Благими намерениями
Шрифт:
Молчавший всё это время сыскарь встрепенулся.
– А кто такой этот Сарош?
– Это один из наших аналитиков, совершенно заурядный специалист. Не понимаю, почему Бордул с ним так возился и вообще приблизил его к себе. Если бы мы не ходили с Бордулом в один бо..., то есть, я хотел сказать в один приличный кабак, где можно познакомиться с целомудренными женщинами, я мог подумать, что он предпочитает мужчин.
– Вошел Сарош и что?
– перебил Мольх.
– Ну да, вошел. Я ещё обратил внимание, что он не по форме одет. В камзол стеганый, и еще с волосами распущенными, что на службе
– Ты продолжай, продолжай, Бартольд. Складно говоришь.
– Я не стал делать ему замечание, - Бартольд проигнорировал вызывающий тон Мольха, - ну не по форме одет и не по форме, к окну отвернулся, а потом очнулся уже связанный среди этого бедлама с кляпом во рту.
– А почему ты был уверен, что это именно Сарош оглушил тебя, а не Бордул? Вдруг он сделал вид, что уходит, а сам...
– Сыскарь, а ты бы стал подозревать в чем-то человека, с которым бок о бок проработал полтора десятка лет?
Мольх, пропустив вопрос мимо ушей, присел на корточки у скамьи, делая вид, что чего-то осматривает, принюхался, незаметно взял несколько перепачканных кровью бумаг и сунул за пазуху. Встал, опёрся одной рукой обо стол, откинул волосы за плечо, взмахнув головой, и сказал, поморщившись от боли в шее.
– Уважаемый Бартольд, оставайся-ка ты в замке. Это для твоей же безопасности. Ситуация крайне напряжённая. Охрана усилена, вокруг стен организуются тяжёлые отряды патрулирования. Здесь был Сурдан, что подтвердит кто угодно, хоть король, который чуть меня не убил.
– Кто чуть не убил? Сурдан или король?
– съязвил Бартольд.
– Я тебя чуть не убью, Бартольд! Я тебе ещё допрос припомню, обещаю!
– ответил Мольх металлическим голосом, останавливая побагровевшего Ровида, - Всего хорошего!
– Ты себе слишком много позволяешь, гардарийский граф!
– Не больше, чем когда-то позволял себе ты.
– Мольх с каменным выражением посмотрел в глаза Бартольду немигающим взглядом. Кромник моргнул и отвернулся наводить порядок.
***
– Ну, и что теперь?
– спросил король графа, когда они вышли в сад прогуляться и подышать свежим воздухом.
– Что теперь? Я скажу вам, что теперь, король. Есть у меня один осведомитель, парнишка, молодой совсем, познакомился с ним в первый день после госпиталя. Надо снова его повидать, поспрашивать. Ну, я вам рассказывал странный разговор, который он подслушал. Король, я всё понимаю, и очень сожалею, что так затянул следствие! Не пройдёт и суток, как мы всё окончательно выясним, уж поверьте мне!
– Что мне ещё остаётся кроме веры, мой мальчик?
– король грузно сел на лавку, любуясь прудом, - Знал бы ты, как я устал от всего этого. Но я верю, что ты распутаешь этот узел. Помнишь, как я тебя взял к себе на службу, Панкурт? Да ты присядь.
– Это было так давно...
– пристроился рядом Мольх.
– Ты, когда был маленьким, зашёл на королевскую кухню, когда твои родители были у меня в гостях. Зашёл, осмотрелся и говоришь: "Эти блинчики для короля, их есть нельзя!". Все посмеялись. Потом вышел, вернулся чуть погодя, и закатил истерику,
– Что-то припоминаю, Ваше величество, но смутно.
– Так ты сказал мне: "Дядя король, я считать-то не умею, я же ещё маленький. Я просто перевернул верхний блинчик!". Ты незаметно для всех перевернул верхний блинчик более прожаренной стороной вверх, потом через какое-то время посмотрел ещё раз, а его нет!
– рассмеялся Ровид, - После этого я понял, что из тебя вырастет первоклассный сыщик, и уломал твоих родителей отдать в университет, на факультет сыскного дела. А повара я даже наказывать не стал, только пожурил.
Посмеялись от души.
– Твои родители гордились бы тобой...
– резко сменил тон король, перестав улыбаться, - Очень жаль, что всё так получилось.
– Да, наверное...
– только и смог выдавить Мольх.
Помолчали.
– Я, пожалуй, пойду. Надо дальше работать.
– Опять без охраны? Панкурт, тут небезопасно вот так разгуливать в одиночку!
– Король, если меня от похищения не спас целый гарнизон, вы думаете, что пара-тройка стражников предотвратят нечто подобное?
– Ну, как знаешь. Просто беспокоюсь.
– У меня же глотка лужёная, Ваше величество!
– подмигнул Ровиду сыскарь, с трудом встал и тяжёлой походкой направился к воротам.
ГЛАВА 11
За воротами замка кипела столичная жизнь. Ощутимо увеличилось количество стражников, рьяно бросившихся выполнять приказ Гинеуса по усиленному патрулированию. Больше народу стало и в торговых рядах: как продавцов, так и покупателей. Сверкали глазами из под широкополых шляп лавессиды, хохотали дварфы, торгующие старинными книгами и оружием, но больше всего, конечно, было местных верузийцев.