Блэкторн

Джессинжер Джей Ти

Ронан так долго молчит, что я думаю, будто связь оборвалась. Но потом он вздыхает, и я понимаю, что Ронан все еще на линии.

Мне грустно, что я рада, что он все еще здесь.

— Я был неправ. Я был глуп, напуган и совершенно, черт возьми, неправ. Теперь я это знаю. То, что я с тобой сделал… то, что сказал… это непростительно. Мне нет оправдания, кроме того, что я был молод и глуп. Есть вещи, которые я должен был тебе сказать, причины, по которым я…

После напряженной паузы он продолжает: —

Если бы мне пришлось все повторить, я бы поступил лучше. Ты заслуживаешь лучшего, чем то, как я с тобой обошелся. Ты заслуживала лучшего тогда и заслуживаешь сейчас.

Я закрываю глаза, делаю медленный вдох и сосредотачиваюсь на том, чтобы избавиться от боли в животе.

— Что ж. Спасибо тебе за это. Я не знаю, что еще сказать. Мне нужно идти. Я сейчас не в лучшей ситуации.

— Что за ситуация?

— Семейная ситуация.

Его тон становится резче. С каждым предложением голос Ронана звучит все громче, пока он не начинает почти кричать. — Это связано с твоей бабушкой? Ты что-то узнала? Что происходит? Расскажи мне.

— Боже, расслабься. Ты как собака с костью.

Я удивляюсь, когда он резко меняет тон и начинает смеяться.

— Что смешного?

— Ты. Давай поговорим о поцелуе. Тебе было так же хорошо, как и мне? Потому что мой член до сих пор стоит колом.

От воспоминания о его эрекции, гордо торчащей из-под расстегнутой молнии, я краснею.

— Я же говорила, что у меня есть жених.

Тон Ронана становится вызывающим.

— Значит, ты изменила ему, поцеловав меня.

Черт.

— Эм. Да…

— Черт возьми, Мэйвен. Ты худший лжец в истории человечества.

Я выхожу из себя.

— Прости, но у меня нет времени обсуждать наш трагический, но закончившийся роман…

— Он не закончился.

— …потому что я занята своей нелепой жизнью…

— Она не была бы нелепой, если бы ты позволила мне вернуться в нее.

— …и я пробуду в Солстисе всего несколько дней…

— Нет, если я буду иметь хоть какое-то право голоса в этом вопросе.

— …так что прошу меня извинить, я заканчиваю разговор. И у тебя нет права голоса в этом вопросе.

— Я закрою вокзал, чтобы ты не смогла уехать.

Я открываю рот, но тут же закрываю его, потому что Ронан лишил меня дара речи.

— Если понадобится, я перекрою все дороги, — продолжает он.

— Пожалуйста, скажи, что ты шутишь.

— Это ты мне скажи, раз уж ты, кажется, меня раскусила. Думаешь, я шучу?

— Ты не можешь держать меня в этом городе против моей воли, — решительно заявляю я.

Его тон становится задумчивым.

— Забавно, но это так. Я действительно могу. Хочешь знать почему?

— Не говори этого.

— Я Ронан Крофт, вот почему.

Я киплю от злости, но какая-то

бредовая часть меня тоже впечатлена этой демонстрацией уверенности в себе. Я бы назвала это высокомерием, но это не так. Это простой факт: он знает, что может сделать то, о чем говорит.

К сожалению, я тоже это знаю.

— Я пойду через лес.

— С Беа? Почему-то я в этом сомневаюсь.

— Удивительно, как ты можешь считать себя не злодеем. Это типичное поведение злодея!

— Это не я притворяюсь, что мой ребенок принадлежит кому-то другому, — протягивает Ронан. — Это довольно подло, тебе не кажется?

Я молча злюсь, пока не проходит желание закричать.

— Я отзываю свою просьбу о помощи с бабушкой. И больше не хочу тебя видеть и разговаривать с тобой.

— Я бы поверил, если бы ты не стонала мне в рот и не терлась об меня с таким отчаянием всего полчаса назад.

Мои щеки пылают.

— Прошу прощения. Я не терлась об тебя.

Его голос понижается до тихого рычания.

— Детка, тебя уже много лет никто не трахал как следует, и мы оба это знаем. А теперь перестань упрямиться и возвращайся сюда. Нам нужно разобраться с кучей незавершенных дел.

Когда Ронан сбрасывает звонок, я блокирую его номер. Затем сижу с закрытыми глазами, глубоко дыша и мечтая никогда больше не возвращаться домой. Прошлое – темное и опасное место, полное дьяволов, которые принимают облик друзей.

Глава восемнадцатая

ВОСЕМНАДЦАТЬ

МЭЙВЕН

На обратном пути к дому я останавливаюсь у кладбища.

Не знаю, что заставляет меня это делать, но я прохожу под арочными железными воротами, мимо невысоких каменных стен у входа и спускаюсь по узкой мощеной дороге, которая делит кладбище пополам. Большую часть года это красивое место, но сейчас, когда деревья голые, а трава пожухла, здесь царит меланхолия.

Я прохожу мимо рядов гранитных надгробий разных размеров и форм, некоторые из которых настолько древние, что имена на них стерлись под воздействием погодных условий.

Наконец я добираюсь до дальнего угла кладбища, где за ржавыми железными воротами находится семейный участок Блэкторнов.

В отличие от остальной части кладбища, эти могилы утопают в цветах.

Цветущие алые лозы обвивают надгробия. Фиолетовые астры в форме звезд покачиваются на ветру. Оранжевая бальзамина буйно разрастается, возвышаясь над поддерживающей ее оградой, а большой куст белладонны окружает основание соседнего тиса. Это заросший сад, прекрасный и дикий. Во многих местах проросли дикие грибы.