скорее всего придешь к выводу, что вещи, почитавшиеся тобой ранее как святыни, едва ли должны занимать то высокое место.

– Какие вещи? Назови!

– Человеческая жизнь, к примеру, – сказала она. Сказала так, что иной бы решил, будто эти слова вырвались у нее спонтанно. Однако Роберт сразу понял, откуда дует ветер, и не поверил в случайность. Рейчел тем временем продолжала свои наставления: – Я не пытаюсь тебя убедить, что твое личное бессмертие мгновенно обесценит жизни прочих людей. Просто они займут в шкале твоих новых ценностей соответствующее, и далеко не первое, место.

На клетчатом шерстяном одеяле возлежала парочка. Молодые люди обнимались и целовались, к вящему удовольствию болтавшейся рядом детворы. Поблизости носились кругами две собаки в тщетной попытке вцепиться друг другу в холку. Под кустом лежал на спине толстяк и храпел, прикрыв лицо номером «Дейли мейл».

– Но почему все-таки я, Рейчел? Если все, что ты мне говоришь, – правда, то ты могла бы заполучить любого. Кого бы только не захотела. Однако ты выбрала меня. По мне, в этом нет никакого смысла.

Рейчел сочувственно ему улыбнулась и произнесла:

– В любви не существует логики. Я не знаю, почему влюбилась в тебя, дорогой. Но поверь, что это случилось, как только я тебя увидела. Я сразу же это почувствовала. ТЫ буквально ворвался в мое сердце. Неужели ты не веришь в любовь с первого взгляда?

Роберт засмеялся:

– Честно говоря, нет.

– И я не верила. Когда поживешь с мое, поймешь, что результатом длительного одиночества очень часто становится здоровый скептицизм. Но стоило мне тебя увидеть, как он, куда-то исчез. Без следа. Так что любовь с первого взгляда существует.

В отдалении послышался вой сирены «скорой помощи». Взволнованная мамаша взывала к своей маленькой дочери, которая слишком близко подошла к краю пруда, чтобы покормить уточек.

– После долгих лет, проведенных мной в одиночестве, я ни секунды не сомневалась.