Блейз Уиндхем
Шрифт:
— Вам часто приходится наказывать Блисс? — учтиво спросил он, и его глаза потеплели.
«Как он красив», — подумала вдруг Блисс, увидев, что глаза Энтони приобрели совсем иной оттенок.
— Нет, — ответил Оуэн, — я никогда не наказываю ее, поскольку нашел более приятный способ умерить ее пыл, — разве я не прав, моя обожаемая?
— И таким же способом я слежу за его поведением, — медовым голоском подтвердила Блисс. — Я права, милорд?
Тони рассмеялся и с грустью заметил:
— Вряд ли мы с Блейз когда-нибудь будем так же счастливы.
— Зачем
— Потому, что он ее любит! — вмешалась Блисс. — Ведь это правда, Тони? — И на краткий миг она увидела, каким беззащитным стало его лицо.
— Да, я люблю ее. И всегда любил, — последовал спокойный ответ.
— Так вот почему вы никогда не обращали внимания на Дилайт, — поняла Блисс и вдруг спохватилась:
— О, бедняжка Дилайт! Она будет убита горем, узнав, что вы женитесь на Блейз. А может быть, она уже знает?
Тони отрицательно покачал головой, а Оуэн рассудительно заметил:
— Это было бы лучшим выходом для Дилайт. Она не покидает Эшби уже целых два года. Теперь, возможно, она обратит внимание на кого-нибудь из юношей, которые безуспешно пытаются ухаживать за ней!
— Оуэн, ты ничего не понимаешь! Мужчинам все кажется слишком простым — или черным, или белым, — раздраженно выпалила Блисс. — Я думала, после стольких лет жизни со мной ты начал понимать, что так не бывает.
— С тобой, моя дорогая Блисс, нельзя быть уверенным ни в чем, — отозвался Оуэн Фицхаг.
— И с Блейз тоже, — подтвердила Блисс, взглянув на будущего родственника. — Вы должны прийти к согласию, Тони, — нельзя же заводить ссору у алтаря!
При упоминании о Блейз и ссоре глаза Энтони вновь затуманились. Теперь он открыто признался в любви к ней и подозревал, что вскоре пожалеет о своей смелости. Он по доброй воле связался с мегерой, которая явно ненавидела его. Как же он мог рассчитывать на счастье? Однако он не терял надежды образумить Блейз. Через несколько кратких недель им будет суждено соединиться и провести вместе остаток жизни. Думая об этом, Энтони почему-то погрустнел и одним глотком допил содержимое бокала.
Он обнаружил, что жизнь при дворе ничуть не изменилась. Повсюду возникали слухи и сплетни, и сейчас эти сплетни касались перемены в отношениях короля и леди Уиндхем, поскольку король во всеуслышание объявил о помолвке своей любовницы с Энтони Уиндхемом, эрлом Лэнгфордским. Неужели король решил сделать Тони Уиндхема отцом своего будущего ребенка? У леди Уиндхем имелась всего одна служанка, упрямая краснощекая деревенская женщина, неподкупная и суровая, и потому никто не знал наверняка, ждет ли ребенка по-прежнему стройная Блейз.
Было очевидно, что король ни в коей мере не сердится на Блейз Уиндхем, ибо с ней он по-прежнему был добр и внимателен. Значит, Блейз не лишилась его милости, тем более что она и теперь жила в покоях, расположенных прямо над королевскими. Это дало пищу еще более противоречивым слухам, и самые извращенные сплетники подозревали, что король и эрл делят
Затем, разумеется, возникли подозрения, что король обзавелся новой возлюбленной. Обладателям самых зорких глаз и острых языков не понадобилось много времени, чтобы обнаружить: мистрис Анна Болейн вдруг стала предметом его особого внимания — с тех пор, как леди Уиндхем была освобождена от своих обязанностей с приближением свадьбы. Эта осень выдалась на редкость богатой событиями! С одной стороны, король ухаживал за новой возлюбленной, с другой — его прежняя возлюбленная при всех то и дело затевала ссоры с будущим мужем — к вящему удовольствию всего двора.
— Неужели для ссор вам не хватает времени, которое мы проводим наедине, милорд? — с негодованием спрашивала Блейз, когда Энтони однажды вечером провожал ее из зала.
— Я постараюсь сдерживаться, когда вы будете вести себя подобающим образом, мадам, — последовал резкий ответ.
— Мы с лордом Невилем всего-навсего беседовали. Нас окружали люди, мы были на виду. Что, по-вашему, он мог предпринять в таких обстоятельствах?
— Лорд Невиль откровенно смотрел вам за вырез платья, — выпалил Тони. — Еще минута, и он сунул бы туда руку и принялся бы лапать вас у всех на виду!
Блейз яростно ударила его по щеке.
— Как вы смеете! — вскричала она. — Я никогда не вела себя, как уличная шлюха, и не собираюсь становиться ею впредь! А вы выставляете себя на посмешище!
— Понятно, — холодно отозвался Энтони. — Конечно, разыгрывать шлюху перед королем и перед простым пэром — разные вещи.
От ярости кровь бросилась в голову Блейз.
— Вы ничего не понимаете, милорд! — выпалила она. — Ровным счетом ничего! Но если вы считаете меня настолько распутной, зачем же хотите жениться на мне? Наверняка какая-нибудь прыщавая и глупая деревенская девчонка подойдет вам гораздо лучше!
— Возможно, вы и правы, — отозвался Энтони. — Но я дал клятву Эдмунду, а я всегда был человеком слова! Я женюсь на вас, Блейз, а затем увезу вас домой, в Риверс-Эдж — там вы будете вести себя, как подобает моей жене, и рожать мне сыновей, чтобы род Уиндхемов не прервался.
Блейз отпрянула.
— Я была готова родить сына! Это вы убили его! — она схватила фарфоровую вазу и изо всех сил швырнула ее в голову Энтони.
Он увернулся, и ваза, расплескивая воду и рассыпая засохшие лепестки цветов, разбилась о стену. Энтони угрожающе шагнул к Блейз, потемнев лицом от гнева.
— Смелее! — подбодрила его Блейз. — Ударьте меня, если посмеете! Король еще не настолько влюблен в мистрис Анну, чтобы я не сумела обратить его гнев на вашу голову, будь она проклята! Я расскажу ему, до чего вы дошли! Ему всегда нравилась моя нежная кожа, и если ее испортит синяк, вы об этом пожалеете. Попробуйте только прикоснуться ко мне, и король тут же обо всем узнает!
— Чертова сука! — прорычал он и, развернувшись, бросился из комнаты, сопровождаемый насмешливым выкриком Блейз: «Трус!»